– Боже, какая прелесть!
Нелл обернулась и увидела, что на краю газона стоит Глэдис Мейси с огромной белой сумкой в руках.
– Ну просто картинка!
– Добрый вечер, миссис Мейси.
– Ничего, что я свалилась вам как снег на голову? Я бы позвонила, но у вас нет телефона.
– Конечно, ничего. Гм-м… Выпьете что-нибудь?
– Нет-нет, не беспокойтесь. Я к вам по делу.
– По делу? – удивилась Нелл.
– Да, конечно. – Миссис Мейси энергично кивнула, но из ее аккуратного темного пучка не выбился ни один волос. – В конце июля исполнится тридцать лет, как мы с Карлом поженились.
– Поздравляю.
– Спасибо. Если два человека сумели прожить вместе три десятилетия, это многого стоит. Я хочу устроить праздник, но мой муженек наотрез отказывается надевать выходной костюм и куда-то тащиться. Вот я и подумала… Не могли бы вы приготовить для нас угощение?
– Ох… Ну… – мямлила опешившая Нелл.
– Я хочу, чтобы столом занимался специалист, – решительно заявила Глэдис. – И чтобы все было красиво. Когда моя девочка два года назад выходила замуж – это было в апреле, – мы наняли организатора банкетов с материка. На мой вкус, вышло так себе, а Карл решил, что это слишком дорого, но выбирать не приходилось. Я думаю, что у вас получится лучше и что вы не сдерете с меня семь шкур за миску холодных креветок.
– Миссис Мейси, спасибо за столь высокое мнение о моих талантах, но я ведь не организатор банкетов…
– Время еще есть? Я составила перечень гостей и прикинула, чего бы мне хотелось. – Она вынула из огромной сумки лист бумаги и сунула его в руку Нелл. – Я хочу, чтобы праздник прошел у меня дома, – продолжала Глэдис, как бы отметая робкие возражения Нелл. – У меня есть хороший фамильный фарфор и все остальное. Посмотрите, что я тут набросала, а завтра мы все обсудим. Жду вас у себя во второй половине дня.
– Я бы с удовольствием помогла вам. Может быть, я сумею… – Она посмотрела на листок с заглавием «Тридцатая годовщина», к которому Глэдис добавила сердечко с инициалами «Г» и «К» в середине.
Нелл умилилась.
– Я подумаю, что можно сделать.
– Вы славная девочка, Нелл. – Услышав звук мотора, Глэдис оглянулась, узнала патрульную машину Зака и приподняла бровь. – И вкус у вас отличный. Приходите завтра, и мы все обсудим. Желаю хорошо провести вечер.
По пути к своему автомобилю Глэдис остановилась, увидела цветы в руках Зака, сказала ему несколько слов и потрепала по щеке. Сев за руль, она стала гадать, кому первым делом позвонить и сообщить, что Закарайа Тодд вовсю ухлестывает за малышкой Нелл Ченнинг.
– Я немного опоздал. Прошу прощения. В поселке столкнулись два автомобиля, так что пришлось задержаться.
– Ничего страшного.
– Я подумал, что это подойдет для вашего цветника.
Нелл улыбнулась, увидев горшок с маргаритками.
– Замечательные цветы. Спасибо. – Она взяла горшок и поставила его рядом с табуреткой. – Я схожу за вином и закусками.
Зак проводил ее на кухню.
– Потрясающий запах.
– Я решила заодно освоить еще пару рецептов. Теперь дело за вами.
– Всегда готов… А это кто такой? – Он наклонился и погладил пальцем дымчато-серого котенка, лежавшего на подушке в углу.
– Это Диего. Мы теперь живем вместе.
Котенок мяукнул, потянулся и стал лениво играть шнурками Зака.
– Я вижу, вы времени даром не теряли. Успели приготовить еду, купить мебель и обзавестись сожителем. – Тодд взял Диего на руки и повернулся к Нелл. – В вас нет ни одного недостатка.
Зак стоял с ней рядом, большой, красивый, с серым котенком, уткнувшимся ему в плечо.
Он принес ей белые маргаритки в пластмассовом горшке.
– О черт… – Она поставила на место поднос с закусками и вздохнула. – Ладно. Я не хочу, чтобы у вас сложилось неправильное впечатление об этом обеде… и всем прочем. Вы мне очень нравитесь, но скажу прямо: я не в том положении, когда можно дать волю чувствам. Для этого есть серьезные причины, однако говорить о них мне не хочется. Так что, если вы сейчас уйдете, я нисколько не обижусь.
Зак серьезно выслушал ее, почесывая котенка между шелковыми ушками.
– Спасибо за прямоту. Но стыд и позор на мою голову, если я уйду, не отведав ваших изделий. – Тодд стянул с подноса маринованную оливку и сунул ее в рот. – Если вы не против, я пойду на задний двор. Могу заодно отнести вино.
Он взял бутылку и, не выпуская из рук Диего, толкнул дверь бедром.
– Будем соблюдать правила, но предупреждаю: я приложу все силы, чтобы вывести вас из этого, как вы говорите, положения.
– Сделать это не так легко, как вам кажется.
– Милая, с вами вообще нелегко, – сказал Зак, придержав ей дверь.
Нелл взяла поднос и вышла во двор.
– Это что, комплимент?
– Пожалуй, да… А теперь давайте выпьем вина, расслабимся, и вы расскажете, зачем приходила Глэдис Мейси.
Когда они сели за стол, Нелл стала разливать вино, а Зак положил котенка к себе на колени.
– Поскольку вы местный шериф, знающий здесь всех и вся, могли бы и сами догадаться.
– Что ж, попробую. – Зак склонился над подносом и стал рассматривать закуски. – Проверим, насколько я наблюдателен. Во-первых, у вас на стойке лежит перечень, написанный Глэдис от руки. Отсюда следует, что она хочет отметить годовщину своей свадьбы. Во-вторых, я сижу здесь и глотаю слюнки, глядя на все это разнообразие. Поскольку Глэдис женщина неглупая и уже успела оценить ваши таланты, она наверняка хочет, чтобы вы приготовили угощение. Ну что, попал?
– В самое яблочко.
– И вы возьметесь?
– Я обещала подумать.
– Если возьметесь, то сделаете отличное дело. – Зак взял с подноса блюдо и подозрительно осмотрел его. – Оно с грибами? Ненавижу грибы.
– Нет. Сегодня вечер без грибов. А почему я сделаю хорошее дело?
– Я сказал не «хорошее», а «отличное». – Он сунул в рот кусочек сливочного сыра с травами, запеченный в слоеном тесте. – Потому что вы волшебно готовите, обладаете ангельской внешностью и точны, как компьютер. Кроме того, у вас есть стиль… Почему вы сами ничего не едите?
– Сначала хочу убедиться, что вы выживете.
Зак улыбнулся в ответ и продолжил трапезу. Нелл села и сделала глоток вина.
– Допустим, что я хорошая повариха и на кухне лицом в грязь не ударю. Своей внешностью я вполне довольна, но до ангела мне далеко.
– Значит, я теряю голову, глядя на вас.
– Допустим, я неплохой организатор, – продолжила Нелл, – но лишь потому, что стараюсь не усложнять себе жизнь.
– Иными словами, вы не хотите ее усложнять, связываясь со мной.
– Вы опять угадали. Я схожу за салатом.
Зак дождался, когда она повернулась спиной, и широко улыбнулся.
– Ее легко раззадорить, – сказал он Диего. – Нужно только знать, за какую ниточку дернуть. Знаешь, чему я научился за долгие годы общения с женщинами? Почаще меняй ритм, и они никогда не догадаются, чего от тебя ждать.
Когда Нелл вернулась, Зак рассказал ей о детском враче из Вашингтона и биржевом маклере из Нью-Йорка, машины которых столкнулись у аптеки на Хай-стрит.
Он рассмешил ее и заставил успокоиться. Нелл сама не заметила, как заговорила о нравах, царивших на кухнях ресторанов, где ей приходилось работать.
– Вспыльчивость и острые предметы, – сказала она. – Очень опасное сочетание. Однажды шеф-повар грозил мне электрическим миксером.
Спустились сумерки, Зак зажег приземистую красную свечу, стоявшую на столе.
– Я и представления не имел, какие интриги плетутся за вращающимися дверями ресторанов.
– Кроме того, там кипят нешуточные страсти, – добавила она, наматывая на вилку лингини. – Пылкие взгляды над шипящими сковородками и разбитые сердца, осколки которых сыплются в консоме. Это настоящий паровой котел.
– Еда напрямую связана с чувственностью. Вкус, цвет, запах… Тунец – просто объедение.
– Значит, блюдо выдержало экзамен?
– Не то слово.
«Нелл идут свечи, – думал Зак. – Их пламя отражается в ее глазах, напоминая золотые отблески на поверхности бездонных голубых озер…»