Дни и ночи сменяли друг друга, свет и тьма проходили через меня, не замечая этой смены, я шел вперед. Встречая на своем пути только животных и проходя нетронутыми людьми полями и лугами, я не встретил ни одного человека. Все они жили намного дальше от священных земель, людей, не знающих греха и служителей пещер. Нескоро нога человека ступит в этих, еще нехоженых местах, и надеюсь, не принесет с собой разрушение, которое проникнет в естество природы и нарушит ее совершенство.
Звери и птицы не боялись меня, и я не трогал их, питаясь дарами природы, иногда разводил костер и варил крепкие настои из трав, которые подкрепляли мои силы.
Полностью погрузившись в окружающий мир, я пребывал в спокойном блаженстве. Свет внутри и снаружи, тьма внутри и снаружи меня были одинаковыми, я ничем не отличался от них. О пространстве и времени я не думал. Мысли, если и приходили ко мне, то были подобны облакам, легкие и не заботящиеся о чем-либо. Так продолжалось очень долго, а я все продолжал свой путь, пока не встретил людей.
Любовь в сердце твоем
Деревня, которую я нашел, была очень большой. Казалось, дома в ней мешали друг другу. Ее окружали обширные поля, их возделывало множество людей. Я видел, что мысли этих людей не сливались с их работой. Вот один пахарь возделывал борозду, но мысли его были очень далеко. Он мечтал о том, как не работать, как не делать тот труд, который тяготил его. Он занимался не тем делом, которое было ему по душе, из него вышел бы хороший лекарь, тогда он был бы счастлив. Я подошел к нему.
– День добрый, мне нужен ночлег – я странник.
Пахарь, увидев меня, остановился в изумлении. Моя одежда сильно отличалась от его, а черты его лица были совсем другими.
– Я помогу тебе, а чем ты мне поможешь?
– Вы не хотите так работать, я могу помочь вам.
Пахарь ухмыльнулся.
– А кто же хочет работать? Но все равно я не могу дать тебе ночлег, мой дом полон детьми и заботами, в нем нет места для чужих.
– А где я смогу найти приют?
Пахарь немного задумался, потом ответил:
– Вон видишь, гончар идет, спроси у него.
– Спасибо, – ответил я.
Пахарь что-то сердито пробурчал и продолжил свой труд.
Гончар шел с реки, он нес глину в корзинах, ему было тяжело, но он привык к тяжелому труду. Он был уже не молод, но крепок, как телом, так духом.
– Можно я помогу вам, – спросил я.
Гончар остановился и осмотрел меня.
– Кто помогает, тот ищет помощи, что тебе надо чужеземец.
– Мне нужен ночлег, я могу отработать.
– Бери корзину, – сказал он.
Я взял довольно тяжелую корзину и пошел за гончаром. На его спине была другая. Скоро мы пришли к его дому, по дороге люди оглядывались, но никто ничего не спрашивал. Люди провожали меня взглядами и продолжали заниматься своими делами.
– Кто ты и откуда, раньше я не видел таких людей.
– Я странник, я ищу тех, кому могу помочь.
– Другие сами о себе позаботятся, зачем помогать им?
– Да, ты странный, – гончар почесал лоб в раздумьях, принимать ли меня в свой дом или нет. – Ну, хорошо, можешь переночевать у меня, а там посмотрим, что с тобой делать, но запомни, если что, не шути со мной.
– Не бойтесь меня.
Мы вошли в дом через массивную дверь. В нем было очень просторно и светло. У стены стояла огромная печь, в которой гончар обжигал свои изделия. Здесь же стоял гончарный круг.
– Спать будешь здесь, – сказал он.
Я посмотрел на него. Когда я увидел его в первый раз, то подумал, что он живет своей жизнью и именно той, которой хотел. Но это было не так, своим внутренним взором я увидел его жизнь. Его жена давно умерла, а сыновья жили не с ним. Я не стал спрашивать гончара о его семье, видя как он одинок. Даже после смерти те, кого любишь, остаются с тобой в мыслях и в сердце. Они приходят в трудные минуты и находят слова утешения. Гончар любил свою жену, но ее смерть очень отяготила его. Он стал болеть и бороться за жизнь, хотя раньше он просто жил, счастливо и радостно. Теперь же мысли о смерти тяготили его, болезни приходили одна за другой, а сил, чтобы жить, оставалось все меньше. Единственное, для чего он жил, это его труд, неповторимый и единственный, как спасение.
– Я помогу вам, – сказал я ему еще раз.
– Ты гончар?
– Нет, но я могу вылечить вашу душу. Вы не потеряли ее, она всегда рядом с вами, но вы не видите ее. Простите ей все, и она больше никогда не покинет вас.
– О ком ты говоришь? – спросил гончар изменившимся голосом.
– Я говорю про Аллин.
Лицо гончара покрылось изумлением, шок, который он испытал, открыл его душу, в этот момент он увидел рядом с собой свою любимую, с которой он прожил всю свою жизнь. Он стоял неподвижно, не веря своим глазам.
– Мы давно не виделись, – услышал он давно знакомый голос. Слезы потекли по старым щекам гончара, он хотел было кинулся в объятия самого дорогого человека с рыданиями и скорбью. Я вышел из дома, оставив их наедине. Когда они простят друг другу все, гончар уже не сможет видеть ее, но всегда будет слышать ее голос и разговаривать с ней.
На улицу гончар вышел поздно ночью и подозвал меня. Теперь в нем не было закрытости и борьбы, он опять познал светлый вкус жизни и любви. Все, что его тяготило, осталось в прошлом. Он хотел поклониться мне, но я остановил его.
– Это я должен вам кланяться, а не вы, лучше накормите меня, мне предстоит долгий путь.
– Ты вернул мне любовь и жизнь, только сейчас я понял, что не жил до этого, как мне отблагодарить тебя?
– Любите и живите, это и есть ваша благодарность мне.
– Но теперь я не смогу жить так же, как и раньше.
– Сердце подскажет вам верный путь.
– И в моём сердце живет Аллин, – лицо гончара озарилось радостью. – Ты вернул мне все!
Он обнял меня по-дружески и крепко:
– Пойдем, я накормлю тебя.
Гончар расспрашивал меня о том, кто я и откуда. Но на свои вопросы он не мог получить точных ответов. Я не выдавал тайну своего появления. Счастливый гончар долго рассказывал про свою жизнь. Потом он достал вина, но я от него отказался. Сам гончар выпил его почти все и тут же уснул.
Рано утром я ушел, гончар дал мне очень много еды, все еще не зная, как отблагодарить меня.
– Может, ты останешься? Спросил он.
– Нет, не могу.
– Тогда иди.
Мы попрощались, и я ушел. Несмотря на раннее утро люди в деревне уже проснулись и занимались своими утренними заботами. Но по-прежнему никто не окликнул меня, только провожали взглядами. Недоверие витало в воздухе. В этих краях мало кто кому доверял. Среди людей не было открытости и непосредственности. Здесь уже были семена зла, но скоро ли они прорастут? Но пока их жизнь была счастливой, зло еще не правило в этих краях.
В лесу я увидел охотников, они выслеживали зверей. Отряд из десяти человек охотился за раненым оленем. Животные убегали от человека едва завидев, здесь уже не чувствовалось величие природы, у нее был новый хозяин – человек. Но знал ли он, как быть хозяином природы. И куда это его может привести. Ведал ли он, что он сам дитя природы, и нельзя ему идти против своей матери.
Только через несколько дней пути по дремучему лесу с высокими многовековыми деревьями я почувствовал зверей и птиц, они без страха и с любопытством смотрели на меня. Солнце почти не проникало сквозь листву, прохладная тишина почти никем не нарушалась. Здесь я немного задержался, меня привлекала тишина леса, его величие. Дремучий лес, который мне так понравился, подпитывал меня какой-то легкой энергией, едва уловимой. И я с великим сожалением вышел из него.
Открытая местность и луга встретили меня солнечным водопадом. Вдали я увидел широкую реку, противоположного берега я не видел. Я решил идти вниз по течению. Около ее берегов должны жить люди. Пока я шел, я ни о чем не думал. И только потом что-то остановило меня еще в одном лесу.
Остановка в лесу была для меня необходимостью, мне нужно было немного освоиться в этом мире. В священных пещерах все моё мировосприятие было другим, после встречи с людьми во мне что-то изменилось, и пришли новые знания. Мне нужно было время, чтобы все усвоить. И теперь на пути к людям у меня был новый опыт и знания, которое я мог применить.