Литмир - Электронная Библиотека
A
A

– Орден помогает тем, кто может быть ему полезен. Как там у вас говорится? «Каждому человеку свое место, каждому месту свой человек»? – Сергей смял стакан в кулаке, бросил изуродованный комок бересты на пол. – Чем скромный отшельник может быть полезен могущественному Ордену, Глеб?

– Своими знаниями. Нам постоянно требуются специалисты твоего профиля. Хорошие специалисты. Я помню, ты был очень хорошим экологом. Говорили, что лучшим.

–Лучшим был Георгий. Мы все у него учились, весь молодняк.

– Георгий мертв, Его убили. Два дня назад, в его собственной квартире на Небесах. Они добрались до него.

Ночь во все небеса оскалилась ветвистым снопом молний и часто забарабанила по подо коннику ледяными пальцами градин.

– Кто-то убивает нас, тех, кто носит браслеты. Из тех четверых, что мы нашли, трое уже мертвы.

Браслеты. Тонкая нить, связующая с прошлым. Когда патруль Ордена подобрал беглецов в туннеле, тамплиеры прочли на внутренней стороне браслетов имена двоих из них. Сергей и Ирина Климовы. Третий остался безымянным. Он потерял свой браслет вместе с левым предплечьем, отделенным от его тела лучом боевого лазера.

Но он помнил, что когда-то носил его.

– А сколько нас было всего, Глеб? Ты помнишь?

– Чертова дюжина. Нас было тринадцать. Тринадцать браслетов. Тринадцать человек, их носивших.

Браслеты означали принадлежность к тайне, зерну истины, сокровенному знанию.

Это знание являлось важнейшей частью утраченного беглецами. Даже неосознанное, в виде заблокированной памяти, обладание им убивало. Спустя годы и вопреки всяческим ухищрениям.

– Тринадцать – это счастливое Иришкино число. –Я помню. Может быть, в этот раз нам повезет?

Дым забытой на столе сигареты, лениво свиваясь в кольца, тянулся в сторону приоткрытой форточки, покачивался в воздухе, как разбуженная кобра. В углах комнаты темной водой лежали тени.

– Как он жил? Ты сказал, Небеса?

– Да, Небеса. После твоего отъезда Георгий бросил проповедовать, ушел от друидов. Смерть сына его сломала. Ему предложили место в фирме «Погода с доставкой», это одно из дочерних предприятий «Неотеха». И вскоре перевели в головное отделение, в верхний сектор. Сделали начальником отдела.

– «Неотех», «Неотех», последние годы только и слышно, что «Неотех». Кто у них сейчас директор?

– Владимир Белуга. Тридцать два года, холост, завзятый натурал, но замечен в определенной симпатии к идеям «новых». Редкий счастливчик. Унаследовал свой пост напрямую от отца, Георгия Белуги, погибшего при не выясненных до конца обстоятельствах в возрасте шестидесяти пяти лет, крепкий был дядька, умирать не собирался, отходить от дел тоже, но на скоростном шоссе что-то не сладилось в управляющем блоке кара… – Глеб сделал паузу. – В двадцать пять лет сынок унаследовал контрольный пакет акций одной из крупнейших в мире ТПК. Неплохое начало карьеры.

– Вы ведете на него досье?

– Да, в обычном порядке. Правда, пока он не отличился ничем особенным. Дипломатические заигрывания с Синклитом, умеренно громкие светские скандалы вроде открытого похищения известной манекенщицы. Регулярные вылеты на дикую охоту, в Степь. Он сносно владеет антикварным оружием.

Сергей хмыкнул, покосился на висящий у двери карабин.

– Обычный набор скучающего олигарха, – сказал он. – Орден предпочел бы что-то погрязнее?

– Грязи хватает. Его отец удвоил капитал «Неотеха» за счет поставок новых оборонных систем нашим заокеанским друзьям. Ему пришлось хорошенько поработать локтями, чтобы тамошние продавцы смерти потеснились. Сыну в наследство достались, кроме привилегий, неоплаченные счета. Нам известно, как минимум, о четырех неудачных покушениях на Владимира. Последнее состоялось больше года назад. Ему повезло, в отличие от его подруги…

– И в отличие от Георгия, – перебил Глеба Сергей. – Мы отвлеклись. Ты остановился на том, что он перешел в «Неотех».

Глеб отхлебнул самогона, поперхнулся и долго кашлял, перед тем как ответить.

– Да, – проговорил он хрипло, – теплое место, хорошая зарплата, радужные перспективы. Но когда я с ним виделся несколько месяцев назад, он сказал, что хочет уйти от них, перейти в «Синтетические воспоминания». Мне он показался напуганным.

– Его контракт позволял смену работодателя?

– Формально да. Но все оказалось не так просто.

– Думаешь, его убрали люди « Неотеха»?

– Не знаю. Кое-кто не уверен даже, что это сделали люди.

– Неуверен? Что ты хочешь этим сказать?

– Я… ты знаешь что-нибудь об «одержимых»?

– «Одержимые»? Нет, в первый раз слышу. Какая-нибудь новая секта?

– Я и сам толком не могу объяснить. Понимаешь, среди братьев ходит такой слух…

Ночь испуганно отпрянула прочь от окна. Странные люди, и странный у них разговор. Лучше уж она побродит по окрестностям, заглядывая в пустые дупла и кроличьи норы. Так спокойней будет.

Сергей запустил обе руки в неровно подстриженную шевелюру, из всех сил дернул, раз, другой.

– Похоже на те сказки, которыми уличные проповедники смущают неокрепшие мозги своей паствы, – подвел он итог. – Чистая мистика. Где доказательства? Где факты?

– Факты? – Глеб невесело усмехнулся. – С этим небогато. Но убийца смог незамеченным проникнуть в самое сердце закрытого корпоративного сектора и так же скрытно уйти оттуда. Единственное, что удалось обнаружить, – это затертые следы на карнизе, над самой квартирой Георгия. Насколько нам известно, служба безопасности «SIM'a» просканировала каждый миллиметр стены и крыши, но так и не смогла выяснить, каким путем убийца попал на этот карниз. А это кое-что да значит.

– Персональный генератор А-поля? – предположил Сергей. – Новейший военный летательный аппарат?

– Исключено. Орден очень тщательно следит за всеми подобными новинками. В первом случае не решена проблема с портативностью такого генератора, а во втором… Полноценная оптическая невидимость пока еще из области фантастики, Сережа. Поверь мне, я знаю, о чем говорю. Любой современный мульти-диапазонный локатор обнаружит объект размером с воробья на расстоянии в несколько километров. Что уж говорить о летательных аппаратах?

– Да, чего уж, – повторил за ним Сергей. – Но Георгий мертв. Что ни говори. Глеб опустил голову.

– Я искал его, – сказал он, – хотел предложить помощь. Убежище. Но они спрятали его от меня, спрятали ото всех. Кроме убийцы. Спрятали, понимаешь?

Сергей выплеснул остатки самогона в его стакан. Убрал пустую литровку под стол, а на смену ей достал новую, непочатую.

Вытащил из поясных ножен широкий десантный тесак, подковырнул крепко забитую в горлышко пробку.

– А теперь ты приехал ко мне, – задумчиво проговорил он, вычерчивая острием ножа на столе положенную на бок букву «Р», – и тоже предлагаешь помощь.

– Я не хочу опоздать еще раз, – сжав зубы, ответил Глеб. – Я смогу спрятать тебя… и Иру по-настоящему. Вас никогда не найдут,

Сергей покачал головой:

– От смерти не спрячешься. И не убежишь. А здесь, в лесу, хоть воздух хороший. Не то что в Городе. Вдохнешь разок полной грудью, и умереть не жалко.

Глядя в глаза друга, он встряхнул бутылку, поднес ее к губам. И подумал, что, потеряв все, даже имя, тот совсем не изменился. Все тот же отвергнутый прекрасной дамой рыцарь, скачущий на закат в поисках злобного дракона. Потому что без лишнего шума зарезать более удачливого соперника – это совсем как-то не по-рыцарски, а вот вернуться с драконьей головой из-за тридевяти земель и преподнести сей трофей Даме Разбитого Сердца…

– Давай выпьем, друг, – сказал Сергей. – За тех, кто не с нами.

– Давай.

Он пил, далеко запрокинув голову, и бутылка вздрагивала в его руке. Из уголка рта на бороду стекала прозрачная струйка, чуть толще двух других, берущих начало из его крепко зажмуренных век.

…Вернуться из-за тридевяти земель и застать своего соперника рыдающим у хрустального гроба, в котором, отведав яда, поднесенного ей неведомым колдуном, спит она. Кожа ее бледна, и сон немногим отличается от смерти.

17
{"b":"229150","o":1}