Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Прошло десять лет, и стало не до купаний. Турецкая подлодка накрыла торпедно-ракетным залпом танкерную флотилию, оказавшуюся в зоне совместных учений и принятую, как писали в газетах, за группу учебных целей. Многие экологи с мировым именем считали, что именно это событие наравне с аналогичными по масштабу катастрофами ускорило Перелом…

На горизонте горело море, а здесь, на берегу, у него под ногами, умирала чайка. Раскинутые крылья бессильно скребли по измазанным липкой черной дрянью камням, клюв открывался и закрывался. Он нагнулся, чтобы поднять ее, унести… И увидел еще одну… Десятки, сотни птиц и рыб лежали у самой воды, и набегающие волны облепляли их неподвижные тела блестящей нефтяной пленкой.

UPLOADING INFORMATION… 67% DONE

Коридор, равномерно освещенный ярко фосфоресцирующими полосами на потолке и стенах – мегаколониями искусственно выведенных бактерий-люминофоров. Наглядная демонстрация бережливости в отношении драгоценной энергии солнца и атома. Привычное зрелище во времена, когда валютой для межгосударственных (или, как сейчас принято говорить, «трансполисных») расчетов стали КК – киловатт-кредиты. Деньги нового мира, обеспеченные не бесполезным золотым запасом лишь формально существующих государств, а совокупными ресурсами современных корпоративных империй.

Таких, как «Неотех», чья эмблема, черная спираль, похожая на схематический рисунок водоворота, чередовалась на стенах этого коридора с прозрачными, подсвеченными изнутри боксами, снабженными номерами и пояснительными табличками. Внутри, подвешенные в невидимых тисках А-поля либо погруженные в физиологический раствор, были выставлены наиболее выдающиеся изделия фабрик и лабораторий, принадлежащих Владимиру Белуге.

Эта скромная по масштабам, но содержательная экспозиция должна была тешить самолюбие генерального директора. И, как, например, сегодня, производить впечатление на его гостей и деловых партнеров.

– Господин Сакамуро выражает свое восхищение. Белуга наклонил голову и вежливо улыбнулся. Господин

Сакамуро, желтолицая мумия в безупречно сидящем черном костюме, выражал свое восхищение уже трижды. На сей раз стоя перед экспонатом 23-А. «Скелет, мышечная система и элементы белковой брони заградительного кибера-амфибии „Харибда“.

– Скажите господину Сакамуро, что я целиком разделяю его эмоции. Данная модель прекрасно зарекомендовала себя на испытаниях этой осенью. Представитель «Мисато», господин Хитори, если я не ошибаюсь, отзывался о ней весьма положительно.

«И знала бы ты, девочка, сколько мне пришлось заплатить этой дзен-обезьяне Хитори, чтобы он повторил свой отзыв перед вашим Советом директоров».

Японца сопровождала переводчица-секретарь, женщина средних лет, чьи утрированно азиатские черты лица наводили на мысли о вмешательстве пластических хирургов, а резковатые движения – об общей перенастройке нервной системы. Повернувшись к своему патрону, она медленно, выдерживая длительные паузы, заговорила.

Господин Сакамуро внимательно слушал, моргая в пустоту черепашьими веками. Так же медленно ответил. Белуга расслышал имя Хитори и насторожился.

Как оказалось, не зря.

– Господин Сакамуро сожалеет, что ему приходится говорить об этом. Бывший представитель интересов «Мисато индастриз» в Евразии, Рицуко Хитори, в начале декабря был вынужден оставить занимаемый им пост по причине реорганизации компании. Несколько дней спустя он покончил с собой, оставив в своем кабинете прошение об отставке.

«Вот тебе и реорганизация, – подумал Белуга. – Однако как же они прознали?»

Сакамуро посмотрел на хозяина «Неотеха» в упор. И очень быстро сказал что-то, почти не разжимая бесцветных губ.

– Он бросился в море. Тело так и не было найдено. – Японец добавил еще несколько слов, и переводчица замешкалась на секунду. – Господин Сакамуро говорит, что оно досталось акулам.

Белуга смотрел в глаза одного из пяти директоров ТПК «Мисато». Молодые и ясные, чужие этой морщинистой плоти, этому пергаментному лицу. «Клонирование стоило запретить хотя бы затем, чтобы такие вот монстры не доживали до ста десяти лет, – подумал он. – Сколько килограммов собственной, непересаженной плоти наберется в тебе, а, Сакамуро?»

– Мои соболезнования семье господина Хитори, – искренне сказал Владимир Белуга. – С ним было приятно работать.

Были и другие предположения относительно причин катастрофы. «Теория эволюционных циклов», «розуэльская версия», всякие религиозные бредни, большинству было все равно. Какая разница, почему это случилось? Природа дала человеку пинка, который он давно уже заслужил.

Он и другие тоже думали так. Потому их и выбрали. Отъявленные скептики, дотошные разоблачители, гурманы неопровержимых фактов. Их подняли в рост и бросили на факты, как на штыки. Они умирали, захлебываясь кровью, но не хотели верить. Стреляли в висок, резали вены, бросались в море и уходили в Степь, лишь бы не видеть, не думать. Не знать.

Те же, кто выжил и видел правду своими глазами, тоже уходили. «Призраками» в Сеть, бродягами и уличными рыцарями на Дно, отшельниками за Форсиз. У них была своя причина. Они видели и знали. Но не могли вспомнить.

Улыбка без кота, тень от пустоты. Они подарили нам ключ, но отняли дверь и замок к нему… Мне пять лет, я подношу к уху раковину, в которой есть шум волн, но нет моря. Я убегаю из дома и долго плачу во дворе. Теперь у меня есть море, и это Море Слез.

UPLOADING INFORMATION… 79% DONE

– Позвольте представить нашу новинку, – директор «Неотеха» сделал широкий жест рукой в сторону наполненного прозрачной жидкостью аквариума. – Биокостюм боевого пловца «Тритон-4». Образец отличается от предыдущих усиленным экзоскелетом, меньшим временем адаптации к носителю, что составляет около полутора минут. И главное, устранен основной недостаток прошлой модели. Теперь ионообмен происходит непосредственно через ткани костюма. Это решает проблему со снабжением носителя достаточным количеством кислорода. Благодаря предпринятым модификациям максимальная глубина погружения была увеличена вдвое.

По отсутствующему виду японца трудно было понять, есть ли ему дело до максимальной глубины погружения. Но вот он шевельнулся, спросил что-то, равнодушно глядя в сторону.

– Господин Сакамуро интересуется, была ли увеличена прочность брони у этого образца?

Это был больной вопрос, Белуга внутренне подобрался, прежде чем ответить.

– Наши эксперты считают, что данная характеристика вполне удовлетворяет предъявляемым запросам.

Выслушав перевод, японец издал сухой смешок и, бросив несколько слов, двинулся дальше по коридору.

– Господин Сакамуро рекомендует вам уволить ваших экспертов, – невозмутимо сказала переводчица. – Третье поколение метаакул перекусывает двухдюймовой толщины кабель в моноволоконной оплетке. Господин Сакамуро не хочет делать из своих людей акулий корм.

Директор «Неотеха» счел за лучшее промолчать.

«Сбивает цену, узкоглазый, –думал он, глядя в прямую, как бамбуковая палка, спину японца. – Не выйдет, голубчик. Три недели до весеннего Прорыва. Оглянуться не успеете, как сожрут и вас, и ваш планктон. С акулами не поторгуешься. А ведь сам приехал, не прислал кого-то помоложе, – сказал он себе, когда японец все так же молча остановился перед очередной „витриной“. – Боится, что перекуплю, как Хитори? Или придает такое значение этому заказу, что не может его никому доверить? Или… что-то еще?»

Произнеся эти слова про себя, Белуга понял, что не знает, почему и зачем старый паук Сакамуро лично явился на континент, чего не случалось еще ни разу за длительный период сотрудничества их компаний. Не знает, но догадывается.

И эти догадки отнюдь не приводят его в восторг. Настолько, что ему хочется немедленно поделиться ими с начальником своей службы безопасности.

2
{"b":"229150","o":1}