Отведенное «Альфе» здание находилось за тройным кордоном постов и служило всего лишь фасадом данного проекта. Из него по внутреннему переходу, охраняемому взводом «зеленых беретов», можно было попасть на первый подземный уровень – с библиотекой и залом для закрытых совещаний. На уровнях два, три и четыре располагались лаборатории – химического, спектрального и рентгеноструктурного анализа, биологических и медицинских исследований, консервации экспонатов, кино– и фоторабот, а также мощный вычислительный центр и бог знает что еще. Все это было оснащено лучшей аппаратурой – на деньги налогоплательщиков и с истинно американским размахом.

Еще ниже на двух уровнях располагались хранилища – начиная от гигантского ангара с грудой покореженного железа посередине и кончая небольшими каморками вроде той, в которой они сейчас стояли. Блейд полагал, что существует еще один суперсекретный уровень, на котором, вероятно, держат тонн сто взрывчатки – чтобы пустить на воздух «Альфу» со всеми ее тайнами, если русские выбросят десант над холмами Висконсина.

– А теперь, Дик, следующий номер, – неутомимый Стоун вернул доллар на прежнее место, опять же – портретом вверх, и поднес приборчик к благородным чертам Джорджа Вашингтона. Их перекрывал четкий овальный след с совершенно необычным рисунком – крохотные звездчатые образования, пятиугольные и шестиугольные, соединенные плавными линиями, в которые переходили вершинки звезд.

– Любопытная штучка… – задумчиво протянул Блейд, не спуская загоревшихся глаз с руки полковника.

– Еще бы! – тот, довольный, что удивил гостя, постучал пинцетом по доллару. – Этот раритет, мой дорогой, видело не больше дюжины человек, включая саму мисс Ризотти и президента Соединенных Штатов!

– Да я не о нем. – Блейд мстительно усмехнулся. – Приборчик у вас интересный, Дэйв. Что-то новое в криминалистике?

– Ах, это… – физиономия у Стоуна слегка вытянулась. – «Светлячок», ультрафиолетовый излучатель для экспрессного поиска отпечатков… Да, мы начали получать их не так давно.

– Вы позволите? – Блейд осторожно взял у полковника фонарик, словно боялся случайно раздавить такую ценную вещь, оттиснул свой большой палец на стеклянной поверхности витрины и посветил. Из груди его вырвался преувеличенно восхищенный вздох. – Великолепно! Просто, быстро и чисто – никакого порошка, никаких омерзительных чернил!

– Дарю! – теперь усмехнулся Стоун с видом щедрого американского дядюшки, готового облагодетельствовать нищего племянника из Европы. – У меня таких полный стол… и устройство не секретное… Только раз в полгода не забывайте менять батарейку, Дик. – Он снова прикоснулся пинцетом к своей однодолларовой драгоценности. – Но что вы скажете насчет этого?

– Хмм… Звезды и полосы… – Блейд сфокусировал невидимый луч «светлячка» на лбу первого американского президента. – Забавно, очень забавно… – протянул он без всякого энтузиазма.

– Вы тоже заметили? – Стоун, несмотря на возраст, едва не танцевал на месте от возбуждения. – Наши эксперты закодировали этот объект именно так: «звезды и полосы»! Конечно, расположение иное, чем на национальном флаге, но что-то есть…

– Необычный отпечаток, согласен, – Блейд небрежно кивнул головой, – но можно ли принять его в качестве бесспорного доказательства? После того, как вы показали мне этих боливийских монстров…

– Однако, Ричард! – полковник протестующе вскинул руки. – То, что вы видите – только зримый и вещественный символ этого доказательства! Есть еще протоколы опросов свидетельницы, результаты анализов частиц кожи и выделений потовых желез, десятки экспертиз… Сотни страниц документации! И сейчас я все это вам представлю, мой мальчик.

Ричард Блейд обреченно вздохнул, опуская в карман подаренный «светлячок». После двухнедельного пребывания на базе ВВС США Лейк Плэсид он уже не верил в инопланетных пришельцев. Но Соединенные Штаты были большой страной и имели право на большие ошибки, а Дэйв Стоун, представитель армейской разведки, оказался чертовски симпатичным парнем. Он не имел докторской степени, но мог поистине гордиться своими познаниями в астрономии, механике, химии и лингвистике; жаль, что все эти таланты гробились на совершенно бесполезное, с точки зрения Блейда, дело. Язык у полковника тоже был подвешен превосходно, и в проекте «Альфа» он занимал одну из высших должностей – по связи с общественностью и прессой.

Блейда весьма удивил этот пост – ему было доподлинно известно, что Пентагон отрицает как само существование «Группы Альфа», так и свой особый интерес к проблеме НЛО вкупе с летающими тарелками как таковыми. Но Стоун популярно разъяснил гостю, что как раз такое отрицание, правдоподобное, наукообразное и искреннее, и является его основным занятием. Точнее говоря, он подводил под него необходимый фундамент, попутно украшаемый всевозможными виньетками и загогулинами. Эта кампания тотальной дезинформации тоже осуществлялась с американским размахом: наемные журналисты писали нужные статьи, простосердечным гражданским экспертам подсовывались явные фальсификации, солидным ученым заказывались труды, высмеивающие и энлонавтов, и доверчивых земных простаков.

Но коронным номером Стоуна были несколько экзальтированных личностей, утверждавших, что они обладают бесспорными доказательствами пребывания на Земле космических пришельцев; некоторые из них якобы совершили полеты с зелеными человечками на Венеру и в другие приятные места. Такие фанатики нашлись даже в России, и Стоун регулярно подкармливал их разными идиотскими слухами – из десятых рук, разумеется. Как он объяснил Блейду, никто так не дискредитирует новые научные истины, как преданные им упрямые дураки и полузнайки; обыватель глядит на них, хохочет – и не верит ни единому слову. Мало кто откажется поразвлечься, послушав забавные истории про НЛО, зеленокожих инопланетян и их сексуальные обычаи; но слушать и верить – совсем разные вещи. И Дэйв Стоун трудился не покладая рук, чтобы представить общественности проблему НЛО в виде своеобразного водевиля или клоунады, достойной второй половины двадцатого века.

Когда Блейд поинтересовался, почему власти предержащие не возгласят правду народам Земли, Стоун коротко заметил: «Мы вовсе не хотим, чтобы началось светопреставление». Правда, подумав, он добавил, что дело заключается скорее в проклятых атеистах по ту сторону «железного занавеса», не верящих ни в Бога, ни в дьявола, ни в демократию, ни в космический разум, а поклоняющихся только плановой экономике. Пусть эти неверящие пребывают в приятном заблуждении, что НЛО – плод ловких фальсификаторов и падких на нездоровые сенсации западных журналистов; когда придет время торжества истины, они отстанут на десятилетия.

Сам Дэвид Стоун не сомневался, что истина когда-нибудь восторжествует, ибо был душой и телом предан проекту «Альфа».

Просмотр сопроводительной документации к доллару мисс Ризотти грозил затянуться до вечера. Наконец Блейд намекнул, что от звезд и полос, изображенных во всевозможных ракурсах и при различном увеличении, у него уже рябит в глазах, после чего был милостиво отпущен. Он уселся в серо-стальной «форд», предоставленный командованием базы, миновал три внутренних кордона (на каждом приходилось предъявлять особый пропуск), массивные металлические ворота, запретную зону шириной полмили и пост на выезде из нее. Затем он оказался на шоссе и погнал к городу.

На свидание с Кэти он слегка опаздывал, однако надеялся, что содержимое маленькой коробочки, затаившейся в его кармане, позволяет твердо рассчитывать на прощение. Поэтому, минуя одну за другой улицы Лейк Плэсида – оживленного городка со стотысячным населением – Блейд размышлял не столько о предстоящем объяснении с девушкой, сколько о превратностях судьбы, забросившей его на этот раз в просторы Висконсина.

Года два назад США, совместно с европейскими союзниками, приступили к созданию единой системы воздушного оповещения и противоракетной обороны НАТО – в рамках так называемого проекта «Эйр Сэйфети». К лету шестьдесят первого года его первая часть уже была реализована, и автоматические радары, соединенные с компьютерами второго поколения, успешно сканировали любые объекты на высоте до двух миль над контролируемой территорией. Однако европейские партнеры неожиданно столкнулись с неким любопытным обстоятельством: распознающие системы, программирование которых выполнялось американцами, в определенных случаях блокировали все активные средства, от зенитных орудий до ракет класса «земля–воздух».