– Это квазичастица. Псевдоатом, если угодно. Фантом, если хочется мистики. Но ни о каком взломе речь не идет, можешь мне верить.

– Не бросайся терминами, когда не понимаешь их физического смысла, – предостерег приятеля Андрей. – Ты хоть понимаешь, что такое квазичастица?

– Понимаю в полной мере. Изучил за три дня. Пример квазичастицы – это «дырка» в полупроводнике. Школьный курс физики. Электрон – частица. Он обладает определенными свойствами: массой, зарядом, спином и так далее. А «дырка» – это, грубо говоря, отсутствие электрона. То есть область пространства, свойство которой обусловлено отсутствием свойств электрона. Частицы нет, но свойства есть, и их можно использовать. Человечество уже давно их использует в технике, например, именно «дырки» являются рабочим телом всех полупроводниковых устройств.

– Верно, – кивнул Андрей. – Если в общих чертах.

– Глубже и не надо, – заверил Пашка. – Потому что то, с чем мы столкнулись, несколько выходит за рамки привычной физики. Тебе придется выписывать новые формулы и создавать новую теорию. Круто?

– Заманчиво, – усмехнулся Андрей. – Но ведь твои предположения на чем-то основаны?

– А ты как думал? Не прибегу же я к тебе в больницу с пустыми гипотезами. Короче, начнем с нашей основной проблемы, так будет понятней.

– Наша проблема – это короткое время жизни приготовленного квантового состояния.

– Вот именно, – кивнул Паша. – Внешняя среда разрушает его прежде, чем атомы успевают сделать нужное количество вычислительных шагов. В нашей системе работает модель из двух кубитов, организованная на молекуле хлороформа. И вот представь, что в процессе вычислений в этой молекуле образуются дополнительные квантовые состояния.

– Как они могут образоваться, если кубитов всего два? – Андрей хотел озадаченно потереть переносицу, но наткнулся на повязку. – Не может же в молекуле образоваться лишний атом!

– Атом не может, – кивнул Пашка. – Но сама среда может возбуждаться и в возбужденном состоянии вести себя как настоящая частица. Ты ведь физик и лучше меня понимаешь, что такое квазичастицы. Вспомни фононы или те же «дырки» в полупроводнике. Вспомни квантовый эффект Холла, наконец.

– Понятно, – прервал его Андрей. – Но у тебя бы так не блестели глаза, если бы речь шла об эффекте Холла.

– Да. – Пашка снова наклонился вперед и понизил голос: – Ты случайно или подсознательно создал другую, совершенно неизученную квантовую среду. Можешь назвать ее «Квантовым эффектом Марковича», если хочешь. И эта среда в точности повторяет свойства обычного атома. Не просто возбуждение среды, а две зависящие друг от друга квазичастицы – одна аналог ядра, другая электрона.

– И ты понял, как мне это удалось? – еще не веря в удачу, спросил Андрей.

– Абсолютно! Любая квантовая среда – это чрезвычайно запутанная совокупность электронов или спинов. Но ты, загоняя в кубит совершенно бредовые значения, окончательно ее запутал. Я отследил последовательность вычислительных шагов и повторил твои действия в точности. Когда время декогерентности обнулилось и начало считать устройство номер два, я замерил его параметры. Вот, посмотри.

Пашка достал из кармана рубашки свернутый вчетверо лист бумаги с описанием работы квантового резонатора.

– Вот эта черта нарисована там, где наши атомы уже сдохли, – пояснил он. – Ну как?

– Офигеть! – покачал головой Андрей. – Получается, что для создания «защищенного» кубита реальный атом не нужен вовсе? Ведь внешняя среда не может разрушить несуществующую частицу! У квазичастиц остается несколько «защищенных» степеней свободы, связанных с перемещением друг относительно друга! И на них можно считать бесконечно долго! Паша, ты гений.

– Ну, не все так радужно, – улыбнулся Паша, – но что-то вроде того. Совсем без атомов мы обойтись не можем, они создают «квантовый бульон», в котором и рождаются квазичастицы. А дальше уже нам с тобой все карты в руки. Но нужно ставить эксперимент, а без тебя я не смогу, ты же знаешь.

– Я отсюда выберусь! – заверил его Андрей. – Очень скоро.

– С такой методикой лечения? – Пашка пренебрежительно ткнул пальцем в бинты. – Зря ты зажмотился на нормальную страховку. Попал бы в хорошую клинику, вышел бы через неделю. А так…

– Погоди. – Андрей понизил голос до шепота. – Может, можно кому-нибудь заплатить и переехать в другую больницу?

– Отсюда за взятку тебя забрать можно, – кивнул Паша. – Но ни одна больница без страховой карты своего уровня тебя не возьмет. Их всех пересажают к чертям собачьим, и тебя заодно.

– Министр здравоохранения – сволочь, – сквозь зубы сказал Андрей. – Неужели нельзя было оставить просто платные клиники?

– Со своей стороны он прав. – Паша пожал плечами. – Каждый гражданин России один раз в год может сознательно выбрать уровень лечения. А если не заболеет, то эти средства уходят на развитие медицины в целом. Иначе лечение стоило бы столько, что мало кто мог бы его себе позволить.

– Так я что, должен платить за малоимущих? – совсем разозлился Андрей.

– Ты и не платил. Это как раз тот уровень медицины, который средний человек реально может купить за деньги. Довольствуйся. Жаль только, что меньше месяца ты тут не пролежишь.

– Фигушки. – Андрей зло усмехнулся. – Через неделю мы уже будем гонять с тобой Аватара.

– Задействуешь внутренние резервы организма? – хихикнул Пашка.

– Вот посмотришь… – упрямо ответил Андрей.

– Ладно, ладно. Я тебе оставлю результаты, а ты пока попробуй прикинуть теорию этого процесса. Больше мы сейчас ничего сделать не можем. К тому же у нас остается ненайденным устройство номер четыре, которое прогнало через себя немалую часть вычислений.

– Так это другое устройство? – удивился Андрей.

– В том-то и дело. Другое и по свойствам, и по природе. Пока я не могу его идентифицировать.

– Не квазичастица?

– Нет.

Андрей задумался.

– Как странно все получается… – медленно выговорил он. – Ну кто мог подумать, что вскоре человечество будет считать на призраках, сформированных перевозбужденными атомами.

– Это оставь для журналистов, – улыбнулся Паша. – Они любят такое. Прикинь заголовок: «Атом-призрак управляет компьютером» или «Группа ученых из Черноголовки наконец-то заставила призраков работать».

– Забавно… – вяло улыбнулся Андрей.

– Ладно, старик, выздоравливай. – Пашка встал. – Выздоравливай, а я буду заскакивать каждый день.

– «Компакт» мне оставь, а то на бумаге писать упарюсь, – попросил Андрей.

– Давай ключи, я лучше твой завезу.

– Оставь свой, – сказал Андрей. – Или лучше купи мне новый, я деньги потом отдам. Просто сейчас я понятия не имею, где осталась карточка от замка. Машина сгорела.

– Я знаю, – сказал Пашка. – Тебе какой взять?

– Любой под EPOS64, только с черно-белым экраном, а то на цветном ни хрена не видать при дневном освещении.

– Хорошо, завтра закину, – пообещал Паша и скрылся за дверью.

Андрей прикрыл веки, не давая внутреннему восторгу вырваться наружу. Вот тебе и ракетные пуски! Хотя и раньше ведь приходилось наталкиваться на ошибки в вычислениях, вызванные появлением лишних фотонов в области резонатора. Вот тебе и ошибки… Теперь они с Пашкой всех за пояс заткнут.

Он проглядел принесенную Пашкой бумагу. Интересно, это пара атомов образовала фантом или какой-то один в определенном состоянии? Если один, то это вообще замечательно. Тогда с помощью псевдоатомов можно удвоить вычислительную мощность!

Стоп… Не выйдет. Ведь, согласно принципу Дивиченцо, нужно точно знать количество работающих частиц. Или нет?

Андрей внимательнее проглядел строки протокола. Черт… Ведь если квантовая система формирует кубит-призрак, то она «знает» о его существовании и, соответственно, учитывает его в общей работе. Иначе бы той ночью ничего не получилось. Тогда, выходит…

В голове крутилось слово «разум», но Андрей даже мысленно не хотел его произнести. Разум на квантовом уровне… На фиг. Об этом лучше пока не думать, пока не упремся в это рогами. Лучше применить старый добрый принцип бритвы Оккама – «Не придумывай сущностей без необходимости».