На часах — десять утра, так что, если, как она предполагала, Вик провел субботнюю ночь с Жозефиной, значит, еще не успел добраться до дома.
При мысли о Вике в объятиях экс-мадам Редфорд Лейси стиснула зубы. И все же это больше похоже на правду, чем картина «Вик Донован в церкви». Сама Лейси сходила к ранней мессе в ближайшую церковь Святой Марии, чтобы поставить свечку в благодарность за чудесное избавление. И еще одну — за то, что удалось сохранить большую часть волос. И третью — чтобы быть готовой к новым сюрпризам.
Она набрала номер и услышала злобное рычание:
— Да!
Лейси уже хотела повесить трубку, как он снова прорычал:
— Поговори со мной, Лейси!
— Черт, у тебя определитель номера! Ничего себе!
— Разумеется, определитель! А ты чего ожидала? — раздраженно осведомился он.
Лейси ненавидела определители, считая их ненужной роскошью.
— Я просто решила перезвонить.
— Вижу. Ты не слишком торопишься.
— Я? Но ты так и не удосужился привезти снимки. Да и зачем спешить, если ты весь уик-энд развлекался в обществе прекрасно сохранившейся миссис Редфорд.
— Мы не развлекались, а работали.
— Ну разумеется, — промурлыкала Лейси. — Что же еще?
— Откуда ты узнала?
— Стелла — певчая птичка, горой стоящая за равные возможности, — усмехнулась она. — Кроме того, ты позвонил, только чтобы наорать на меня.
— И если бы мог задать тебе трепку по телефону, не упустил бы случая. Две женщины мертвы, а ты приглашаешь маньяка звонить в любое время! Неужели жизнь и без того не достаточно опасна?
— И тут ты прав.
Лейси, едва сдерживая слезы, поскорее глотнула воздуха. Следовало бы бросить трубку.
Черт тебя побери, ты не дождешься моих слез!
— А как насчет снимков?
— Они у меня.
— И что там?
Вик уловил нотку отчаяния в ее голосе.
— Что ты от меня скрываешь, Лейси?
Чтоб тебе провалиться!
— Лейси!
— Я собиралась сказать, что твой дружок Бойд Редфорд потребовал, чтобы я больше не писала о «Стайлиттос».
Пообещал, что я за это заплачу. Угрожал мне. В пятницу. После работы, — выпалила она и осеклась. Будь она проклята, если выложит Вику правду о случившемся в Дайк-Марш.
— Нам нужно встретиться и поговорить, — решил Вик.
— Привези снимки.
— Не могу. Я оставил их у эксперта.
Немного поспорив, они договорились о ленче и поездке на стрельбище, где Вик пообещал дать ей урок самообороны. Такова была его идея, вернее, требование в обмен на согласие дать информацию.
Лейси предположила, что на стрельбище будет грязно, и поэтому оделась в слаксы цвета хаки и куртку в стиле сафари. Мотивы джунглей придавали ей боевой настрой, и к тому же она устала от черного прикида взломщицы. В полдень заехал Вик на джипе, и под его долгим пристальным взглядом Лейси пробрал озноб. Лицо его помрачнело, но голос оставался спокойным:
— Что случилось с твоими волосами?
— Тебе не нравится?
Вик поморщился.
— Стелла немного их подправила, вот и все. В пятницу вечером.
— Стелла в пятницу вечером не работала.
— Моя стилистка приезжает по вызову. Как, впрочем, и твоя.
Вик ударил по тормозам, свернул к обочине и, выключив зажигание, поставил машину на ручной тормоз.
— Черт возьми, Лейси, что стряслось?
До этой минуты она никогда не видела его по-настоящему рассерженным. Его глаза, казалось, прожигали в ней дыры.
— Я... то есть он... В Дайк-Марш. Неприятная история. Похититель волос... решил получить от меня небольшой сувенир.
— Он отрезал тебе волосы?
Лейси кивнула. Вик протянул руку и коснулся вихра. Лейси пробрал озноб, но она довольно быстро пришла в себя.
Донован хотел знать все: время, место, имя полисмена из парка, породу собаки, спугнувшей убийцу, направление ветра, цвет грязи. Потом потребовал рассказать все с самого начала. Она также выложила историю с присланной прядью волос и зловещим посланием.
— И ты ничего не сказала ни мне, ни полиции?
— Полиция устранилась отдела, а ты ничего знать не хотел. Помнишь? Это было названо самоубийством.
В ответ Вик прочел целую лекцию о том, как опасно подстрекать безумцев к опрометчивым поступкам.
— Мы не в суде, Вик, — отрезала она, отказываясь взглянуть на него. И только потом спросила себя, почему сидит и все терпит вместо того, чтобы вылезти из проклятого джипа, хлопнуть дверцей и навсегда уйти из его жизни. Скорее всего потому, что он наверняка догнал бы ее, прижал к стене и заставил выслушать его разглагольствования.
— Пойми, Лейси, большей глупости ты сделать не могла! — горячился он, и только немного успокоившись, снова включил зажигание.
— А я думала, тебе все равно, — ответила она.
Дальнейший путь они проделали в молчании. Лейси подозревала, что Вик просто не смог найти достаточно ярких слов, чтобы передать всю меру своего гнева. Губы Вика были плотно сжаты. Радио во всю мочь выдавало музыку кантри. Погубленная любовь, неверные женщины, старые надежные американские грузовики...
Он привез ее в «Аниту», мексиканский ресторан недалеко от стрельбища в округе Фэрфакс. Наконец настала его очередь исповедоваться. Но вряд ли что-то из сказанного годилось для публикации.
— Редфорд действительно напуган и сбит с толку так называемыми самоубийствами. Кроме того, прошлой ночью в его дом кто-то вломился.
Лейси едва не подавилась.
— В самом деле?
— Он не знает, что у него искали.
— Подозреваемые имеются?
Вик пожал плечами:
— В последнее время Редфорд буквально умирает от страха. Сказал, что сменил все замки в доме. Ему следовало бы поручить это мне. Я заодно сменил бы и код сигнализации. Но вроде бы ничего не пропало. Правда, тот, кто это сделал, перевернул вверх дном весь кабинет.
— Мне нужно потолковать с ним и выяснить отношения. Не позволю, чтобы мне угрожали.
— Не стоит принимать его угрозы всерьез.
— Тебя там не было. Я должна поговорить с ним. И поскорее.
— Погоди!
— Я не шучу, Вик.
— В таком случае я иду с тобой.
— Ты не доверяешь ему?
— А может, тебе?
— Очень смешно.
Вик не задержался за столом. И стал требовать, чтобы она научилась стрелять. Для самообороны. Лейси отбивалась, возражая, что у нее нет оружия, а если бы и было, его все равно носить нельзя, поскольку пистолеты в ОК запрещены, хотя имелись у всех уличных мальчишек. Будь у Лейси пистолет, она не могла бы класть его в сумочку, потому что не имела разрешения. Вик немедленно потребовал, чтобы она заполнила форму на получение такового.
— В Виргинии, — указал он, — право носить оружие считается одним из самых важных прав, и разрешения выдаются любому гражданину, умеющему стрелять. Так что дело за малым.
Вик даже не счел нужным напомнить, что на нее уже напали. Самое малое, что она может сделать, — защитить себя в собственном доме. И хотя все было понятно без слов, добавил, что слизняк знает, где ее найти. Выследил же он ее в Дайк-Марш.
Лейси спросила о пистолетах с резиновыми пулями, но Вик презрительно фыркнул. Неужели она рискнет подпустить убийцу так близко? Тогда она заявила, что это должен быть дамский пистолет, маленький, удобный и симпатичный.
— Только если обещаешь носить его за подвязкой, Анни Оукли[38]!
Стрельбище находилось в большом безликом складском комплексе, в пригородных дебрях округа Фэрфакс. Тут же имелся магазин по продаже пистолетов, ружей и амуниции. В воздухе чувствовался запах пороха, напомнивший Лейси о фейерверках.
Они подписали обязательство соблюдать технику безопасности, оплатили время и лишнюю коробку патронов тридцать восьмого калибра и остановились у двери стрельбища.
Вик открыл черную кожаную сумку и вытащил наушники и козырьки для глаз. Без них на стрельбище не допускали. У него нашелся дополнительный комплект для Лейси.
— Вижу, ты запасливый! И сколько еще женщин ты сюда привозил?