Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A
ТАКОЙ КОМАНДИР – ПРЕЗИДЕНТ

Ключевая фраза «модель существования» – по-хорошему меня зацепила, ведь я к этому времени уже неплохо стал разбираться в сути разных бизнес-моделей. Ученые подчас описывают их так витиевато, что студентам, чтобы разобраться в их основах, надо зубы точить об учебники не один месяц. А тут в одном интервью – и все по порядку, и даже по-научному строго. И еще одно откровение Назаренко напомнило мне слова Михаила Задорнова: о том, что в то время по всей стране шла «постановка некоего чипа, кода человеку». У Назаренко получился такой стройотрядовский «код»: «каждый командир линейного отряда – комиссар – мастер – вот эта тройка точно состоялась как предприниматели или очень крупные менеджеры. Очень ценимые и высокооплачиваемые. Примеров масса, все, кого я знаю из командиров, – это состоявшиеся люди, – пояснил он. – Еще раз повторю – школа была в чем: просто трудились много, но мастер отвечал за производство, комиссар отвечал за отношения с людьми, быт и так далее. Фактически те же функции, что мы сейчас видим на государственном уровне: кто такой командир – президент, кто такой мастер – премьер-министр, кто такой комиссар – законодательный орган, Госдума. Вот триумвират. Вся эта цепочка непрерывна. Пока ты не побыл мастером, ты никогда не станешь премьер-министром, а до этого шаги – министр, замминистра, руководитель отрасли. Если эти шаги человек проходит, то он будет прекрасным министром, понимающим нужды отрасли, людей и так далее».

Но лучше получалось у тех, кто прошел школу стройотрядов, особенно если в новом бизнесе рядом оказывались проверенные друзья. Вот, например, Сергей Воробьев мне сказал: «Первый бизнес у меня начался со стройотрядовскими друзьями исключительно. Первые творческие коллективы, первый кооператив. Потому что мы в бою были». Он же, кстати, пояснил популярно и со знанием дела, в чем суть предпринимательства.

Часть вторая

О ЛЮДЯХ ДЕЛА

Дмитрий Зимин

История о том, как мальчик с Арбата стал неприлично богатым, и о том, что инженер – всем ребятам пример

ПОСТ О ГЛАВНОЙ ДОРОГЕ СТОЛИЦЫ И ОСОБОМ СИГНАЛЕ, КОГДА ВСЕ ЗАМИРАЛИ

Здесь, в старых переулках за Арбатом, совсем особый город…

Иван Бунин (1905)

Ах, Арбат, мой Арбат, ты – мое отечество, никогда до конца не пройти тебя.

Булат Окуджава (1959)
НИКТО ОСОБО НЕ СКУЛИЛ

«Мал, да удал» – это про Арбат, прошлый и нынешний. Километр с брусчаткой и чугунными фонарями от ресторана «Прага» до мидовской высотки нашпигован редкостями, начиная с громких имен земли русской и заканчивая особой атмосферой, где изо дня в день крутится веретено жизни и нить времен соединяет эпохи словом «арбатство». Когда Булата Окуджаву спросили, как родился неологизм «арбатство», он откровенно признался в том, что авторство принадлежит учащимся одной из старых московских школ: «В стихах, мне подаренных, была строка: “Кануть сладко в пучине бескорыстья и песен арбатства…”. Это придуманное ребятами “арбатство” не только в данном стихотворении, но вообще как-то удивительно рифмуется со словом “братство”. Арбатство – это определение очень важного для меня качества. Это моя натура, моя психология, мое отношение к окружающим. Это воспитание и почва…»[52].

Дмитрий Зимин постоянно возвращается на свою «малую Родину». Однажды он вспоминал, как собрались десятые классы по случаю 50-летия окончания школы. «У всех примерно одна судьба, – заметил он. – Судьба всей страны. Было очень здорово. А когда мы собрались, там еще водитель, охранник были, они слушали разинув уши, как было интересно! Так-то было два сбора: один раз десятые классы собрались, один раз просто одноклассники были. Это был более мелкий сбор. Класс большой – человек тридцать. А тут собралось двадцать два – вполне достаточно за столько лет. И каждому дали несколько минут – рассказать, как жизнь прожил. На самом деле очень достойно все оказалось. Достойно, здорово. Никто особо не скулил». Как точно определяет Дмитрий Борисович жизнь арбатца: «не скулил», «у всех примерно одна судьба, судьба всей страны».

Судьба Арбата во времена детства Зимина раскололась надвое. С одной стороны, он был все еще центральной улицей столицы. «На Арбате надо будет быть еще поосторожнее, – подумала Маргарита, – тут столько напутано всего, не разберешься, – блистательно описывал улицу Михаил Булгаков. – Она принялась шнырять между проводами. Над Маргаритой плыли крыши троллейбусов, автобусов и легковых машин, а по тротуарам, как казалось сверху Маргарите, плыли реки кепок. От этих рек отделялись ручейки и вливались в огненные пасти ночных магазинов»[53]. С другой стороны, временами Арбат превращался в дорогу вождя всей страны: тогда раздавался особый сигнал, после которого перекрывалось все движение. «Закрывались магазины, захлопывались окна домов, – пишет С. Каган. – Жизнь на Арбате вымирала и устанавливалась почти неестественная тишина. Потом возникал шум двигателей, и пять черных машин, сработанных из броневой стали и с пуленепробиваемыми стеклами, неслись по улице. Играя в “пятнашки”, они менялись по ходу движения, оберегая жизнь вождя всех народов»[54]. Потом вновь на улицах Арбата дети играли в настоящие «пятнашки» и не думали о том, что надо беречь свою жизнь.

ПОСТ О БОСОНОГОМ ДЕТСТВЕ, ОБ ОБЫЧНОЙ ШКОЛЕ И ЛИХОЙ ДОЛЕ

КОММУНАЛЬНАЯ КВАРТИРА КЛАССИЧЕСКАЯ

К середине 30-х XX века все в Москве стало стремительно меняться. «Арбат кончал свой день, – писал Анатолий Рыбаков. – По мостовой, заасфальтированной в проезжей части, но еще булыжной между трамвайными путями, катили, обгоняя старые пролетки, первые советские автомобили “ГАЗ” и “АМО”. Трамваи выходили из парка с одним, а то и двумя прицепными вагонами – безнадежная попытка удовлетворить транспортные нужды великого города. А под землей уже прокладывали первую очередь метро, и на Смоленской площади над шахтой торчала деревянная вышка»[55]. Если транспортные нужды главного города удовлетворялись, то нужды простых людей лишь обострялись: для интеллигентной публики на смену салонам и литературным кружкам пришел «квартирный вопрос» в виде коммуналок. Не обошел он и семью Зиминых: в двух комнатах восьмикомнатной квартиры проживали вместе с Димой мама, происходившая из семьи Александра Гучкова, крупнейшего предпринимателя России начала ХХ века, бабушка и тетя с мужем.

Глосса о коммунальной квартире

Жизнь в коммунальных квартирах, воспетая. Я не помню, чтобы в классе кто-то жил в отдельной квартире, все жили в коммунальных квартирах. Отопление дровяное – на саночках возили дрова от склада, где сейчас, на Новом Арбате, напротив Московского дома книги, гастроном «Новоарбатский», другие магазины и рестораны. Там Молчановка проходила. В нашем дворе на Большом Афанасьевском – сарайчики. У каждого свой сарайчик. Хорошо, если березовые дрова достанутся. Надо пилить, колоть. Матери мучались. Газ появился, когда построили знаменитый газопровод Саратов – Москва. Это, наверное, год 48-й, 49-й. Тогда стали газифицировать. Никаких там ванн, душей – ничего не было. Ну, то самое – «на сорок восемь комнаток всего одна уборная…». Коммунальная квартира классическая. Сейчас забыли, наверное, что такое керогаз? Примус, наверное, знают из литературы, а керогаз? Керосинка. Примус. Керогаз. Вот на кухне – столики, столики, столики… У каждого своя керосинка, примус… Никаких холодильников не было. Зимой-то понятно – у всех за форточками… Оттуда и «авоська» пошла – всегда с собой таскали, думали: на «авось» что-нибудь попадется. Я помню, где на Сивцевом Вражке была керосиновая лавка, куда ходили за керосином.

вернуться

52

Окуджава Б. Меня воспитывал арбатский двор. // http://www.moskva.ru/history/arbat/arbat2_3_12(1). html.

вернуться

53

Булгаков М.А. Мастер и Маргарита // Избранное: «Мастер и Маргарита»; Роман, рассказы. – М.: Художественная литература, 1983. – С. 229.

вернуться

54

Каган С. Кремлевский волк. – М.: Прогресс, 1991. – С. 17–18.

вернуться

55

Митрофанов А. Все об Арбате // Первое сентября. – 25 декабря 2001. – № 93 // http://ps.1september.ru/2001/93/3.htm.

16
{"b":"229738","o":1}