стью стукнул стопкой по столу. — Ненавижу…! Как думаешь, кто

будет объяснять китайцам, где делись их деньги, если для них есть

только ты?

253

Нахим Угоден

— Я не дам им соскочить, они пойдут вместе со мной.

— Ты что, дурак? или хорошо знаешь китайский? Я же тебе

сказал! Услышь меня, наконец: НЕТ ДРУГИХ! ЕСТЬ ТОЛЬКО

ТЫ! Тебе и отвечать… Никому не нужны объяснения — всем нуж-

ны деньги! Как только проведешь платеж, вопрос с тобой будет

решен… — Савва, не чокаясь, проглотил спиртное, как на помин-

ках. — Видишь, в наше время нужно иметь не холодный ум, а хо-

лодную задницу… чтобы никому не захотелось ее поиметь… твоя

просто оказалась теплее остальных…

* * *

Дома один. Сидя в кресле, смотрел в темноту. Мысли перепу-

тывались, приводя в отчаяние. Отчетливо звучало лишь един-

ственное утверждение: «выхода нет». Как я мог так проспать? Все

было очевидно… теперь — конец всему? Как хорошо в меня сыгра-

ли… так тонко, что герой играл себя более чем естественно. Узнать, что все, на что ты опирался и жил, всего лишь кем-то созданные

хрупкие декорации, что вели тебя к драматической развязке. Не

было ничего правдивого — все переставляли, зная каждый шаг. Я

— верил… Страшно осознать, что такое может быть… может быть…

может быть…

«Уйти? — раздался мой голос в темноте. — Уйти со сцены, не

прощаясь… Нет! Если остался последний выход, он — мой!» Так

неосознанно играя, я шел к провалу. Свое падение волен совер-

шить сам…

Мои слабые стороны: только одна. В данный момент их нет. Я

правильно предугадал развитие событий. Что ж, можно присту-

пать.

А она?.. Она не подведет? Ангелы призваны спасать. Теперь, когда я знаю все, разрешите и мне вступить в большую игру, го-

спода! Без предупреждения!

254

ГЛАВА 11

— Хочу непременно видеть это, такое мое условие. Иначе сдел-

ка не состоится.

— Твоя взяла, оставайся.

Она вошла, как всегда легкая и радостная: на ее изящной шее

был легкий шарфик, в ней было нетронутое счастье к любимому

человеку.

Агнешка увидела нас: лицо ее потемнело, замедлила шаг, вид-

но, о чем-то размышляя. Улыбнулась найденному ответу и реши-

тельно направилась к нам.

Мы смотрели на нее, не спуская глаз. Я ощутил, что Эдик пе-

ревел свой взор на меня, следя за эмоциями. Наши взгляды встре-

тились…

— Этого она тебе никогда не простит. Предательство един-

ственного, кому доверилась… Ты это знаешь и все равно не отсту-

паешь. Прав я был на первой встрече: ты непростой, не переста-

ешь удивлять. Время еще есть, не передумал?

— Нет, успокойся, получишь свое.

— Привет, — Агнешка наклонилась и поцеловала меня. — При-

вет, Эдик.

— Просто привет? Без поцелуя?

255

Нахим Угоден

Одного взгляда было достаточно вместо ответа. Эдик хмыкнул

и со злорадной улыбкой откинулся на стуле, предвкушая развяз-

ку.

— Вы вместе? — обратилась она к нам, но смотрела только на

меня. Я заглянул ей в глаза, так, как в тот вечер. В мыслях было

лучшее из пережитого с ней. Нельзя медлить, рубить требуется

быстро, пока есть настрой.

— Агнешка, ты мне более не интересна.

— Не поняла? — она посмотрела на Эдика. — Может, мы обсу-

дим это в другом месте, Матвей?

— Не о чем говорить, не хочу тебя больше видеть. Мы расста-

емся! Так понятно?

— Матвей… — ее голос задрожал. — Зачем ты так, что он тебе

наплел про меня? — Красивые глаза, гневно уставилась на Эдика.

— Это все не правда... — По ее щекам, сбегая, заблестели слезы… —

Я тебе не верю… ты же говорил…

— Он тут ни при чем, это мое решение: ты слишком долго изде-

валась надо мною, со своими проверками… довольно! Вали утвер-

ждаться на ком-нибудь другом.

— А как же наш вечер после Китая? Ты врал мне? — Агнешка

цеплялась за силу наших воспоминаний, я не отводил взгляда. —

Понимаешь, вдруг осознал, что меня все используют… Надоело.

Что если нужно вытереть ноги — то это обязательно нужно сде-

лать об меня.

— Я поняла… Решил мне отомстить… Ведь тогда ты не простил,

не простил! Просто вид сделал. Гордость твою я задела, ты же у

нас лучший… не смог пережить, Матвей Алексеевич, что вами

пренебрегли… — Все произносилось больше себе, легкость поки-

дала ее: она опускалась под тяжестью навалившегося разочарова-

ния. — Браво, ты своего добился,.. больнее уже не сделаешь, даже

если ударить. Впервые доверилась, став ранимой от любви к тебе, теперь горько обманута… — она бессильно потянулась за сумкой.

Не проявить слабость, остановив ее, вот что мне нужно было в

тот момент.

256

Банковская тайна: игра в людей

— Дело не в тебе, Агнешка… — остановил ее окриком Эдик.

Она искала надежду даже в его словах, веря, что это наваждение…

— Он просто хочет удержать холдинг в своих руках, успокойся,

месть здесь ни при чем, все намного практичнее.

— Заткнись! — крикнул я на него. — Заткнись! Тебе мало?

— Вот он и меняет мою поддержку на тебя… Я согласился на

это, потому что ты мне нужна.

— Это правда? — спросила Агнешка охрипшим голосом, не

поднимая глаз…

Я промолчал. Она ушла. Эдик проводил ее взглядом…

— А ты жестокий, с такими задатками станешь большим чело-

веком.

— Она к тебе не вернется… — обессиленно выдавил я из себя.

— Посмотрим! Тебя в ее жизни уже точно не будет… Главное

— холдинг. Я все сделаю, как ты просил, партнер, — он протянул

мне руку.

— Отец?

— Будь спокоен, Матвей, я с тобой.

В эти дни я провел еще ряд встреч с Ирой, Гольдштейном и дру-

гими участниками проекта: не все удачно, но думаю, наши шансы

теперь уравнялись. У меня была неплохая команда мстителей и

холдинг, руководителем которого был я, и уходить не собирал-

ся… Правильно сказал Гольдштейн: все дело в платеже, пока он не

ушел, мы продолжаем, я продолжаю!

* * *

Обманилов что-то возбужденно пересказывал присутствую-

щим за столом, шло веселое обсуждение, так как оставались счи-

танные дни. Ощущение предстоящего заработка кружило голову

организаторов.

К компании подошла официантка, Обманилов так смеялся, что

даже не заметил.

— На вашей карте недостаточно средств…

257

Нахим Угоден

Он даже подпрыгнул от неожиданности:

— Ты что-то путаешь, голубушка, научись пользоваться терми-

налом!

— Или поставьте терминал нашего банка… — посоветовали го-

сти.

— Ха-ха, точно, — это даже лучше. Иди, ступай! — он ржал, весь

краснея.

Официант вернулась с администратором: для таких людей со-

общение, что у вас «нет средств», меняет саму концепцию обще-

ния, из «щедрых чаевых» вы превращаетесь в жулика. Даже по-

стоянный клиент, у которого имеется золотая дисконтная карта,

но не оказалось средств — это респектабельно одетый, известный, всеми уважаемый, ты знаешь кто он? Жулик! Деньги давай, жу-

лик!

Обманилов стушевался, такого с ним никогда не было, он ви-

новато смотрел на гостей:

— Я разберусь. — Крики и выяснения ничего не давали, он

собственноручно взял карту и возил ее по терминалу. — Сейчас

я наберу ВИП-менеджера, мне откорректируют остаток — мы все

решим. Алло, Наташа?

— Да?

— Это Обманилов, у меня что-то с картой, ты не могла бы…

Что-о-о? Какой еще… Ах он, сученыш, чего удумал! Да я его!.. Он

что, вообще?

Пыхтя, серьезный человек швырнул свой телефон и попал в

мойку… Да что ж такое? Он извинился перед гостями, и попро-

сил персонал сделать звонок водителю, чтобы тот подвез денег.

Он сидел подле охранника ресторана, весь красный от злости. Все