Литмир - Электронная Библиотека

Александр Овчаренко

Российские хроники. Книга 2. Криминальный пасьянс

Авантюрно-приключенческий роман с элементами фэнтези и кратким историческим экскурсом

Часть 1

Казённые хлопоты

«Ещё ни одна эпоха не жаловалась на нехватку дураков и мерзавцев. В этом главная сущность истории».

Сергей Снегов «Диктатор»

Глава 1

Ковтуна взяли по классической схеме: двое неизвестных в низко надвинутых на глаза кепках типа «жириновка», неожиданно появившись из темноты подъезда, блокировали его с двух сторон. Константин даже не успел вытащить руки из карманов плаща.

Родной подъезд сыграл с ним злую шутку. Проверяться на предмет слежки и прочих неприятностей Ковтун начинал сразу после выхода из помещения, в подъезде же он чувствовал себя защищённым и немного расслабленным. А зря! Чьи-то сильные руки резко завели ему локти за спину, и тут же широкая ладонь незнакомца прижала к его лицу влажную салфетку. Костя пару раз вдохнул резко пахнущий хлороформом воздух и погрузился в глубокий наркотический сон.

Очнулся Ковтун накрепко привязанным к любимому креслу с высокой спинкой в своей же квартире с наглухо зашторенными окнами. В глаза ему бил нестерпимо яркий свет от настольной лампы.

– Как в дешёвом детективе! – подумал майор. – Значит, меня взяли не коллеги из службы собственной безопасности. Свои такими дешёвыми приёмами пользоваться бы не стали, просто заперли бы в камеру внутренней тюрьмы на Лубянке, где, продержав в неведенье пару-тройку дней, дождались, когда клиент полностью «созреет», и лишь после этого провели бы допрос с пристрастием. Но если это не мои коллеги, тогда кто же? Кому я так сильно наступил на мозоль? Видимо, дело серьёзней, чем я думал, раз они решились на похищение офицера ФСБ.

– Уберите свет! – твёрдым голосом потребовал Ковтун.

Раздался характерный щелчок, и лампа погасла.

После того, как глаза привыкли к царившему в комнате полумраку, Константин разглядел примерно в двух метрах от себя сидящего за письменным столом незнакомого мужчину. Незнакомец напоминал примерного зубрилу-отличника: тщательно зачёсанные на пробор поредевшие пряди бесцветных волос, старательно подобранный к костюму светло-серый галстук, аккуратно завязанный классическим узлом на худосочной шее и большие очки в чёрной роговой оправе, как нельзя лучше дополняли этот образ.

Незнакомец, словно примерный школьник, положив руки перед собой и слегка склонив голову набок, внимательно разглядывал связанного по рукам и ногам Ковтуна. Так рассматривают неодушевлённые предметы или тех, кто ими в ближайшее время станет. Впервые Ковтуну стало страшно.

– Мне говорили, что у Вас необычный взгляд, – вместо приветствия произнёс Отличник. – Надо сказать, мои коллеги были правы: взгляд у Вас действительно неприятный.

– Я вижу, Вы не утруждаете себя соблюдением правил приличия, – сквозь зубы процедил пленник.

– А зачем? – удивился Отличник и вновь посмотрел на Константина, как на неодушевлённый предмет.

– Вы кого представляете? – холодея от догадки, спросил Ковтун.

– Вам привет от Хозяина, – улыбнулся одними губами Отличник.

– Не знаю такого! – по инерции продолжал играть роль Ковтун.

– Лично Вы с ним, конечно, незнакомы, но, судя по выступившей на вашем лбу испарине, Вы поняли, кого я имею в виду.

– Что Вы от меня хотите?

– Я хочу, чтобы Вы ответили мне на несколько вопросов.

– А что будет потом?

– Господин Ковтун, Вы же профессионал! Что Вы задаёте глупые вопросы!

– Понятно. Значит, живым Вы меня отсюда не выпустите. Тогда какой смысл отвечать на ваши вопросы?

– Смысл есть всегда и во всём, даже в, казалось бы, бессмысленных на первый взгляд поступках, – назидательно произнёс Отличник. – В вашем случае отказ от сотрудничества повлечёт за собой мучительную смерть. В том случае, если мы с вами придём к согласию, смерть будет лёгкой, Вы даже не заметите, что умерли.

– Да, небогатый у меня выбор, – тяжело вздохнул пленный.

– Не драматизируйте, господин Ковтун. – холодно произнёс Отличник. – Смерть – всего лишь завершение физиологического процесса, который Вы называете жизнью. Все мы когда-нибудь умрём.

– С удовольствием уступлю Вам свою очередь, – грустно пошутил приговорённый к смерти киллер.

– Очень благородно с Вашей стороны. Ну, что, приступим к делу?

– Перед смертью, говорят, не надышишься, так что давайте, спрашивайте!

– Нам известно, что в течение последних шести месяцев Вы стали предпринимать действия, которые не были связаны ни с вашими заданиями по службе, ни с распоряжениями Хозяина. Вы стали вести свою игру. В чём причина? Вас перевербовали? Если да, то кто именно и с какой целью? Если нет, то следует ли из этого, что все Ваши действия – результат личной инициативы?

– Никто меня не вербовал. Просто мне всё надоело до чёртиков, вот я и решил поработать на себя самого, а потом свалить за «бугор» и спокойно встретить сытую старость.

– То есть гражданина Веригова Вы убили из корыстных целей?

– Кого?

– Веригова Виктора Николаевича, по кличке «Вирус».

– А-а, этого! Нет, Вируса я убрал как нежелательного свидетеля.

– На антиквара Кошеля Вы вышли через Веригова?

– На антиквара меня навёл Вирус. Вот антиквара я убил, как Вы говорите, из корыстных побуждений.

– В чём заключался Ваш интерес?

– Вирус расшифровал старинный манускрипт, где, по его предположению указан банковский код. Он считал, что в одном из банков Лихтенштейна хранится часть золотого запаса семьи последнего российского Императора.

– Это действительно так?

– Не уверен. Скорее это лишь предположение.

– Но Вы планировали предпринять какие-то шаги, чтобы завладеть этим богатством?

– Планировал, но какие именно, не придумал. Не успел. Для начала необходимо установить, в каком именно банке находится счёт, и существует ли он реально, или только в воспалённом сознании Вируса.

– Как Вам стало известно о старинном манускрипте и о результатах дешифровки?

– Ну, это просто. Вирус был у меня на связи, вернее, не у меня, а у моего коллеги. После того, как его куратор убыл в длительную командировку на Северный Кавказ, Викария передали мне.

– Викария?

– Да, Викария, это оперативный псевдоним Веригова. Это было его первое для меня сообщение, которое я, естественно, уничтожил. О существовании подлинника документа и результатах расшифровки знали только Вирус и антиквар. Антиквара я убрал на следующий день, после того, как разобрался с Вирусом.

– Плохо сработали, – перебил его Отличник. – Вас запомнила свидетельница, проживающая в квартире на первом этаже, и благодаря её показаниям создан композиционный портрет убийцы – Ваш портрет!

– Возможно. Теперь это неважно.

– Для Вас – да, а для общего дела это серьёзный «прокол». Кроме этого, что Вы можете показать по работе со своими подопечными Ллойдом и Маркусом?

– А-а, эти два прибалтийца! Ну, это совсем другая история. Полгода назад я был временно прикомандирован к группе, занимавшейся незаконным оборотом драгметаллов. В Москве стало регулярно появляться золото, химический состав которого был отличен от контрольных образцов, взятых нами со всех известных приисков. Курьера вычислили по анонимному сообщению. Видимо, кто-кто сдал конкурента. К сожалению, а может, к счастью, при задержании курьера вышла накладка: он умудрился сбежать, но у меня остались его анкетные данные и адрес постоянного проживания. Мои люди поработали с грузчиками и таксистами, стоящими на привокзальной площади, и установили, что курьера всегда встречали двое мужчин на «Жигулях» с московскими номерами и тонированными стёклами. Их вычислили – это были два бывших карточных шулера, которые почему-то резко сменили «масть» и занялись контрабандой золота. За ними установили слежку, но два месяца наблюдений ничего не дали, и слежку пришлось снять. Дальнейший ход операции мне неизвестен, так как меня отозвали и поручили поиск законспирированных агентов в центральном аппарате ФСБ.

1
{"b":"217557","o":1}