Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Первая: Так было всегда.

Вторая: Когда-то давно люди верили, что наступит Конец Света, его назначали много раз, но он не приходил. Вместо этого медицина и техника развивались, и вскоре люди стали всесильными и бессмертными. Так мир стал уютным, но скучным.

Оставалось только играть. Миры моделировались автоматически из представлений о прошлом, из мифов и фантазии игроков. Многие хотели пострашнее и потруднее. Все миры были связаны, запараллелены Интернетом, все игроки имели своё игровое имя, например, у Сергея оно было writer. При желании в мирах, если знать имя, можно связаться с любым игроком через Интернет. А если знать пароль мира, то можно странствовать по параллелям, не выходя из игры.

– Давайте играть! – сказал Новиковский.

Уже все пришли в себя. И тут же засобирались в новую игру.

– Играйте, – Сергей вышел из комнаты, он решил прогуляться.

А остальные решили зайти в тему «Мистер Майка». Хлое очень нравились сказки об Англии.

Мистер Майка

«Максим Новиковский иногда бывал хорошим мальчиком, а иногда плохим, и когда он бывал плохим, то уж из рук вон плохим. И тогда мама говорила ему:

– Ах, Максим, Максим, будь умницей. Не убегай с нашей улицы, не то тебя мистер Майка заберёт!

Но всё равно, когда Максим бывал плохим мальчиком, он обязательно убегал со своей улицы. И вот раз не успел он завернуть за угол, как мистер Майка схватил его, сунул вниз головой в мешок и понёс к себе.

Пришел мистер Майка домой, вытащил Максима из мешка, поставил на пол и ощупал ему руки и ноги.

– Да-а, жестковат, – покачал головой мистер Майка. – Ну да всё равно, на ужин у меня ничего больше нету, а если тебя отварить хорошенько, получится не так уж плохо. Ах, господи, про коренья-то я и забыл! А без них ты будешь совсем горький. Хлоя! Ты слышишь? Поди сюда, Хлоя! – позвал он миссис Майку.

Миссис Майка вышла из другой комнаты и спросила:

– Чего тебе, дорогой?

– Вот мальчишка – это нам на ужин, – сказал мистер Майка. – Только я забыл про коренья. Постереги-ка его, пока я за ними схожу.

– Не беспокойся, милый, – ответила миссис Майка, и мистер Майка ушёл.

Тут Максим Новиковский и спрашивает миссис Майку:

– А что, мистер Майка всегда кушает на ужин мальчиков?

– Частенько, миленький, – отвечает ему миссис Майка. – Конечно, если мальчики плохо себя ведут и попадаются ему под ноги.

– Скажите, а нет ли у вас чего-нибудь другого на ужин, кроме меня? Ну хоть пудинга? – спросил Максим.

– Ах, как я люблю пудинг! – вздохнула миссис Майка. – Только мне так редко приходится его кушать.

– А вы знаете, моя мама как раз сегодня готовит пудинг! – сказал Максим Новиковский. – И она вам, конечно, даст кусочек, если я её попрошу. Сбегать, принести вам?..»

New Game…

Гусариум

Сюжет: Антология альтернативно-исторической фантастики, посвященной событиям Отечественной войны 1812 года.

* * *

Очередной «иум» из серии «Антологии» издательства «Снежный Ком М» выполняет сразу две задачи. Первая лежит на поверхности, вторая очевидна лишь вдумчивому читателю, который знаком с основными тенденциями отечественной фантастики. С одной стороны, это «парадный» сборник, посвященный двухсотлетию Отечественной войны 1812 года, пропагандирующий патриотизм, честь, мужество и другие вечные ценности, – соцзаказ как он есть. С другой стороны, большинство рассказов сборника представляют собой деконструкцию «попаданческого» жанра. На небольшом пространстве «малой прозы» авторы высказываются о наболевшем: доколе уже наши современники-супергерои будут почём зря проваливаться в прошлое и перекраивать его по своему усмотрению?! Чай не костюм перешиваете! И есть все основания полагать, что менять реальную историю – занятие не такое простое, как может показаться поклонникам лихих альтернативно-исторических боевичков про бравых спецназовцев, башковитых сисадминов и стервозных домохозяек.

Тон «Гусариуму» задаёт открывающий его рассказ от составителя антологии Андрея Волкова. «Гусарская дорога» начинается как сотни других «попаданческих» произведений: юноша и девушка из нашего времени каким-то чудесным образом переносятся в 1812 год накануне вторжения Наполеона. Однако, вопреки штампам жанра, они вовсе не делают там сумасшедшую карьеру и не завоёвывают мир. Герою оказываются совершенно ни к чему его сисадминские навыки и обрывочные школьные знания: в России начала XIX века он недотёпа, способный лишь работать в лавке приказчиком. А героиня, хоть и осваивает мужские военные премудрости, всё же не становится кавалерист-девицей: личное счастье с влюблённым в неё бравым гусаром оказывается важнее.

В центре самых удачных рассказов сборника – люди и их отношения, а не хитросплетения исторических событий и не технологические подробности, которым некоторые отечественные авторы уделяют незаслуженно много внимания. Истории об авиации времён Отечественной войны («Махолётного полка поручик» Владислава Русанова и «Аэростат» Александра Владимирова) смотрятся занятно, но не боже того. Игры спецслужб, которые сражаются за изменение истории («Пораженец» Олега Быстрова, «Свой путь» Ольги Дорофеевой, «Бородино» Игоря Черных) вообще выглядят банально, особенно когда текст пересыпан выспренними патриотическими речами. Все подобные опусы – к счастью, таковых в сборнике немного – легко затыкает за пояс Далия Трускиновская с рассказом «Ничей отряд», который посвящен не столько путешествиям во времени (хотя их концепция в рассказе довольно занимательна), сколько взаимоотношениям цирковых акробатов, случайно попавших в прошлое. Об этом оказывается интереснее читать, чем о конструкции аэростатов или ходе Бородинского сражения.

Прекрасен и другой рассказ Трускиновской – «Гусарский штос». Он посвящен малоизвестным у нас событиям войны с Наполеоном, происходившим в Прибалтике, и использует популярный сказочный сюжет – о бравом солдате, которые играет в карты с нечистой силой. Написан рассказ от лица главного участника событий (гусара, а не чёрта), что придаёт тексту почти гоголевский колорит. Ещё одна «стильная штучка» сборника – «Череп Робеспьера» Дмитрия Богуцкого, в которой тема изменения истории плотно переплетена с мистическими мотивами, а автор демонстрирует редкое умение создавать ярких персонажей несколькими штрихами.

Ударным завершением сборника стал «соображённый на троих» рассказ-игрушка Александра Гриценко, Николая Калиниченко и Андрея Щербака-Жукова «Триумвират. Миссия: спасти Наполеона», где трое «литературных негров» Льва Толстого чуть было не превращают роман «Война и мир» в приключенческо-супергеройское чтиво – и ненароком влияют на реальность, да так неудачно, что им приходится исправлять ситуацию самолично, с оружием в руках. Объект высмеивания здесь – конечно, тот простой факт, что в образе своих героев-суперменов авторы «попаданческой» литературы всегда изображают себя. «Может, хватит уже сублимировать, братцы?» – как бы спрашивают нас авторы «Гусариума».

Итог: Самоирония – полезное качество, и большинство авторов «Гусариума» демонстрируют его сполна. Задорная и эффектно составленная антология, одна из удач издательства.

А. Гриценко, Н. Калиниченко, А. Щербак-Жуков

Триумвират. миссия: спасти Наполеона

Граф зевнул, глянул в открытое окно, обмакнул перо в чернила и взялся писать.

За работой Лев Николаевич всегда сосредотачивался сверх меры, шептал, щурил глаз, горбился и сжимался, что смотрелось нелепо при его дородной фигуре. Выглядело так, словно писатель хочет втиснуться в желтоватый квадрат листа, будто лист – заветное оконце в неведомый дивный мир. Толстой хорошо знал про свою особенность. Однако старая привычка, взятая ещё в нелюбимой казанской «бурсе», никак не исчезала.

Перво-наперво граф вывел большими буквами титул: «Целеполагание на день». Потом подумал немного и продолжал.

11
{"b":"267403","o":1}