Затем Ваня наложил на глазницы черепа руку и стекло в тех местах выпало. Вернее просто растеклось равномерно. Ваня засунул в глазницы пальцы, что‑то прошептал и рез‑ко выдернул оттуда пальцы. Стекло сомкнулось, а в глазницах запылал багровый свет.
Ваня довольно заулыбался. Все получилось. Леди Элинерета все это время нервно ко‑силась на Ваню. Стеклянный посох с вмурованным в него человеческим позвоночником и черепом без нижней челюсти с горящем огнем в глазницах, заменяющий набалдашник, ей не очень понравился.
Но Ване было наплевать. Он сейчас едва сдерживался, чтобы не расхохотаться, радуясь успеху. Посох он держал так гордо, словно он был для него тем же, чем для короля являются скипетр и держава. Ваня с силой вонзил посох в землю, и почувствовал, как от него идут волны, распространяющиеся по земле и ищущие все мертвое. От скелетов сразу же вытянуло всю энергию смерти и отдало ее посоху. Ваня направил череп в сторону груды костей. Из глазниц ударил алый луч и один скелет тут же встал. Ваня взмахнул посохом снова, и скелет рассыпался в пыль.
Начинающий артефактор любовно погладил посох и положил его возле своей котомки. Каким бы сильным этот посох ни был, Ваня не собирался оставлять его у себя. Держать в руках Тьму он не хотел. Хотя искушение было. Но Ваня чувствовал упорное внутреннее сопротивление друида и волхва. Даже шаман внутри него был против такого соседства. Зато некромант так воспрял, что Ваня едва подавил желание устроить маленькую демонстрацию своих способностей путем уничтожения всего живого на милю вокруг.
Ваня уселся рядом с Даншей и продолжил остановленное чтение.
На следующее утро Ваня проснулся от грохота. Лязг металла раздавался так громко, что даже уши закладывало. Иван перекатился по земле и выпрямился уже с Лунным Светом наперевес. В левой руке он зажал новый посох, прыгнувший ему в руку сам собой. Наконец Ваня разглядел источник лязга. Это вернувшийся Андрий бился со стражем‑паладином. Паладин упорно теснил Магистра. Тот пытался что‑нибудь сделать магией, но паладин обладал почти полным иммунитетом к различным чарам. Левая рука Андрия уже была в крови, а на броне серебряного рыцаря не появилось ни царапинки. Ваня сообразил, что если он не вмешается, то вместо одного живого учителя, он получит одного мертвого. Паладин многократно превосходил волшебника в умении фехтования.
‑ Благородный паладин! ‑ закричал Ваня. ‑ Пожалуйста перестаньте! Это мой учитель!
Но непоколебимый страж продолжал теснить Андрия. Ваня подбежал к дерущимся, выставляя заклятье воздушной стены. Обоих отбросило на пару метров.
‑ Благородный паладин, ‑ повторил Ваня. ‑ Это свои. Это мой учитель. Его убивать не нужно.
‑ Он ‑ колдун, ‑ процедил страж. ‑ Колдуны должны умирать.
‑ А ты должен слушаться меня! ‑ взревел Ваня. ‑ Ты получил плату, изволь выполнять приказы, дух.
‑ Приказ был охранять твое спокойствие, ‑ ответил ему паладин.
‑ Пшел вон, ‑ процедил Ваня, ‑ ты свободен. Возвращайся в свой мир.
Паладин тут же исчез в яркой световой вспышке. Ваня подошел к Андрию.
‑ Магистр, вы в порядке?
‑ Пустяк, ‑ тут же заживил рану Андрий. ‑ Отличный воин этот страж. Как зовут этого духа?
‑ Я не знаю, ‑ пожал плечами Ваня. ‑ Я призвал книжного героя.
Андрий перевел взгляд на руки мальчика.
‑ Что это? ‑ не смог скрыть восхищения от посоха Андрия.
‑ Это посох Абсолютной Некромантической Власти, ‑ похвастался Ваня. ‑ Я сделал его вчера. Прошу.
И Ваня протянул посох Андрию. Тот так посмотрел на Ваню, будто тот отдает ему соб‑ственную голову. Он нерешительно взял посох, и глазницы черепа засветились ярче.
‑ Что это значит?
‑ Я сделал его для вас, учитель. Мне не нужна настолько Темная сила.
Андрий заворожено рассматривал стеклянный посох. Он провел рукой по всей его длине, остановившись на черепе и на жале.
‑ Что он может? ‑ спросил Андрий.
‑ Во‑первых, ‑ стал загибать пальцы Ваня, ‑ он черпает неромантическую силу из ближайших источников. Во‑вторых, он сам по себе боец. Укажи ему на группу врагов, и он без магии разберется с ними. В‑третьих, он позволяет творить Темную магию, не используя магические силы владельца. Почти не используя. В‑четвертых, он страж и переговорное средство вместе. Воткните его в землю на ночь, и он будет исполнять роль наблюдательно‑боевой башни. Ну а переговорное средство... смотрите.
Ваня вежливо взял посох и накрыл глазницы посоха рукой. Когда он убрал руку, Андрий удивленно расширил глаза. Вместо высохшего черепа без нижней челюсти на конце посоха находилась голова Алимуратиса. Череп просто напросто изменил очертания, оброс джиновской "кожей", добавил к нему пару штрихов, и вот перед ними длинная палка с надетой на нее джиновской головой. Хотя, если приглядеться, можно было за этой дымкой увидеть четкий конур необычного набалдашника посоха.
‑ Алимуратис, ты слышишь меня? ‑ спросил Ваня.
Джин кивнул. Весте с образом джина слегка выгнулся и сам посох, изображая полупо‑клон.
‑ Конец связи, ‑ Ваня махнул рукой и образ пропал.
‑ В‑пятых, ‑ продолжил он, ‑ это летательное средство. Правда малость неудобное, но тут ничего не поделаешь. И наконец... ‑ Ваня замешкался, ‑ я не знаю точно сработает ли, чистый экспромт, но... но посох может высасывать эфирные тела. Им можно захватить джина, призрака, даже душу человека, если она отделена от тела. Чем сильнее существо, тем сильнее становится посох с каждой новой душой. К тому же, он слушается только двух людей: владельца и создателя. Он ваш, Магистр.
Андрий еще не совсем отошел от такого дара. Он смотрел на посох с не меньшей жад‑ностью, чем прежде на меч. Лишь через минуту Магистр взял себя в руки и сделал умное лицо. Ваня уже успел отойти к Данше и открыть книгу.
Прошла неделя. Ваня, леди Элинерета, Данша и Магистр Андрий галопом мчались к Святыне Земли. Данша пришла в себя после проклятья намного быстрее, чем говорил Андрий. Она очнулась через три дня. И первыми ее слова были "Есть хочу".
Ваня жутко устал. Они скакали уже четыре дня, останавливаясь всего на пять часов в день. Лошади скакали на честном слове и магии. Ваня и Андрий прикладывали столько сил, чтобы лошади бежали дальше, что сами едва держались в седле. Если все пройдет так, как планировали, то они завтра уже будут на месте. Все согласились с тем, что в Свя‑тыню лучше зайти заранее. Неизвестно сколько придется там плутать.
Ваня посмотрел на Даншу. Она сейчас едва сидела в седле. Даже эльфийская выдержка не помогла. Даже леди Элинерета утратила брезгливо‑гордую осанку. Сейчас она ничем не напоминала ту несокрушимую воительницу, которая скорее перережет себе горло, не‑жели покажет слабость перед людьми. Сейчас она была обычной женщиной, которая тоже может уставать.
Солнце клонилось к закату. Сейчас точно нужно остановиться. Даже магия не может заставить лошадей скакать вечно. Андрий тоже об этом подумал и оттрубил долгий при‑вал. Это значит, что завтра все отправятся тогда, когда лошади восстановятся полностью. Ваня спрыгнул с Эльзы и упал. Ноги совсем не слушались. Он остановились в молодой рощице. Недавно был дождь, поэтому земля была очень мягкая, а в воздухе витала све‑жесть и влажность. Ваня развалился на мокрой траве, мало заботясь о том, что станет с его плащом. Сорвав травинку, Ваня сунул ее в зубы и закрыл глаза. Рядом на траву свалился кто‑то еще. По некоторым очевидным признакам, Ваня сообразил, что это Данша.
‑ Живая? ‑ спросил Ваня у нее, не открывая глаза.
‑ Не уверена, ‑ ответила та. ‑ Алмаз прискакал едва живой. Андрий тебя так всегда гонял?
‑ Раньше было легче, ‑ подумав ответил Ваня. ‑ Но ты на его лицо не смотри, это внеш‑не он жесткий, а на самом деле он другой.
‑ Это какой? ‑ заинтересовалась Данша.
‑ Не знаю. Но он другой. Скрывает он свое лицо. На показ он выставляет маску.
Ваня облегченно дышал. Он сейчас был если не счастлив, то очень рад. Лес всегда на‑поминал ему о доме. Как он туда захаживал с пилой наперевес. У Вани дома лежала большущая куча деревянного оружия. Это был его маленький бзик.