Алеша Попович развернулся - четко, как на параде, плечо вперед. И чуть ли не строевым шагом вернулся к своему столу.
Господа погранцы толпой вывалили из зала. Огурцов, шедший рядом с Полтораниным, кисло пробормотал:
- И за что меня в командиры? Теперь поставят, как буфер, между вами и этим Первенцевым. Одно дело - командовать роботами, другое - такими, как вы. И ведь все сплошь капитаны! Хоть бы один был простым лейтенантом...
- А заметили, по какому принципу отобрали тех, кто пойдет на 'Талалихине'? - Сайфуллин, шедший впереди, обернулся. - Ну-ка проверим ваше умение выслеживать объекты, господа погранцы...
- Элементарно. - Задумчиво сказал Матвей. - Все отправленные - холостяки.
ПРОДА ОТ 10.03.16
- Гораздо больший вопрос, почему командиром все-таки назначили меня. - Встрял опять неугомонный Витька.
- Потому что у тебя самый большой процент пресеченных нарушений границы. - Бросил через плечо Сайфуллин. - Ладно, бывайте - встретимся уже на 'Талалихине'.
Он жил здесь, в Управлении, и входил в число тех, кому было позволено забрать свои вещи.
Погранцы по одному прыгали в шахту лифта и уносились кто вверх, к стартовым площадкам, а кто и вниз, к квартирам для холостяков. Матвей ступил в шахту и вышел из неё уже на третьем наземном уровне - индивидуально наведенное гравитационное поле вынесло и мягко поставило на настил.
Стартовые площадки помещались в одном из концов овального пузыря Управления. От шахты главного лифта к ним вел коридор. Матвей в компании наконец примолкшего Витьки дошагал до первого нужного поворота - и здесь они расстались. Огурцов ушел налево, а он направо, к шестой площадке, на которую выходил ангар его челнока.
Стартовая площадка, или стол, была четырехугольным полем размеров восемь на восемь метров. Сейчас часть покрытия купола разошлась и над столом нависало черное лунное небо. Челноки, поочередно выруливавшие на площадку, подбрасывало вверх гравитационной катапультой. Они уходили в черноту космоса по вертикали и уже там, в конце траектории подброса, лениво пыхали маневровыми двигателями, освобождая место для следующего взлетающего.
Матвей бросил взгляд на стартовую площадку через обзорный - от потолка до пола - иллюминатор в конце коридора. И уже потом свернул в проход, ведущий к ангарам шестой площадки. Рысь-24, челнок погранслужбы, принадлежащий капитану Полторанину, уже ждал его - полость в середине веретенообразного челнока распахнута, раскрытый полетный скафандр распялен по ложементу. Тихо звякнув, с потолка съехала стойка, на которой стопкой лежало специальное белье под скафандр.
Матвей от неё отмахнулся - до 'Талалихина', если он висит на лунной орбите, максимум пятнадцать минут лету. Подхватил с изголовья шлем, нахлобучил его на голову и опустился на ложемент. Просунул ноги в боты скафандра.
Свистнуло, расстеленные простынкой рукава и штанины скафандра скрутились, охватывая и туго стискивая руки и ноги. Последними соединились части, закрывавшие грудь и живот. Потом с щелканьем закрылись гравитационные замки на конечностях и туловище...
- Добрый день, Матвей. - Приветливо сказал разум его челнока, Икар-121.
- Добрый, Кар. - Отозвался он. - Координаты 'Талалихина' тебе уже передали?
- Да, я наметил маршрут и связался с разумом челночника. Для нас определенно место на пятой посадочной палубе. Поехали?
- Поехали. - Односложно отозвался Матвей.
ПРОДА ОТ 18.03
Сквозь прозрачную бронекристалловую переборку, за которой открывалась стартовая площадка, видно было, как взлетают вверх челноки. Потом над переборкой загорелся зеленый свет - готовность-три, герметизировать кабину.
Прозрачный колпак челнока захлопнулся, хватка скафандра стала туже - сработал гравизахват ложемента. Зеленый свет перелился в желтый, потом в красный - готовность-один.
Бронекристалловая переборка ушла вниз, сливаясь с настилом пола. Веретено челнока выплыло на площадку, чуть покачиваясь в хватке наведенного поля. Несколько мгновений невесомости - и его кораблик швырнуло вверх. Матвея вдавило в ложемент.
Голубой шар Земли вставал из-за края Луны, сияя на черном фоне космоса драгоценной игрушкой. Вокруг ожерельями были рассыпаны блестки спутников и баз, идущих по околоземным орбитам. Он поискал взглядом 'Талалихина', который сейчас должен был крутиться вокруг Луны, но не нашел.
Траектория движения изменилась - сработали маневровые двигатели. Челнок поплыл вдоль терминатора, границы между темной и светлой стороной Луны. Впереди трассирующей очередью неслись другие погранцы.
Их цель, челночник 'Талалихин', всплыл над округлым краем Луны минут через десять. Громадный корабль с шестью посадочными палубами, скошенными ярусами идущими друг над другом, заливали огни. Челноки заходили на посадку практически непрерывно - створы пропускных шлюзов всех палуб были открыты, принимая подкрепление.
- Приказы по посадке? - Почти церемониально спросил Кар.
- Никаких. - Отозвался Матвей. - Рули до конца, я тебе доверяю.
Челнок скользнул вперед, к пятой посадочной палубе.
Глава вторая
Путь от Земли до Урана занял у челночника около пяти дней. Первую пару суток - на корабле время исчислялось по земным часам - 'Талалихин' набирал скорость, но уже через половину суток перешел в режим торможения. Флотцы спешили к Урану на пределе возможностей, давая максимальное ускорение, которое мог выдержать перегруженный челночник...
Внутри корабля гравитация поддерживалась в пределах одного 'же', так что ни набора скорости, ни экстренного торможения на палубах не ощущалось.
Четыре дня пути Матвей, как и прочие погранцы, изучал подробные карты всех спутников Урана, которых оказалось целых 27 штук. Собственно, никто не ожидал, что они определят изменения рельефа на глазок, прибыв на место. Да и разум пограничного челнока справился бы с этим лучше и быстрее.
Задачей, поставленной погранцам, было другое - найти заранее места, где могли прятаться объекты искусственного происхождения. Достаточно крупные кратеры, высокие горные цепи...
ПРОДА ОТ 19.03
За день до прибытия на орбиту Урана погранцов созвали на совещание в одном из ангарных залов. Матвей явился одним из первых - и застал там Сайфуллина, уже подпиравшего спиной стойку, на которой покоился один из лунных челноков.
Они перекинулись приветствиями. Обсуждать пока что было нечего, разве что карты спутников - но вот их-то как раз обсуждать не хотелось, поскольку за четыре дня все эти снимки поверхностей с перечнями кратеров и пиков навязли у всех в зубах.
Аралит Капустенков, добродушный парень со странноватым имечком, деливший с Матвеем каюту, даже жаловался, что у него начались кошмары, где фигурировали кратеры на Умбриэле и Ариэле - двух лунах Урана, входивших в шестерку самых крупных. Во снах Аралита кратеры превращались в червячные дыры, сплетавшиеся в лабиринт, и он плутал в них на своем челноке, пока не кончался кислород. А потом просыпался от удушья...
Народ подходил, собирался группками у стоек челноков в центре зала. Лица у всех погранцов выглядели серьезными до скуки. И оживились только тогда, когда в зал скорым шагом вошел заместитель генерала Первенцова, ЛИС (Личность Искусственно Созданная) координационной службы флота.
Где-то год назад, на одном из совещаний, Страж-2-1 заявил, что лучшие кадры забирает себе Флот - а им, погранцам, дают что похуже. Сказано это было привычным для Стража равнодушным тоном, и Матвей эту то ли жалобу, то ли замаскированный упрек пропустил мимо ушей.
Но сразу вспомнил, когда увидел зама Первенцева, ЛИС Координатора-3-4. Майора Кор, как она попросила себя называть.