Литмир - Электронная Библиотека

Глава 3

Руян. Весна 6656 от С. М. З. Х.

На похороны Векомира я конечно же не попал. Ну, это и понятно: когда я появился в Арконе, то пепел его погребального костра уже остыл и был развеян свежим морским ветром, который так любил верховный жрец Святовида. Однако на главные события успел. Волхвы начинали выборы нового верховного жреца, и претендентов было трое. Сотник витязей Доброга, знатный боец, витязь и большой специалист по тайным операциям. Боян Бранко Ростич, который являлся правой рукой покойного Векомира и возглавлял его посольства. И волхв Ирьян Копылко, тяготеющий к техническим новинкам жрец столичного храма. Всех этих людей я знал ещё со времён своего обучения в храме, и каждый из них был достоин занять место Векомира. Само собой, заменить старика невозможно, слишком серьёзной фигурой он был. Но и жалеть о его уходе шибко не стоило, ибо жрец выполнил своё предназначение и теперь находился там, где всегда тепло, светло, сытно и радостно.

В общем, волхвы Святовида на несколько дней заперлись в святилище, и, пока они думали и рядили, кому следует взвалить на свои плечи тяжкую ношу Векомира, в город съехались почти все мало-мальски заметные люди Венедии. А потом великий князь Прибыслав, сгорбленный годами лютич, который потерял на минувшей войне почти всех своих детей, решил собрать общий совет. Меня тоже пригласили, и я, при полном параде, в мундире с погонами, на которых красовались золотые громовники, и с мечом на боку, прибыл в здание ОБК, где на постоянной основе трудилось уже полсотни человек. Но в этот день здесь всё замерло. Отдел по борьбе с крестоносцами уступил зал для совещаний великому князю, и когда я оказался в просторном помещении, то огляделся и увидел вокруг себя тех, кого и ожидал.

Во главе стола находился сам Прибыслав. По левую руку от него – князь поморян Рагдай, который вышел из битвы под Волегощем без единой царапины, хотя находился в самой гуще сражения от его начала до разгрома крестоносцев. Справа сидел одноногий Никлот, коему теперь предстояло заново обживать своё разграбленное княжество. Далее расположился худой, словно скелет, потерявший челюсть Мстислав Виславит, который не мог разговаривать и питался одними бульонами. А потом по кругу все остальные участники заседания. Сын Векомира и владетель Борнхольма варяг Идар. Мои зеландские соседи Вартислав и Громобой. Витязь Сивер из Щецина. Старый воевода Крут и верховная жрица Макоши прекрасная Зареслава. Хранитель храмовой казны волхв Яровита Войдан Лебедян, пара служителей других славянских богов и несколько наиболее авторитетных руянских вожаков. Короче, чужаков не наблюдалось, можно было начинать. Я сел на свободное место, посмотрел на Прибыслава, который о чём-то перешёптывался с Рагдаем, расслабился и замер без движения.

Наконец, спустя пару минут, князья замолчали. Великий князь обвел собрание взглядом, обменялся кивками с Никлотом и Мстиславом, а потом заговорил, и речь его была исключительно по существу. Он, как и все мы, думал о будущем нашего государства. Поэтому успел обсудить самые главные вопросы с другими князьями, и перед большим общевенедским сходом, который собирался провести через пару месяцев, подвёл некоторые итоги и обозначил основные проблемы, коих было очень даже немало. А все мы должны были одобрить решения князей или, наоборот, отвергнуть их. Поэтому можно было сказать, что мы – тестовая группа, наблюдая за которой выборные правители Венедии определяли реакцию представителей племён.

Итак, о некоторых проблемах Венедии и первоочередных вопросах.

Первое: некоторые горячие головы, особенно среди варягов, предлагали воспользоваться смутой в Священной Римской империи и расширить наши границы. Отбить Нордмарк, где до сих пор воевал с католиками самовластный князёк Якса из Копаницы, и забрать у германцев развалины Любека и Ольденбурга. Сил на это должно хватить, если оголить опасные направления и напрячься. Благо войско пока не распущено и германцам сейчас не до нас. Однако удержать эти территории мы не могли. Сейчас у венедов не хватало воинов даже для охраны границ и зачистки земель бодричей. Так что какие уж тут завоевания? Отбились от крестоносцев – и хвала богам. Теперь молодёжь поднять бы и обучить, окрепнуть, восстановить численность дружин и крепости заново возвести. Поэтому решение находилось на поверхности. Следовало тревожить европейцев морскими набегами, обживать Зеландию и Борнхольм, отстраивать порушенные города бодричей и лютичей, а также укреплять и расширять колонии и фактории на севере, в Финляндии и Швеции. Да засылать к противнику своих шпионов, которые должны сманивать к нам покорённых католиками славян. А раз так, то долой авантюры. Тем более что, в отличие от большинства присутствующих на совете людей, я знал о Винланде, куда тоже требовалось отправлять колонистов.

Второе: князь Мстислав Виславит хотел покинуть свой пост, ибо он ослабел и не мог водить дружину в поход. Да и делами племени заниматься был не в состоянии, поскольку его постоянно донимали головные боли, и храбрый варяг лишился речи. Сделать это Мстислав собирался в самое ближайшее время и попросил (написал на бумаге) поддержать на общеруянском сходе того, на кого он укажет. Правда, в своём выборе Мстислав пока не определился, но в целом никто против не был, и совет пообещал уважить героического князя. Вот только людей, которые могли бы занять его место, лично я рядом не видел. Обмельчали Виславиты или в боях полегли, а молодёжь, на которую мы возлагали свои надежды, ещё не выросла. Значит, передать власть над племенем ранов Мстислав мог лишь двоим: витязю Доброге, который находился в храме Святовида, либо первопроходцу и колонизатору Будимиру. И если так, то неопределённость выбора становилась понятна. Не изберут Доброгу верховным жрецом – быть ему князем. А коли займёт витязь кресло Векомира, тогда Мстислав станет ожидать возвращения Будимира, то-то он обрадуется, давно ведь об этом мечтал.

Третье: возник вопрос добычи. После разгрома крестоносцев её было много, и, по принятому перед войной закону, она принадлежала всем венедам, то есть передавалась в ведение великого князя. Однако если в ходе боевых действий это не вызывало никаких вопросов или споров, то сейчас многие вожди стали протягивать к дорогому оружию и ценным пленникам свои загребущие лапы. Кстати, среди них и меня помянули. Мол, авторитетный воин и витязь, герой и честный человек, но вот есть тёмное пятнышко на репутации. Вадим Сокол денежкой делиться не желает и, словно кугут, сидит в Рароге и думает только о себе. Озвучил этот упрёк не Прибыслав и не князья, а уважаемый мной воевода Крут. Поэтому пришлось оправдываться, и я привёл свои доводы. Добычу брал, признаю. Но только ту, что хапнул на вражеской земле. По этой причине она под закон не попадает. А в остальном действовал как все, хабар сдавал людям великого князя. Мои объяснения были приняты, и Прибыслав подтвердил, что так и есть. После чего меня уже не трогали и обсуждали остальных хапуг, которым предстояло объяснить на сходе перед народом свои действия и поступки.

Вот такие дела обсуждались, и один вопрос сменялся другим. Нехватка продовольствия и голод в лагерях вынужденных переселенцев. Торговля с новгородцами, шведами, датчанами и финнами. Возможный оборонительный договор с вождями пруссов. Военные походы в Ла-Манш и дальше, в Ирландию и даже Испанию. Создание учебных лагерей для подростков и ежегодные сборы для племенного ополчения. Финансы и разработка полезных ископаемых. Желание кузнецов организоваться в гильдию оружейников и так далее.

Однако меня всё это волновать перестало. Серьёзные мужчины с красными плащами на плечах просто тянули время, ведь на деле всё уже решено, и меня эти заботы касались лишь краем, постольку поскольку. Что от меня потребуется, конечно же сделаю. Но в политику мне лезть рано, ибо я не чувствовал себя готовым взвалить на хребет непомерный груз ответственности за сотни тысяч людей, и на данный момент меня более всего заботило предстоящее путешествие на Русь. Поэтому я сидел за столом, кивал, поддакивал и прихлёбывал вишнёвый взвар, а в перерывах общался с Идаром, Сивером, Войданом Лебедяном или волхвами.

7
{"b":"551378","o":1}