Литмир - Электронная Библиотека

— Настоящего плана у меня, пожалуй, нет, — сказал полковник Росс. — Он далеко не полон. И возможно, ничего не дает. Собственно, он практически исчерпывается следующим. Слушая Деда, я подумал, что мне следует поговорить с Уиллисом. Кстати, отца Уиллиса оповестили, что его сын в госпитале, и он должен вот-вот приехать. Я послал офицера встретить его. По-моему, мне стоит поговорить и с ним.

— Вручив мальчику его орден, — сказал генерал Николс, — я с поклоном покину сцену, и вы сможете побеседовать с ним. Мне кажется, он порядочно выигрывает — все, чего он добивался, все, что вот-вот получит, если больше неприятностей не будет, если он вам поможет. Я бы не стал обращать особое внимание на мнение Деда о том, что слишком уж жирно, а что — не слишком.

— Мне это не очень нравится, — сказал полковник Росс.

— Мальчик, по-видимому, вполне справедливо в претензии, — сказал генерал Николс. — Но, мне кажется, вопрос для него стоит так: настолько ли эта претензия ему дорога, чтобы ради нее отказаться от группы средних бомбардировщиков, от минимум трех повышений в звании, от своей фамилии в газетах и всего прочего. Это просто констатация факта. Мне кажется, тут нельзя усмотреть ни подкупа, ни угрозы.

— Попытаюсь не усмотреть, — сказал полковник Росс. — Если он не усмотрит. — И он угрюмо замолчал.

Генерал Николс сказал:

— В Нюде есть это, судья, и всегда было. Вот вы, и вот Дед — вы его знаете, вы работаете для него и ставите себя под удар ради него. И вы, и другие люди. Так было, так есть. Старик это знает. Человек не способен сделать все сам, то есть если то, что он делает, чего-то стоит. До известного предела — безусловно, но дальше очень важно, много ли готовы сделать для него другие люди. — Он задумчиво умолк, а потом сказал: — Насколько мне известно, ничего конкретно еще не решено. Старик не планирует операций вокруг какой-либо данной личности. Водить самолеты — рискованное занятие, как и война. И нельзя заранее знать, кто именно окажется на месте, когда придет время. Могут измениться обстоятельства, и вам потребуется другой человек. Может измениться и сам человек. Кто-то другой подойдет лучше. Но Старик всегда планирует, исходя из альтернатив, из вероятностей, взвешенных далеко наперед. Я сказал, что, насколько мне известно, ничего конкретного еще не решено. Собственно говоря, я в этом уверен, так как время для решений еще не подошло, но мне кажется, для Нюда намечается вот что.

Генерал Николс аккуратно положил сигарету в пепельницу на дверце, устремил взгляд на проносящийся мимо сосновый лес, пронизанный солнцем, и сказал:

— Мне кажется, Старик думает поручить Нюду авиацию поддержки при вторжении на Японские острова, когда и если это произойдет. Что будет даже изящно. Американская авиация не откажется получить свою долю того, что подразумевает фраза «Я вернусь!» — Он перевел взгляд с проносящихся мимо сосен на полковника Росса. — Сперва отзывать Нюда домой в этом году не предполагалось. Нюд достаточно весомо доказал в Северной Африке, что лучшего руководителя широкомасштабными операциями истребителей у нас нет. Истребителям предстояла важнейшая задача… и предстоит. Вы догадываетесь какая. В ближайшие месяцы мы получим усовершенствованные самолеты и будем сопровождать бомбардировщики весь путь до цели. Разумеется, Нюд был не единственным и даже не первым, кто понял, что без этого нам не обойтись, но выношено все это им. Он взялся за дело. Он сумел наладить небольшие пробные вылеты. По их результатам он разработал тактические основы и отличный оперативный план. Штабу ВВС его план понравился. Вот тогда-то Старик и представил его к производству в генерал-майоры. Не знаю, что именно говорил вам об этом Нюд.

— Ничего, — сказал полковник Росс. — Нюд о себе почти не говорит, генерал. Конечно, все знают, чего он добился в Африке. Кое-что об этом он мне говорил, но и только.

Генерал Николс сказал:

— Нюд получил вторую звезду, был отозван из Африки незадолго до завершения операции и отправлен в Англию. Затем Старик передумал. И мне кажется, я знаю почему. Нюд требовал, чтобы ему самому было разрешено летать в сопровождении. И в Африке он, знаете ли, все время это проделывал. Разумеется, некоторые операции ему нужно было наблюдать воочию, ну и, что сам командующий летит в сопровождении, было полезно для поддержания боевого духа, особенно в первые дни, но Нюд прямо-таки не вылезал из-за штурвала. Ему словно бы это просто нравилось. Старик не желал, чтобы он вот так же летал и над Германией. Нам нельзя допустить потерю всего, что знает Нюд, ради того, чтобы он узнал чуть больше. Слишком велика ставка при неоправданно большом риске. И в любом случае если Старик что-то сказал, то все. Поверьте мне, спорить с ним вы не будете.

Генерал Николс перевел дух. Он сказал:

— И потому представилось разумным забрать Нюда домой, перестать вести войну только его руками, дать ему поостыть. К тому же для АБДИПа здесь в Оканаре был необходим как раз такой человек. Уж кто-кто, а Нюд досконально знает, чего требуют боевые действия, и потому все очень мило согласовывалось. Я знаю, Старик беседовал с Нюдом, и Нюд остался доволен. Видимо, идея заключается в том, чтобы Нюд затаился, пока мы не высадимся в Европе, а тогда отправить его в тактическую воздушную армию, но не на командную должность, а просто понаблюдать, во что выливается сотрудничество воздух — земля. Едва мы вступаем в Германию, Нюда тут же забирают домой — заняться истребителями для Японии. Вот что, по-моему, зреет, судья. Или может зреть.

— Да-да, — сказал полковник Росс.

Напряжение, с которым он слушал, на миг сменилось раздумьем. Следует ли все это тоже принять за простую констатацию фактов, без намека на подкуп или угрозу? Однако он не стал размышлять над этой загадкой — если загадкой, — а сосредоточился на чем-то словно бы побочном, лежащем вне этой линии мыслей или скрытом за ней, но неотъемлемо связанном с другой линией, с постоянной неизбывной заботой, которая в сознание допускалась редко, но все время подслушивала у его порога, выхватывая все, чем могла воспользоваться. И теперь эта неизбывная забота уцепилась за мимоходом оброненные слова генерала Николса «едва мы вступаем в Германию». И радостно воспрянула, открыв себя и в своей радости выдав, что на протяжении разговора выхватила не одно только это.

Подслушивающая забота услышала и затрепетала, когда генерал Николс упомянул свое сомнение, что высокое начальство в Квебеке намерено использовать авиацию наилучшим образом. Она услышала и испуганно съежилась, когда генерал Николс объявил, что тем не менее это будет сделано любой ценой. Когда она узнала, что истребители вскоре начнут сопровождать бомбардировщики до самой цели, ее бросило в жар и в холод: с одной стороны, новая гарантия безопасности, а с другой — ужасающая опасность, сопряженная с этим решением. И вот теперь она услышала, что в Квебеке и в Вашингтоне среди посвященных сомнений не было, не было никаких «если». А уж они должны знать. И раз никаких серьезных возражений они не находят, значит, слава Богу, дело у нас идет на лад. Опознанная мысль на мгновение воплотилась в зрительный образ: его сын Джимми в такой беззащитной на вид, ничем не укрытой прозрачной кабине, скорчившись, прижимает глаз к окуляру бомбардировочного прицела. И ни он, ни самолет, курс которого он в эти секунды контролирует, не могут свернуть ни на йоту, не могут уклониться ни на дюйм, а зенитные орудия внизу, накапливая и корректируя данные пристрелки, с изумительной точностью бьют и продолжают бить по еле ползущей беззащитной цели.

— Значит, они вызвали Нюда домой для отдыха. Они считают, что у него для этого есть все, что требуется? — спросил полковник Росс.

— Иначе они считать не могут, судья, — сказал генерал Николс. — Я ни разу не слышал, чтобы это формулировалось официально, но из практики мне известно, что по-настоящему отдыхают во внутренней зоне только те, для кого не находится полезного применения. Нюд здесь полезен — крупный административный пост, и это должно быть полезно ему. Нюд знает, что его не перевели на запасной путь, не положили на полку. Все это служит главной цели. Не думаю, чтобы хоть кто-нибудь — включая и самого Нюда — считал его администратором. И из него вовсе не хотят сделать администратора. Однако ему необходим опыт, которого можно набраться, решая непрерывно сыплющиеся на тебя проблемы, подбирая именно таких людей, какие могут наиболее успешно с ними справиться. Умение абсолютно необходимое, чтобы руководить таким большим соединением, как все воздушные силы. У Старика зоркий глаз. Нюд будет полезен для АБДИПа, а АБДИП — для Нюда.

107
{"b":"549396","o":1}