Трансатланты точно не упустят возможности взять с погибшего корабля хотя бы пробы. Если, конечно, допустить, что кто-то к нему прислушается и отведет 'Талалихин' на безопасную дистанцию.
А вот все остальное, что он сказал, было чистой воды фантазией. Повторение того феномена, что уничтожил 'Лебедева', старая смехотворная теория о расколе Миранды...
- Интересно. - Откликнулась майор Кор. - А почему вы предлагаете дистанцию именно в тысячу километров?
Матвей пожал плечами.
- Я исхожу из того, что 'Лебедев' попал в центр некоего феномена. В глаз бури, как говорят погранцы Земного сектора. Но на деле размеры и размах феномена превышают размеры погибшего корабля в разы. Если то, что уничтожило 'Лебедев', и то, что раскололо Миранду, явления одного порядка, то повторное срабатывание этого явления заденет всех, кто находится рядом с кораблем. Радиус Миранды - 235 километров, и это дает приблизительный размер сферы воздействия феномена. Четырехкратное превышение размера сферы будет относительно безопасной дистанцией.
- На 'Лебедеве', - негромко сказала майор Кор, - проводятся розыскные работы. Там достают останки погибших, прорубаясь сквозь сплющенный корпус корабля. Боюсь, мысль о безопасной дистанции не понравится спасателям, работающим на корабле...
- Естественно. - Согласился Матвей. - Они же люди. Но если я прав, то кто-то должен позаботиться и о них.
Лицо майора Кор стало задумчивым.
- Мне понятен ваш намек, капитан Полторанин.
Она знает, как меня зовут, подумал Матвей. Впрочем, у всех ЛИСов была идеальная фотографическая память - и красавица с темно-синим взором наверняка знает поименно каждого из шестидесяти погранцов, прибывших на 'Талалихин'...
- Главной задачей ЛИСов является защита людей. - Ровно сказала майор Кор. - В том числе - и от их собственных эмоциональных порывов.
- Это всего лишь предположения. - Ревниво заметил Витька Огурцов. - Фантазии нашего Полторанина...
- Однако меня они заинтересовали. - Майор Кор едва заметно улыбнулась, глядя на Матвея.
И он вдруг ощутил прилив радости.
- Я попрошу экспертов-физиков оценить идею капитана Полторанина о возможном двойном срабатывании феномена. О результатах сообщу дополнительно. Есть ещё предположения?
Все молчали. Сайфуллин сзади вполголоса заметил:
- Да какие там предположения... завтра взлетим и пойдем по этим спутникам густым чесом.
- У нас тут только один теоретик имелся. - Хмуро сказал Витька. - Да и тот уже высказался. Другие вопросы есть, майор Кор? Если нет, то давайте расходится - хочу перед завтрашними полетами посмотреть данные по Урану.
- Не задерживаю. - Мягким голосом объявила красавица. - До завтра, господа офицеры. Раздача полетных заданий - в шесть ноль-ноль по московскому времени. У вас будет час на ознакомление и замечания, в семь ноль-ноль - вылет.
Она вышла, ступая легко и бесшумно.
- Красивая. - Деловито сказал Сайфуллин. - Жаль только, что искусственная.
Прода от 31.03
Набычившийся Витька подошел, хмуро глянул на Матвея.
- Я обдумал то, что ты сказал... если это верно, то выходит, что трансами здесь и не пахнет - поскольку раскол Миранды случился не вчера, и даже не в этом веке. Явление, которое повторяется раз в тысячелетие, что ли? Трансы шарят по спутникам Урана наугад, так же, как и мы будем шарить - а между тем дело это не для флотцев, не для погранцов, а для ученых голов. Из РАН, из Института Космоса, но никак не для Лунного сектора границы...
- Сходи и скажи это генералу Первенцову. - Предложил Матвей. - Пусть отправляет нас назад, чего время тянуть.
- Твоя идея, ты и иди. - Здраво сказал Огурцов. - А я, между прочим, все-таки выбью из этой флотской красотки разрешения прогуляться до Урана. Знаешь, что у них стоит на десантной палубе? Лютик-17, специально разработанная модель для планет-гигантов. Способная работать в условиях бешеного давления, низких температур и ураганов, какие бывают только на гигантах. Двигатель - та самая новейшая разработка, о которой столько говорили в прошлом году...
- Это та штука, что работает не по обычному принципу, а на основе гравитационных волн? - Спросил Сайфуллин. - Разворот притяжения, и чем сильней гравитация, тем мощнее тяга? Я слышал, катер с этим движком испытывали на Юпитере. Он там за двадцать минут развил такую скорость, что стартовал на низкую орбиту без дополнительного импульса - и это при ураганном ветре что-то около десяти километров в минуту...
- Вот. - Выдохнул Витька с горящими глазами. - Вот на этом красавце я и хочу прокатиться. Надеюсь, Кор выпишет мне полетное задание в сторону Урана. А тебе, Полторанин, должна достаться Миранда. По справедливости. Ты её упомянул - тебе ж её и прочесывать. Кстати, у неё настолько пресеченный рельеф, что будешь не летать, а ползать по складкам местности. И не скажешь, что это всего лишь очередной шарик изо льда, каких вокруг Урана полным-полно.
Матвей молча пожал плечами. И развернулся к выходу.
Челнок, дрогнув, воспарил над палубой ангарного зала. Потом, повинуясь направленному потоку гравитационной тяги, поплыл к створу, ведущему на стартовую площадку.
- Курс до Миранды проложен. - Объявил разум челнока. - Сверка с разумом 'Талалихина' завершена, пересечений и опасных схождений с курсами других пилотов не обнаружено. Желаешь взять управление на себя?
- Нет. - Матвей, не отрываясь, смотрел сквозь прозрачный колпак пилотской кабины. Над створом загорелись красные огни - напоминание о том, что шлюзовые створки вот-вот разойдутся. - Рули ты. Идем на полной скорости, задание сложное, а времени мало...
То ли майор Кор узнала о разговоре, случившемся после её ухода, то ли сама решила, что так будет справедливее - но полетным заданием капитана Полторанина стала именно Миранда. А если конкретнее, то венец Инвернесс, громадное куполовидное образование на боку спутника, украшенное летящим росчерком V-образного горного хребта, в центре которого поверхность выцветала до белизны.
Шлюзовые створки распахнулись, челнок скользнул вперед. Стартовый стол на 'Талалихине' был даже меньше, чем в куполе Управления Лунного сектора - но все равно в два раза превосходил по размерам вытянутый десятиметровый челнок Погранслужбы.
Несколько секунд ожидания - и веретено его челнока вышвырнуло наружу, в черноту космоса. Сверкнули и начали уплывать назад цепочки габаритных огней 'Талалихина'. Чуть ниже, под днищем, пронесся флотский челнок, тоже идущий на прочесывание. Обводами он напоминал уже не веретено, а стрелу, и размеры у него оказались покрупней, чем у пограничных машин.
На какую-то долю секунды Матвея одним боком вдавило в ложемент, прижав к подлокотнику. Икар, искусственный разум, управлявший сейчас полетом, на полной скорости швырнул суденышко вправо, уводя от громады челночника и освобождая стартовую точку. И сила инерции от рывка сражалась сейчас с гравизахватом ложемента, пытаясь оторвать его тело и размазать по боковой стороне бронекристаллового колпака кабины.
В следующее мгновенье над Матвеем, накрывая ложемент, развернулась сфера искусственной гравитации. Все исчезло, ощущение движения разом ушло. Он лежал, прижатый к сиденью стандартной силой в один 'же'.
- Кар, - попросил Матвей, не сводя взгляда с вида по ту сторону бронекристаллового колпака, - снизь гравитационную защиту. Оставь процентов десять перегрузок
Челнок, обходя по кривой корпус 'Талалихина', понемногу разворачивался носом к Урану. Громадный темно-голубой диск ледяного гиганта, наполовину спрятанный за громадой челночника, неспешно выплыл, показавшись весь. И начал перемещаться к центральной осевой колпака.