Маленький бластер для самозащиты, какой придворные дамы на Корусканте носят за поясом или в рукаве. Крошечный, но эффективный.
Признание Ухуры "Я люблю тебя" было на самом деле благодарностью за предоставленную возможность побега. Вирс скрипнул зубами: сквозь сплошную белизну ему почудилось мелькание загадочных золотых искр. Генерал знал, что они не найдут никого, когда уляжется метель: ни Дарта Вейдера, ни Скайуокера, ни Ухуры.
Так и случилось.
========== Эпилог ==========
Корабль-разведчик "Дефайант", система Ондерон
Вихрь сидел в медотсеке возле спящего Люка. Раненого извлекли из бакта-ванны, перевязали, подключили к системе жизнеобеспечения. Два дроида набуанского образца разрешили посетить пациента. Энсин смотрел на лицо брата, видневшееся за прозрачной дыхательной маской, и вспоминал медотделение на "Энтерпрайзе", воркотню доктора Маккоя и внимательную заботу сестры Чапел.
Уровень травматизма и смертности среди экипажа был высок, Вихрь провел немало часов, навещая умирающих, или, наоборот, выздоравливающих друзей. Это было трудное время: горькое, радостное лишь изредка. Но даже смерть не была слишком тяжелым бременем, так как люди "Энтерпрайза" верили, что их жизни будут отданы не напрасно.
Энсин подумал, что его родная галактика - та, которую он покинул, но куда еще надеялся вернуться, - лучше той, где он сейчас находился. Жители галактики Млечного Пути стремились к знанию и всеобщему процветанию, поставив науки, искусство и мораль выше всего остального. Здесь же все преследовали лишь свои узкие интересы, высвобождая жадность и животную агрессию, свойственные человеческой природе.
В глазах Вихря, это было странное, удручающее зрелище. Отклонение от нормы. И главным действующим лицом в мрачном цирке уродцев оказался его биологический отец...
Энсин уловил чье-то присутствие и, вздрогнув, выпрямился: в медотсеке стоял Грегар Тайфо. В черно-синей форме, сложив на груди руки, он озабоченно смотрел на своего подопечного.
- Я много раз видел такое же выражение лица у Падме, - произнёс капитан. - После ожесточенных дебатов в Сенате или попыток помочь кому-то, закончившихся ничем. Месяцы напряженного труда... пока не вмешивалась очередная марионетка Палпатина, а наши надежды не шли прахом.
Вихрь покачал головой:
- Я не пал духом, друг мой.
- Не вздумай, - жёстко предостерег набуанец. - Ты сильнее своей матери, и ты не одинок.
Капитан подошел поближе, опустив широкую теплую ладонь на плечо Рё:
- Ты сам не знаешь, как много делаешь для других. Корабли Альянса успешно эвакуировались, мы лишили Империю ее очередного триумфа. Сопротивление не погибло и только разрастается, люди обрели надежду. Даже бывший пират Хан Соло, - и тот поверил в тебя. Дети Падме Амидалы с Набу меняют историю, это видят все... Мы гордимся, сынок.
- Спасибо, - тихо ответил Рё.
Он поднялся и протянул руку темнокожему капитану:
- Я тоже очень горжусь вами, и Сабе, и Дорме... Вы, Грегар, в незнакомой галактике заменили мне отца. Я хотел бы иметь право называться вашим сыном. Это было бы... честью.
Проигнорировав рукопожатие, Тайфо крепко обнял энсина и похлопал его по спине:
- Будь уверен, такое право у тебя есть. Ты мой сын и будущее нашей планеты. Помни об этом.
Улыбнувшись, Вихрь спросил прежним уверенным тоном:
- А что с нашими пассажирами?
Капитан развел руками:
- К счастью, обошлось без серьезных ранений. После того, как тальские охотники отбили пленников у имперцев, девушка и наш общий кореллианский друг занимают единственный канал связи. Фиоре обменялась сообщениями с отцом на Панторе, а Соло бомбардирует советами технического характера своего второго пилота на "Тысячелетнем Соколе". Кажется, у них ремонт.
- Который длится с момента первого выхода этой развалюхи на орбиту, - фыркнул энсин.
- Верно, - кивнул набуанец. - Рё, третий пассажир на седативных препаратах, в твоей мастерской. Он подключен к энергосистемам корабля, внесен в список потенциальных угроз высшего уровня и находится под постоянным наблюдением. Оружие мы конфисковали. Я не спрашиваю, какие у тебя планы на Вейдера, но...
- Не беспокойтесь, Грегар, - усмехнулся Вихрь. - Наш гость недолго будет расходовать ресурсы "Дефайанта".
Приподняв брови, капитан Тайфо кивнул и вышел из медотсека.
Проводив его взглядом, Вихрь вернулся к раненому. Постояв в задумчивости над братом, юноша в чёрном коснулся лица спящего, осторожно приподняв маску. Пальцы привычно нашли нужные точки, и энсин проговорил:
- Мои мысли к твоим мыслям...
Завершив ритуал, он направился к выходу. Помедлив на пороге, Вихрь напряженно произнес:
- Ма, пожалуйста, побудь некоторое время с Люком. Поверь мне, я все обдумал. Так нужно, если мы хотим прекратить бесконечное кровопролитие и хаос. Я буду поддерживать связь. Присмотри за Альянсом, хорошо?
Дверь бесшумно закрылась, а в опустевшем медотсеке рядом с пациентом вдруг возникла полупрозрачная женская фигура. С глубокой тревогой Падме смотрела вслед младшему сыну.
ХХХХХХХХ
Вейдер медленно открыл глаза. Все тело ныло; знакомая боль, не отпускавшая ни на минуту, поедала его изнутри. Однако сквозь визоры маски Темный лорд увидел нечто настолько приятное, что улыбнулся обожженными губами: Падме была рядом.
Её окружал необычный золотистый свет, струившийся откуда-то сверху, мягкий и рассеянный. В янтарном ореоле лицо жены не казалось бледным, но ситх нахмурился: она почему-то заметно похудела, осунулась.
Падме сняла защитные очки, отложила в сторону сварочный аппарат и сказала:
- Так, кошмарная маска на месте, здоровенные копыта - тоже, осталось припаять к бронированному заду хвост и пустить в мир, всем на радость.
Вейдер моргнул. Наваждение рассеялось.
ХХХХХХХХ
Прикованный к массивной приподнятой платформе великан рвался на свободу. Он успел разметать в клочья несколько широких дюрастиловых скоб, удерживавших его, когда энсин пропустил сквозь своего "гостя" электрический разряд.
Яростный рев захлебнулся в клокоте забарахлившего респиратора. Вихрь терпеливо ждал, держа руку над небольшим пультом, подсоединенным к платформе.
- Что...ты делаешь? - хрипло спросил ситх. - Где я?
- На "Дефайанте", - спокойно ответил юноша. - Чья система безопасности держит тебя на мушке. Не создавай лишних проблем, Ведроголовый. Я только закончил чинить последствия короткого замыкания в твоем брюхе и не хочу начинать заново.
- Электроника не спасет тебя, - задыхаясь, злобно выдавил Темный лорд. - Темная сторона... намного... могущественнее!
Вихрь без слов посмотрел наверх. Вейдер медленно повернул шлем: с потолка, из целого созвездья огоньков выскользнули два оранжево-желтых шарика. Распространяя мягкий золотистый свет, они приблизились к пленнику: один замер над головой ситха, прямо перед его глазами, а другой подлетел к солнечному сплетению.
- Не провоцируй, - предостерег энсин. - Малыши на прогулке. Обычно ради Падме мне приходится держать их взаперти, а сегодня я отпустил цыплят размяться. Похоже, ты им не нравишься.
Вейдер не ответил, и Вихрь хладнокровно отодвинул панель на его груди, приступив к ремонту электронных цепей. Вскоре ситх смог дышать свободнее.
- Где Падме? - первым делом потребовал он. - Почему она не с тобой?
- Ма с Люком, - сообщил юноша. - Какое-то время она сможет продержаться.
- "Продержаться"? - рявкнул Вейдер. Световой шарик, отражаясь на поверхности чёрной маски, качнулся и опустился пониже. - Ты подверг ее ненужной опасности. Только твоё сознание настроено на Падме!
- Вы только поглядите, кто здесь возмущается, - насмешливо бросил энсин. - Злющий, как черт, мужик, задушивший свою беременную жену и недавно едва не зарубивший сына.