Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Велунд стоял на коленях перед генератором стазисного поля, но затем поднялся и отряхнулся. Шарроукин оглянулся, пораженный тем, что им удалось пережить ядерное испепеление.

— Думаю, все прошло удовлетворительно, — сказал Велунд.

— Мы живы, и Криптос у нас, — согласился Шарроукин и бросил взгляд за жалкое существо, которое свернулось калачиком и тараторило что-то на своем неестественном, непроизносимом языке-шифре, пока его хрупкое тело поддавалось облучению.

— И предатели не заподозрят о нашем вмешательстве. Для них это будет случайная авария.

— Считаешь, враги на это поведутся?

— Учитывая слабое взаимодействие и отсутствие экспертов-техников в оккупационных войсках, подобные события здесь не редкость, — ответил Велунд. — Полагаю, нашего вмешательства не заметят.

Шарроукин кивнул и активировал встроенный в доспехи телепортационный маячок, чтобы дать сигнал кораблю Железных Рук, укрывшемуся среди орбитальных обломков вокруг Кавор Сарты. Электромагнитные бури скроют след телепортационного луча, и они исчезнут прежде, чем вражеские войска прибудут для осмотра места аварии.

— Хорошая работа, Сабик Велунд, — сказал Шарроукин.

— Действительно хорошая, Никона Шарроукин, — согласился Велунд.

«В общем и целом», — подумал Шарроукин, — «предателям выдался сегодня не лучший день».

Крис Райт

ВОЛЧИЙ КОГОТЬ

Сцена 1

Внутри коридоров космического корабля

Шел ожесточенный бой. Отовсюду слышался вой цепных клинков, изредка прерываемый болтерным огнем; по всему помещению сражались и умирали закованные в броню космодесантники.

Его враг носил чешуйчатое, сине-зеленое одеяние предателей. Это был массивный монстр, тяжело ступавший в тактической дредноутской броне, вооруженный спаренными цепными клинками, которые располагались под кулаками, снаряженными комбиболтерами. Уже три Волка Фенриса лежали у его ног, сраженные и истекающие кровью.

Бьорн пригнулся, прижимаясь к стене коридора. Бой на корабле был ограниченным и вызывал клаустрофобию — свою роль играли широкие тени и узкие пространства. Лишь четыре воина осталось от стаи, что он взял с собой на фрегат Альфа Легиона "Йота Малафелос".

Раздался злорадный смех, искаженный вокс-решеткой шлема.

Было некуда отступать, негде укрыться. Ещё трое легионеров-предателей приближались в тени терминатора-чемпиона, шагая по телам павших.

Бьорн напрягся, готовясь к ответной атаке. Он чувствовал, что охотничий дух его оставшихся в живых братьев подготовил их к тому же.

И лишь тогда, когда его мышцы затопил поток гиперадреналина и его сердца забились в жажде убийства, он вспомнил, как это было раньше. Он вспомнил, как пришел к Слейеку за нужным ему инструментом войны, и какой ответ он получил.

— Что бы сказал Творец Клинков теперь, — размышлял Бьорн, — когда волна убийств усилилась вновь? Какие проклятия слетели бы с его обожженных и затупившихся клыков, если бы он осознал, что произошло?

Сцена 2

Внутри кузницы

Это было огромное помещение, наполненное рёвом печей. Здесь непрерывно трудились толпы работников. Отовсюду слышались удары молота, искры разлетались от расплавленного металла.

Внизу, в глубине кузнечной палубы "Храфнкеля", огни никогда не гасли. Непрерывно разливались котлы расплавленного железа, ослепляющего, когда жидкий металл шипел, остывая в кузнечных формах. Молоты поднимались и опускались на адамантиевые наковальни, и визг конвейеров нарушали только благословленные сталью фигуры техножрецов в алых одеяниях.

Бьорн целеустремленно пробирался сквозь рабочее помещение. Магистр кузницы флагмана, недовольно смотря на почти черную груду иссеченного металла, бывшего древним боевым доспехом, ждал его перед раскрытой пастью зажженной печи.

— Интересно, сколько на это уйдет времени… — вырвалось из скошенной решетки посмертной маски жреца железа.

— Я ищу того, кого зовут Творцом Клинков, — окликнул его Бьорн.

— Все мы здесь, внизу, зовемся так, — ответил Слейек. — Но теперь вы нашли одного, и ему уже известно, чего вы хотите.

Бьорн взглянул на вздымающиеся серво-руки Слейека Творца Клинков, блестевшие от масел с прилипшей к ним металлической стружкой — признаком недавней работы.

— Мне нужна перчатка.

Слейек рассмеялся сухим, как жаровня с углями, смехом.

— Вы нравитесь Королю Волков, — отсмеявшись, сказал он. — Мне сказали, он лично понизил вас.

Жрец подошел ближе, и Бьорн учуял исходящую от него едкую вонь дыма.

— Но это не дает вам привилегий, — уже суровее продолжил Слейек. — Будь вы даже самим лордом Гунном — вам всё равно пришлось бы ждать своей очереди.

Бьорн поднял свою левую руку. Она представляла собой сплетение обожженных и поломанных металлических лонжеронов. С тех пор, как он потерял руку на Просперо, у него не было возможности сделать нормальную аугметическую замену, и последнее сражение против Альфа Легиона окончательно искалечило то, что от неё осталось.

— Я не могу сражаться этим, — сказал Бьорн, повернув культю к отсветам пламени. — Не снова.

— Я слышал, что у вас все прошло удачно.

— Мне нужно вновь овладеть клинком.

Уже второй раз за время из беседы магистр кузницы рассмеялся.

— Тут есть что-то ещё?

— Этой рукой я орудовал мечом, — горько прошептал Бьорн.

— Тогда лучше научиться пользоваться другой.

Бьорн напрягся, непроизвольно встав в стойку напротив Слейека.

— Не шути со мной, молоточник.

— Вы думаете, я шучу? Посмотрите вокруг. У меня здесь четыре тысячи воинов, которых необходимо одеть и вооружить. Каждый прошедший час приносит мне ещё одну окровавленную партию расколотой брони и сломанных клинков. Мне пришлось умертвить и переработать часть своих трэллов, чтобы удовлетворить потребность в железе, и это не прекратиться, пока Змеи держат нас за горло. У вас есть ваше зрение, ваша сила и вы в состоянии пользоваться болтером. Что делает вас одним из немногих счастливчиков.

— Этого не достаточно, — прорычал Бьорн. — Мне нужна перчатка.

Слейек наклонился, опуская свой почерневший шлем до тех пор, пока он не оказался на расстоянии ладони от Бьорна.

— Ждите… своей… очереди.

Какой-то момент Бьорн не двигался. Он сжал пальцы правой руки, обдумывая обострение проблемы. Возможность была. Слейек был крупным, но Бьорн всё же крупнее.

Но затем, скрепя сердце, он отступил. Драка со своими могла только ускорить их возможную гибель среди ржаво-красных звезд Алакксеса.

— Я вернусь, — ответил Бьорн. — Вы не откажете мне снова.

Слейек лишь пожал плечами и вернулся к работе. Его серво-руки кружились в действии, и огни вновь заполыхали.

Бьорн шагал к последним рядам трудящихся трэллов, едва замечая вспышки дуговых сварок напротив их тяжелых масок. Каждый его нерв пылал от ярости. Ему пришлось бы снова вступить в бой как полукровке, как обузе, как калеке. Его собственная смерть не страшила него, но мысль о неудаче его братьев по стае заставляла его кровь кипеть.

И тогда, в самом дальнем уголке кузницы, он увидел это. Висевшее на адамантиевых цепях, наполовину скрытое во тьме, резко отсвечивая отраженным светом из печей. Оно было завершенным, нетронутым, и обладало грозной красотой.

— Ты, — схватив ближайшего смертного трэлла, обратился к нему Бьорн. — Для кого это было создано?

— Я не знаю, повелитель, — неуклюже поклонившись в своей толстой кузнечной броне, ответил трэлл. — Мне узнать у моих хозяев?

Бьорн снова посмотрел на это. Сплав был безупречен. Это было особой вещью, работой гениального ремесленника. Носитель этого убивал бы и убивал до тех пор, пока звезды бы не выгорели и тьма не взвыла сквозь пустой вакуум.

Бьорн вытянул свою уничтоженную руку.

— Можешь установить это?

57
{"b":"222255","o":1}