Литмир - Электронная Библиотека

Десятки ячеек, и каждая подмигивает флуоресцентными вспышками, и каждая вспышка соответствует «букве» ДНК. Будто жильцы большого дома все одновременно решили поиграть в Шерлока Холмса и передают сигналы световым кодом. Окуляры были всего лишь средством выявить очевидные сбои: последовательность букв фиксировал электронный глаз, подключенный к компьютеру.

Первые последовательности начали возникать в окне результатов, и эксперт немедленно запустил поиск. Эксперт был гражданским лицом, работал на полицейский департамент по контракту. Но каждый раз (пусть об этом никто не знал) он волновался.

В графе «найдено» высветилось ярко-зеленое «AMELY Chr. Y p11». Эксперт хлопнул в ладоши и потер руки.

— Первый шаг навстречу Разрушению, — промурлыкал себе под нос. Он с детства любил Альфреда Бестера.

10:52

Сергей и генный эксперт Брук звали друг друга просто по именам.

— Привет, Мартин. Чем-нибудь порадуешь?

— Попробую. Отпечатков пальцев нет. То есть их много, но, сам понимаешь… Сумочку и вифон девушки посмотрели, браслет на ее левой руке тоже: никаких следов, похоже, убийца был в перчатках. Однако! Жертва швырнула в него капсулой ароматизатора в упаковке. И попала, причем в лицо. Нам повезло: у них ночью автоматически включается стерилизующий ультрафиолет, но капсула упала нужной стороной вниз. Жалко, что крови нет, зато мазок слюны бесспорный, я там тебе написал…

— Короче?

Эксперт развел руками.

— Получена ДНК. Это хорошая новость.

— Давай плохую.

— В количестве семи пикограммов.

Сергей произнес одно непонятное слово. Негромко, но с сердцем.

— Меньше генома! Фоторобот не получится?

Эксперт молча покачал головой.

— Но ты хоть что-нибудь вытянул?

— Что-нибудь вытянул, — согласился эксперт. — Образец принадлежит мужчине, это без вопросов: и по амелогенину, и по другим маркерам. Темные глаза, темные волосы — не светлее темно-русого. Про телосложение, рост не рискну высказываться. Раса белая… главным образом белая. Так как геном не полон, не могу исключить со стопроцентной гарантией прабабушек-прадедушек других рас, но все исследованные участки скорее типичны для европейцев. Есть генные комплексы, в высшей степени характерные для юга Европы.

— Мужчина, скорее всего, белый, волосы темные, глаза темные, возможно, итальянец, грек…

— …Француз, швейцарец или внук швейцарца, итальянца или француза. Или правнук, чтобы уж подстраховаться — но не дальше правнука. Сам он при этом может называть себя и шведом, и поляком. Где гены, а где гражданство…

— М-да. Ну хоть что-то.

— Дай мне генпаспорта фигурантов, — без выражения сказал эксперт, — через двадцать минут дам тебе девяносто девять процентов.

— Еще что-нибудь тебе дать? — Это не было приглашением делать дополнительные запросы.

— Нет, в самом деле: никак нельзя, что ли? У вас убийство, если ты не заметил!

— Теоретически можно. Но необходима веская причина запрашивать генпаспорт у конкретного человека. Иначе… Наши подозреваемые люди богатые, у всех хорошие адвокаты. Совать нос в их геномы — это может дорого обойтись. Делать придется наоборот: наберем улик, а тогда уже попросим у подозреваемого ДНК или генпаспорт.

— Угу. А ты не можешь как-нибудь так… — эксперт сделал неопределенное веерообразное движение пальцами.

— За «как-нибудь», — веско произнес Сергей, — кому-нибудь будет обидно и горько. Меньше смотри сериалов.

— Ясно. Тогда берись за честный труд. Удачи.

11:10

За честный труд в итоге пришлось взяться стажеру: Сергей уселся просматривать отснятые материалы и протоколы. Мужчин среди подозреваемых оказалось тридцать два. Фред ввел параметры, полученные от генэксперта, и запустил сортировку. Жалко, что преступник не рыжий. Или не японец — их всего двое…

— Эй, молодой человек, ты что делаешь?

При других обстоятельствах Фред объяснил бы этому русскому, что подобное обращение есть преследование по возрастному признаку.

— Выполняю приказ.

— Останови.

Сергей подъехал на кресле поближе и неодобрительно щелкнул языком — еще одна его кошмарная привычка.

— «Темные волосы» ввел? Молодец. Лысого верни. (Палец Сергея подцепил фотографию старого хрыча и перетащил по экрану обратно к подозреваемым.) Бритого верни. (Та же операция.) Седого верни. Крашеного…

— Я понял.

— Хорошо. Так, а вот этого конопатого я бы пометил вопросом, что-то непохоже, что он от природы брюнет. А это… у-упс. Хм… (Пол-лица покрыто изящными завитками татуировок, видимые участки кожи — коричневые от загара, вместо волос плюмаж из синих страусовых перьев, радужные контактные линзы, серьга в носу, бриллиант в зубе.) Слушай, а это точно человек? (Фред, опешив от такой нетолерантности, промолчал.) Хочу сказать, это точно белый мужчина?

— Точно. Постоянный клиент, имя — Джузеппе.

— Ничего не значит. Я знал девушку по имени Рональд.

— Был в интимной связи с Элен Ванг, массажисткой.

— Тоже, если подумать…

— На шее отчетливо видно адамово яблоко, — потеряв терпение, сказал Фред.

— Другое дело. Да, этого надо оставить. Работай дальше, только вручную, о-кей?

…После того, как подозрения были сняты с блондинов, рыжего, японцев, китайцев, конголезца и двух афроамериканцев (взглянув на фото последних, Мартин подтвердил, что убийца — если и мулат, то куда более светлый), в папке осталось три ряда фотографий, по четыре в каждой. Конечно, уже не восемьдесят, но все еще многовато.

— Отлично, — сказал Сергей. — Теперь дай мне список по именам, отложим тех, кто приходил с утра. В середине дня сотрудники по очереди устраивают себе короткий перерыв. Многие сидели в этом холле, ходили туда-сюда — вряд ли убийца стал бы так рисковать. Хотя… Ладно, во всяком случае, начинать надо с вечерних посетителей.

11:55

«Утренних» клиентов переместили во вторую очередь, у троих «вечерних» оказалось надежное алиби на начало десятого: танцевали на сцене, в реале, на глазах у сотни зрителей. К полудню на мониторе Фреда красовались всего три фотографии. Тот самый фрик с синим ядерным взрывом на голове. Худощавый молодой человек в галстуке с логотипом фирмы, темные волосы гладко зачесаны назад. Мужчина под пятьдесят: проседь в черных волосах, крупные черты лица, обаятельная улыбка. Фред ткнул пальцем в первое фото, выводя личную информацию.

— Джузеппе Мауро, тридцать один год, профессия — ай-джей, ник Зепо-Зепо. В момент убийства был у себя дома. Из салона ушел около 17–45. А пришел к открытию, в девять утра.

— Что они с ним делали столько времени?

— Посмотри в файле, я понял не все. Прическу делали, старый бодиарт выводили, новый наводили и закрепляли — это то, что понял. Маникюр делали, помпезный и особенный, судя по цене. В детали я не вникал, но работала Джорджина. По генетике подходит: итальянцев среди его предков больше, чем всех других национальностей, не считая латино.

— Ясно. Следующий?

— Саймон Герхарт, старший менеджер компании «Софт-Клининг», в момент убийства предположительно направлялся из офиса домой. Стрижка, маникюр. По эмоциональному сообщению мисс Шу, «вел себя как сволочь»: придирался к Джорджине, дважды нажал кнопку «минус». Из салона ушел около 18–30. Дед по материнской линии — француз из Марселя.

— Ты уже и генеалогии собрал?

— Открытые источники. До четвертого поколения, мистер Брук сказал, дальше не надо. А третий, между прочим, Гэри Карпентер. Не узнал его сразу.

— А надо было узнать?

— Карпентер — кандидат в мэры от оппозиции, — преувеличенно вежливо сообщил Фред.

— Думает выиграть?

— Я не аналитик, но моим родителям он нравится. Добро, порядок и семейные ценности, беспощадная борьба с преступностью, все такое.

— Ладно, буду иметь в виду. И что с ним?

— Был дважды, делал маникюр и стригся. Во второй раз покинул салон около семи вечера, то есть позже всех. Предков из Южной Европы я у него не нашел, до четвертого колена только выходцы из Британии.

2
{"b":"547493","o":1}