Да, самолюбие конек!
На нем весь свет галопирует;
Нам каждый задает урок,
А сам себя не растолкует.
Но быть оракулом земли
Искусство, право, небольшое:
Себя везде, всегда хвали
И вечно все брани чужое.
Тортиколь, раскланиваясь, уходит.
Явление X
Рике, один.
Рике. Ну видывал ли кто-нибудь красавца жениха, как я? Правда, одноглазый муж не может быть Аргусом; но зато сколько невыгод для несчастной жены! Если она нежна, нельзя обнять порядком: откуда ни зайди -- горбы мешают; если она светская девушка, нельзя пройтись в мазурке: ноги слишком кривы; если она зла, не может вцепиться в виски дражайшей половины, потому что на голове пустыня и один только хохол возвышается наподобие египетской пирамиды; а, говорят, без этого трудно жене обойтись. Охота же была мне тащиться такую даль, чтобы разогнать весь народ и самому ни с чем отправиться домой. Странная мысль -- искать руки первой красавицы, стоя на такой ноге, как я! Но все равно, дело сделано, и мне остается только думать о том, как бы не ударить лицом в грязь. О, Карабосса! Волшебница мудрая и знаменитая! Повелительница тридесятого царства! Покровительница всех уродов и выродков, правительница тьмы кромешной, самодержица подземных чертогов, царица всех гномов, сильфов и лесовиков, и проч., и проч., и проч.! Ты мне смолоду много обещала. Докажи же теперь свою нежность, если можешь! Выведи меня из затруднительного положения и вразуми, что делать: остаться ли здесь и пугать человечество или, не добившись толку, благополучно отправиться во свояси!..
Зову тебя: приди, приди,
Моя драгая Карабосса!
И душу ты мне отведи,
Пока не наклеили носа!
Примчись верхом, пешком приди,
Тебе пустого это стоит;
Но ты любовь в моей груди
Одна лишь можешь успокоить.
Зову тебя! Приди, приди,
Моя драгая Карабосса!
Из Петербурга, из Москвы,
Из Рима, Лондона, Самоса
Примчись на зов мой, Карабосса,
И выбей дурь из головы!
Зову тебя! Приди, приди!
Моя драгая Карабосса!
Явление XI
Рике и фея Карабосса. Слышны отдаленные раскаты грома и звуки арфы. По сцене пролетают огненная змея и вслед за ней на облачных колесах кабриолет Карабоссы в виде морской раковины, запряженной четверкой больших раков, на запятках пара лягушек в ливрее.
Рике. Что я вижу?
Фея (сходит с колесницы). Это я, твоя покровительница!
Рике. Создатель! Моя покровительница -- сущая ведьма!
Фея.
1
Вот и я, мой милый сын!
Что глядишь ты косо?
Не за то ль, что я с родин
Не казала носа?
Благодарен будь судьбе,
Что пришла теперь к тебе
Фея Карабосса!
2
Я люблю всех горбунов,
Езжу к ним без спроса,
И ко мне уж чудаков
Много набралося.
И на твой призывный глас,
Сын мой, тотчас принеслась
Фея Карабосса!
Рике. От всей души вам благодарен, милая фея! Извините только, что я так удивился при первой нашей встрече: я вас еще никогда не видал...
Фея. Как не видал? Что ты, дружок! Верно, позабыл: а в тот день, как ты родился?..
Рике. Виноват!.. Но я тогда был еще так молод...
Фея. Помнишь ли, какой я принесла тебе подарок?
Рике (указывая на горб). Уж не эту ли возвышенность?
Фея. Да... возвышенность души. Ты родился урод уродом, мне стало жалко. Я одарила тебя остротой, веселостью и главное -- здравым смыслом; а это большая редкость в наше время.
Рике. Как вы милы, Карабосса! Я, кажется, расцеловал бы вас, если бы был тогда постарше, а вы помоложе.
Фея. Сверх того, я предсказала, что ты влюбишься в первейшую красавицу и что она тебя полюбит.
Рике. Так я вас поздравляю, покровительница! Предсказание ваше сбылось.
Фея. Ну, вот, видишь ли!
Рике. Вы, верно, знаете прекрасную Абрикотину? Я в нее влюблен по уши; приехал свататься, сейчас только ей представился, и вы не можете вообразить, какое я произвел на нее впечатление.
Фея. Право?
Рике. Она ахнула, зажмурила глаза, кинулась бежать, все за ней, и я остался один как рак на мели.. (Хохочет.) Об этом-то я и хотел с вами посоветоваться, почтенная Карабосса! Я решительно не знаю, что мне делать.
Фея. Эх! Молодой человек, и такая безделица тебя обескуражила? Стыдись, мой друг! Ведь Абрикотина -- дура.
Рике. Полно, так ли-с?
Фея. Дура, пошлая дура, несмотря на то, что красавица... Но это ничего не значит, это довольно часто бывает.
Рике. Часто? Отчего же?
Фея. Оттого, что родители, видя смазливое личико дочек, сами на них не надивятся. А там гувернантки в угоду родителям да молодые волокиты в угоду дочек твердят им беспрестанно, что они чудо что такое: красавицы, умницы, разумницы -- ну так, что собьют их с последней крошки здравого смысла. Головка их набивается лентами, шляпками, причудами и всякой модной глупостью, выписанной из-за границы. Вместо книжки они глядят в зеркало, в графини, да в принцессы; вместо хозяйства занимаются балами да пересудами; вместо того чтобы быть милыми, женственными -- везде первые выскочки и рвутся за военных. Отец и мать в них души не слышат, а порядочные люди души не видят, а в сущности они только куклы для примеривания платьев с хвостами и без хвостов. И это все называется модным воспитанием.
Рике. Так поэтому и Абрикотина?..
Фея. Нет, ты можешь из нее сделать даже умницу.
Рике. Умницу! Что вы? Будто это так легко. Ведь для этого, говорят, надо пройти целый курс математики, психологии, истории да выучить статистику наизусть, а без того у нас не назовут умной.
Фея. Ты меня не понял. Я говорю об уме, который рождает в сердце девушки мысль об ее назначении, наполняет глаза каким-то волшебным огнем, оттеняет черты выразительностью, придает устам свежесть розы, а щекам --румянец зари предрассветной.
Рике. И зажигает в сердце мужчин неугасимый огонь, которого она должна быть вечной весталкой. Но для того чтобы я произвел в ней эту перемену, нужно очень многое. Нужно, во-первых, чтоб она от меня не бегала; во-вторых, чтобы она отвечала моей нежной страсти и вышла за меня замуж, а в-третьих... в-третьих-то, уж после; это придет само собой... Да нельзя ли вам, прелестная фея, сделать из меня что-нибудь порядочное? Выправить немножко ноги, сколоть бельмо да хоть капельку сдавить горб. Крайне обяжете! Что же касается до хохла, так не троньте: хохлы нынче играют большую роль.