Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Из-за усталости и эмоционального замешательства я забыл взять пистолет. Он остался под передним сиденьем «Мерседеса».

Пистолет принадлежал жене одного священника в Магик-Бич. Ее муж, преподобный, застрелил жену, прежде чем она успела застрелить его. В их конкретной версии христианства, истинно верующие слишком нетерпеливы, чтобы ждать, когда молитва разрешит их проблемы.

Я распахиваю дверь ванной и включаю свет. Гудение усиливается, но вновь за моей спиной.

Повернувшись, я вижу, что Бу вернулся, но он меня не интересует. Мое внимание приковано к объекту, который зачаровал и собаку: что-то быстрое и прозрачное, видимое только потому, что искажает предметы, находящиеся позади, пересекает нишу, выходит в гостиную, кажется, прыгает в телевизионный экран и исчезает.

Объект такой быстрый и бесформенный, что я уже думаю, а не причудился ли он мне, да только по фильму о дикой природе расходятся концентрические круги, словно вертикальный экран – горизонтальный пруд, в который бросили камень.

Несколько раз моргнув, я задаюсь вопросом, видел ли я все это или у меня проблемы со зрением. Феномен постепенно сходит на нет, на экране вновь четкая и устойчивая картинка.

Это был не призрак. Когда я вижу призраков, они полностью повторяют облик когда-то жившего человека и не могут двигаться так быстро, что за ними не уследить глазу.

Мертвые не говорят и не издают никаких звуков. Ни тебе звяканья кандалов, ни тебе зловещих шагов. Они невесомы, так что ступени под ними не скрипят. И уж конечно, не могут они дергать за басовые струны арфы.

Я смотрю на Бу.

Бу смотрит на меня. Не виляет хвостом.

Глава 2

Теперь сна у меня ни в одном глазу.

Сон с деревом и пантерой длился менее пяти минут. Я по-прежнему страдаю от недосыпания, но в данный момент бодр, как солдат в окопе, знающий, что наступление врага может начаться в любой момент.

Оставив свет включенным, чтобы не возвращаться в темный коттедж, я выхожу за порог, запираю дверь и достаю пистолет из-под переднего пассажирского сиденья «Мерседеса».

На мне футболка и свитер, и я засовываю пистолет между ними, под ремень, на поясницу. Это не идеальный способ для ношения оружия, но кобуры у меня нет. И в прошлом, придерживаясь этого способа, я ни разу случайно не прострелил себе ягодицу.

Хотя я не люблю оружие и обычно не ношу его с собой, и меня мутит от убийства даже самых худших людей при самозащите или спасении невинных, я не настолько фанатичный противник оружия, чтобы позволить кому-то убить меня – или наблюдать, как кого-то убивают, – но не пустить его в ход самому.

Бу материализуется рядом со мной.

Он – единственная душа животного, которую я когда-нибудь видел. Невинный, он, естественно, не боится того, что может увидеть на Другой стороне. Хотя он эфемерный и не может укусить плохиша, я уверен, он остается здесь по одной причине: придет момент, когда он станет для меня Лесси и не позволит мне упасть в заброшенный колодец или спасет от другой беды.

Грустно, но большинство нынешних детей не знает Лесси. Средства массовой информации ориентируют их на Марли[2], который едва ли станет спасать детей из колодца или горящего амбара. Скорее облает их, а возможно, еще и сам подожжет амбар.

Подавленность, которая не отпускала меня после недавних событий в Магик-Бич, похоже, ушла. Странное дело, ничто так быстро не возвращает здравый смысл и способность мыслить логично, как встреча с чем-то, несомненно, сверхъестественным.

На подсвеченных ветвях деревьев легкое дуновение ночи заставляет листья дрожать, словно предчувствуя приближение зла. Дрожащие рисунки света и тени вокруг меня создают иллюзию, будто земля колеблется под ногами.

В выстроившихся по дуге коттеджах свет горит в окнах только двух, Аннамарии и моем, хотя здесь припаркованы еще пять автомобилей. Если эти гости «Уголка гармонии» спят, возможно, тайный читатель роется в их памяти и ищет… Ищет что? Просто хочет познакомиться?

Читатель – кем бы или чем бы он ни был – хотел чего-то большего, чем просто узнать меня. Так же, как та антилопа в документальном фильме, которой пантера будет кормиться несколько дней, я – добыча. Возможно, есть меня не собирались, но как-то использовать – наверняка.

Я смотрю на Бу. Бу смотрит на меня. Потом на освещенные окна коттеджа Аннамарии.

Подойдя к коттеджу номер шесть, я легонько стучу в дверь, и она распахивается, потому что не закрыта на защелку. Я захожу и вижу Аннамарию, сидящую на стуле у маленького столика.

Она взяла из корзины яблоко, почистила, разрезала на дольки и делится им с Рафаэлем. Сидя у ее стула, золотистый ретривер только что схрумкал очередную дольку и теперь довольно облизывается.

Рафаэль смотрит на Бу и виляет хвостом, радуясь тому, что не придется делиться своей долей с собакой-призраком. Все собаки видят задержавшиеся в этом мире души. Истинная природа мира для них не такая тайна, как для большинства людей.

– Не случилось ничего неожиданного? – спрашиваю я Аннамарию.

– Так неожиданное всегда и случается, – отвечает она.

– К тебе не заглядывал… какой-нибудь гость?

– Только ты. Хочешь яблока, Одди?

– Нет, мэм. Я думаю, тебе грозит опасность.

– Из тех многих людей, которые хотят меня убить, в «Уголке гармонии» нет ни одного.

– Откуда такая уверенность?

Она пожимает плечами.

– Здесь никто не знает, кто я.

– Я тоже не знаю, кто ты.

– Вот видишь? – Она дает Рафаэлю новую дольку.

– Какое-то время меня не будет в соседнем коттедже.

– Хорошо.

– Если ты вдруг закричишь.

На ее лице удивление.

– С чего мне кричать? Я никогда не кричала.

– Никогда в жизни?

– Человек кричит от неожиданности или когда напуган.

– Ты говорила, какие-то люди хотят тебя убить.

– Но я их не боюсь. Делай, что должен. Со мной все будет хорошо.

– Может, тебе лучше пойти со мной.

– Куда ты собираешься?

– Поброжу по округе.

– Лучше я останусь здесь, а ты поброди без меня.

Я смотрю на Рафаэля. Рафаэль – на Бу. Бу – на меня.

– Мэм, вы спрашивали, умру ли я за вас, и я ответил «да».

– Это было так мило с твоей стороны. Но тебе не придется умереть за меня сегодня. Не надо так торопиться.

В свое время я думал, что в Пико Мундо эксцентричных людей больше, чем где бы то ни было. Но теперь, попутешествовав, я знаю, что эксцентричность – неотъемлемая черта человечества.

– Мэм, возможно, спать опасно.

– Тогда я не буду спать.

– Принести тебе черного кофе из столовой?

– Зачем?

– Чтобы помочь не заснуть.

– Как я понимаю, ты спишь, когда тебе это требуется. Но дело в том, молодой человек, что я сплю, только когда этого хочу.

– И как это у тебя получается?

– Превосходно.

– Ты не хочешь знать, почему спать опасно?

– Потому что я могу свалиться с кровати? Одди, я понимаю, что твое предупреждение обосновано, и спать не стану. А теперь иди, куда должен.

– Хочу разнюхать, что к чему.

– Тогда разнюхивай, разнюхивай, – и она несколько раз втягивает воздух носом.

Я покидаю ее коттедж и закрываю за собой дверь.

Бу уже идет к ресторану. Я следую за ним.

Он тает, как легкий туман под солнечными лучами.

Я не знаю, куда он идет, когда дематериализуется. Возможно, собака-призрак может путешествовать на Другую сторону и обратно, когда ей вздумается. Я никогда не изучал теологию.

Для последнего дня января ночь на побережье в центральной части Калифорнии теплая. И спокойная. Воздух приятно пахнет морем. Тем не менее чувство нависающей опасности очень велико. Если земля разверзнется у моих ног и поглотит меня, я не удивлюсь.

Большие мотыльки облаком облепляют неоновую вывеску на крыше ресторана. Наверное, они белые, потому что становятся полностью синими или полностью красными, в зависимости от того, рядом с какой неоновой трубкой находятся. Летучие мыши, темные, не меняющие цвет, кружат чуть выше, кормятся этим ярким облаком.

вернуться

2

Марли/Marley – лабрадор-ретривер, герой документальной книги американского журналиста Джона Гроугэна/ John Grogan, опубликованной в 2005 г.

4
{"b":"187106","o":1}