………………………………………………………………………………………………………………………………

Я не безъ страха прошелъ черезъ эту толпу съ Сашей до дилижанса, онъ с ѣлъ впереди, я с ѣлъ съ бариномъ, и мы по ѣхали. Какой то мертвецки пьяный солдатъ непременно хот ѣлъ ѣхать съ нами и отвратительно ругался, ужасная музыка не переставая играла какой то маршъ, до того невыносимо фальшиво, что буквально больно ушамъ было. Со вс ѣхъ сторонъ развращенные пьяные грязные нищіе.

За то съ какимъ наслажденіемъ, когда мы вы ѣхали изъ городу, я увидалъ при ясномъ закат ѣпрелестную Занскую долину, по которой мы ѣхали, съ в ѣчными звучащими живописными стадами коровъ и козъ. Господинъ, съ которымъ я сид ѣлъ, былъ од ѣтъ, какъ од ѣваются магазинщики въ Париж ѣ, им ѣлъ новенькое чистенькое porte-manteau, 161 пледъ и зонтикъ. На носу у него были золотые очки, на пальце перстень, черные волоса старательно причесаны, борода гладко выбрита, въ лиц ѣнепріятное напущенное чопорное спокойствіе, которое сохранялось только на то время, какъ онъ молчалъ. Говорилъ онъ по французски съ Женевскимъ акцентомъ, видимо подд ѣлываясь подъ французской. Мн ѣказалось, что это Женевской или Водской bourgeois. Это 162 безжизненная, притворная, нел ѣпо подражающая французамъ, презирающая рабочій класъ швейцарцевъ и отвратительно корыстно мелочная порода людей. Посл ѣего презрительной манеры говорить съ нашимъ молодымъ кучеромъ, который все заговаривалъ съ нами, и условій, которыя онъ мн ѣпредложилъ для по ѣздки въ наемной карет ѣвм ѣст ѣвъ Интерлакенъ, я уже не сомн ѣвался. Онъ расчелъ какъ то такъ, что мы съ Сашей, у которыхъ вовсе не было клади, платили за карету, чуть не втрое противъ его, у котораго съ собой было 3 тяжелыхъ чемодана. И онъ настойчиво ув ѣрялъ, что это стоило бы мн ѣгораздо дешевле, ч ѣмъ въ дилижанс ѣ. —

Мало того, онъ еще разсердился на меня за то, что я отказался, и когда мы прі ѣхали, онъ какъ то озлобленно сказалъ кондуктору, что онъ пойдетъ брать себ ѣм ѣсто въ дилижанс ѣ, une fois que Monsieur (это я) ne veut pas aller, 163 — и сердито махнулъ на меня рукой такъ энергически, что мн ѣбезъ шутокъ показалось, что я виноватъ передъ нимъ. — Мн ѣсов ѣстно уже было съ нимъ встр ѣтиться и я подождалъ его, чтобы пойти брать м ѣсто въ «Post-bureau». 164

Я подошелъ къ затворенной двери, на которой была надпись. Около двери сидело 3 человека, которые даже не посмотрели на меня. Я отворилъ дверь въ Постъ-бюро. Эта была грязная низкая комната, съ грязной кроватью, съ кадушками и развешанными платьями. — Я вышелъ назадъ и спросилъ у сидевшихъ у дверей, это ли Постъ-бюро. — Это, — сказалъ мн ѣодинъ изъ сид ѣвшихъ грубымъ голосомъ, — идите туда, что ходите? — Я вошелъ. Д ѣйствительно, въ крайнемъ углу стояла конторка и лежали бумаги. Никого, кром ѣбол ѣзненной женщины съ груднымъ ребенкомъ, не было въ почти уже темной комнат ѣ. Черезъ минуту тотъ самый челов ѣкъ въ сертук ѣ, который вел ѣлъ мн ѣвойти, размахивая руками и всей спиной, съ фуражкой на бекрень, вошелъ въ комнату. Я поздоровался съ нимъ, онъ захлопнулъ дверь и не взглянулъ на меня; сначала я думалъ, что онъ чужой и ч ѣмъ нибудь очень занятой или огорченный челов ѣкъ, но всмотр ѣвшись ближе, и особенно, когда онъ прошелъ за конторку, я уб ѣдился, что вс ѣего движенія, физіономія, походка, все это было сд ѣлано для оскорбленія меня или для внушенія мн ѣуваженія. Онъ былъ высокъ рост[омъ], широкъ въ плечахъ, но худощавъ; длинноногъ, б ѣлокуръ и рябъ. На немъ былъ сертукъ, широкія штаны и фуражка. Вообще вся рожа его была отвратительна или такъ показалась мн ѣ.

Я самымъ учтивымъ манеромъ спросилъ его о м ѣстахъ. — Какъ будто бы это я во сн ѣвид ѣлъ, что я говорю, — никакого вниманія. Я сталъ вспоминать, не оскорбилъ ли я его ч ѣмъ нибудь входя, не полагаетъ ли онъ почему нибудь, что я хочу гордиться. Я снялъ шляпу и въ коротенькую фразу, которой я спрашивалъ его, сколько верстъ до Туна, я 3 раза пом ѣстилъ Monsieur — это тоже не под ѣйствовало. Я подалъ ему деньги, онъ писалъ что-то и молча оттолкнулъ мою руку. — Я начиналъ сердиться, и пускай меня обвиняютъ варваромъ, но у меня руки такъ и чесались, чтобы сгресть его за шиворотъ и разбить въ кровь его рябую фигуру. По счастью для меня, онъ скоро бросилъ мн ѣна столъ два билета, также швырнулъ сдачу, что ежели бы я не удержалъ, она бы скатилась на полъ, и онъ бы в ѣрно не поднялъ. Потомъ размахивая также спиной и руками и еще какъ то сардонически чуть зам ѣтно улыбаясь, онъ вышелъ на улицу. —

Н ѣтъ, подобной безчелов ѣчной грубости, я не только никогда не видалъ въ Россіи между колодниками, но я представить себ ѣне могъ ничего подобнаго. —

Когда я вернулся домой и не выдержалъ, сталъ жаловаться кучеру, который принесъ мн ѣнаверхъ мои вещи. Онъ пожалъ плечами, улыбнулся (онъ былъ молодой веселый малый и въ наступающую минуту ожидалъ на водку). — Vous dites que c’est le buraliste qui est comme ça? 165 — Да. — Que voulez vous, Monsieur — ils sont republicains, ils sont tous 166 comme-ça. Et puis il est buraliste, il est fier de ça. 167

Я ложась спать все не могъ забыть бюралиста и твердилъ про него. — А Саша хохоталъ. — Такъ задалъ вамъ страху бюралистъ? — все спрашивалъ онъ. — А Женевертка вычиститъ намъ башмаки завтра? — И онъ заливался хохотомъ. Кончилось т ѣмъ, что и я расхохотался и, перебирая весь день, заснулъ все таки съ веселыми мыслями.

* III.

ОТЪ ѢЗЖЕЕ ПОЛЕ.

[Первый отрывок.]

Это было 168 в 1807 году. Была ос ѣнь. Графъ Никита Андреевичъ еще не у ѣзжалъ въ Москву, а только собирался въ отъ ѣзжее поле. Участники охоты собирались понемногу въ его Новые Котлы. Многіе проводили у него все л ѣто, многіе уже прі ѣхали, другихъ ждали. По обыкновенію въ четвергъ ѣздили въ городъ закупать провизію, отвозить письма и привозили почту, французскіе журналы, письма и Московскія в ѣдомости. — Передъ вечеромъ докипала посл ѣдняя работа уборки на гумн ѣи въ пол ѣ. Управляющій, прикащики, старосты, десятникъ верхами и п ѣшками сновали около скирдовъ и въ пол ѣ, обозы въ сотни лошадей грем ѣли пустые въ пыли отъ гумна и поскрипивая и покачиваясь качались навстр ѣчу пустымъ тел ѣгамъ. Мужики ждали, что ихъ отпустятъ посл ѣосьмаго раза, и умышленно медлили, управляющій хот ѣлъ натянуть 9 й разъ и мечталъ о 12 скирд ѣ.

Два охотника звали въ рогъ къ котлу, и стая въ 150 собакъ выла и лаяла на звукъ рога, одинъ м ѣшалъ лопатой въ корытахъ. Бабы съ п ѣснями и серпами на плечахъ шли хороводами съ жатвы и вязки, на дворн ѣвъ большихъ 12 ти домахъ дворовыхъ собирали <пригнатую> скотину. Табуны и стада приближались къ усадьб ѣвъ облакахъ пыли. Пастухи и подпаски со вс ѣхъ ногъ метались, удерживая скотину отъ полей, мимо которыхъ гнали. Плотники, строившіе винокурню, спорили съ Жидомъ рядчикомъ, сдавая работу. На ѣздникъ на золоченыхъ, изъ прутиковъ сд ѣланныхъ дрожечкахъ, съ заметаннымъ комами пыли лицомъ, докуривая трубочку и спустивъ ноги, возвращался съ б ѣгу на молодомъ взмылившемся с ѣромъ жеребц ѣ, сын ѣАтласнаго, сына Кролика, сына Сметанки. Жеребецъ, тонкой, еще несложившейся 4-л ѣтокъ, моталъ головой и хвостомъ и ступалъ точно прихрамывая. Дворовая румяная красивая д ѣвушка съ холстами прошла по дорог ѣи остановилась, чтобъ дать дорогу на ѣзднику, на ѣздникъ съ дрожекъ щипнулъ ее, и неожиданно улыбнулся [ 1 неразобр.] своего усатаго лица.

Въ кухн ѣповаръ и два поваренка въ б ѣлыхъ колпакахъ сбирались готовить ужинъ, а до этаго зат ѣяли игру въ орлянку въ саду съ лакеями прі ѣзжихъ господъ. Въ присп ѣшной ставились два самовара. Въ д ѣвичьей шили, пряли и прислушивались, не позоветъ ли барыня, челов ѣкъ 12 тьд ѣвушекъ. Одна из нихъ лежала на сундук ѣи плакала, другая см ѣялась въ окно съ подошедшимъ молодымъ лакеемъ. Старушка Графиня, мать Графа, раскладывала въ своихъ покояхъ карты, у ней сид ѣли три старушки. Сестра Графа, вдова, поила чаемъ въ своихъ покояхъ двухъ зашедшихъ съ кружками монаховъ. Въ отд ѣленіи гостей челов ѣкъ 8 мьбыли по своимъ комнатамъ, кто читалъ, кто игралъ въ карты. На д ѣтской половин ѣН ѣмецъ Гувернеръ ссорился съ Французомъ, a д ѣти, внучки Графа отъ умершаго сына, докончивали заданный урокъ передъ чаемъ. Другой сынъ Графа, холостой, по ѣхалъ кататься съ гувернанткой. Самъ Графъ Никита Андре[е]вичъ только проснулся посл ѣпосл ѣоб ѣденнаго отдыха и умывался водой со льдомъ.