— Я доверяю ему. Конечно, не все в его силах; и многое будет зависеть от того, насколько близко мы подберемся к поверхности.

— Я ему тоже верю, Элис. Он из тех людей, которые всегда все делают правильно.

«Забавно», — подумала Элис. То же самое ей говорил один человек и о Карле, когда она выздоравливала на «Токиане».

— Это, конечно, очень деликатная сфера,

— чуть замявшись, вдруг произнес Карл, — но нам нужно подумать о том, как перебросить ресурсы из скафандра Дарена в наши собственные.

— Но он еще даже не остыл, — запротестовала Люси, больше удивленная, чем возмущенная.

— Знаю, но мы скоро можем оказаться в такой ситуации, что… Понимаете, сейчас, похоже, затишье перед бурей.

— А нужны ли нам вообще его ресурсы? — спросил Роберт. — Если мы не выберемся отсюда до того, как израсходуем собственные, то боюсь, его ресурсы нам уже не понадобятся.

— Случиться может всякое, — убеждал Карл.

— Смотрите, как бы вам не пришлось пожалеть.

— Тогда делайте, что хотите.

Никто больше не сказал ни слова. Все знали, что если с Карлом что-нибудь случится, его запасами воздуха, воды, пищи и энергии смогут воспользоваться и они.

Карл вынул из своего рукава двойной кабель и подсоединил его к рукаву Дарена. На скафандре Карла замигали индикаторы, на забрале заработал дисплей, показывая, что установилась двусторонняя связь. К Карлу в скафандр стали переходить ресурсы из скафандра Дарена, а в противоположном направлении устремилось то, что уже не могло быть регенерировано и являлось всего лишь ненужным балластом. По окончании процедуры Карл отсоединил конец кабеля и вновь спрятал его в специальном отсеке на своем рукаве.

Погасли индикаторы на скафандре Дарена. Погасла лампа на его шлеме. Угасла и его жизнь.

«Боже, какое неподходящее место для смерти, — думала Элис. — Скоро тело Дарена превратится в ледышку с температурой чуть выше абсолютного нуля. Вряд ли нам удастся поднять его на поверхность, и Дарен так и останется здесь, в недрах Канталупы».

— А что это все-таки были за змеи? — неожиданно спросила Люси, словно не хотела мириться ни с трагической тишиной, ни с фактом смерти еще одного товарища. — Не они ли жители Канталупы? Может, мы окончательно разозлили их не только своим вторжением, но и убийством их соплеменников?

— Полно вам, — насмешливо произнес Роберт. — Это всего лишь безмозглые твари.

— Спасибо за ваше тонкое наблюдение, — съехидничала Элис. — Я и не знала, что вы такой большой специалист по внеземным существам. Если вы знаете так много, то не окажете ли нам честь поведать, где находимся мы, а где — настоящий экипаж Канталупы?

— Откуда же мне знать?

Выслушав со стороны Люси еще пару едких замечаний, Роберт добавил:

— Канталупа — огромный объект. Если даже местные жители еще живы и заметили нас, то пройдет очень много времени, прежде чем они смогут до нас добраться. А возможно, они сейчас просто в бесчувственном состоянии и даже не знают, что здесь что-то изменилось.

— А змеи?

— Думаю, что это элементы защитного механизма. Если конструкторы заложили в Канталупу способность к самовосстановлению, то должны же быть в ее организме своеобразные фагоциты, макрофаги и антитела.

— Значит, по-вашему, мы здесь вроде вирусов или инородных тел? — без всякой усмешки спросил Карл.

— Совершенно верно, — облегченно вздохнув, ответил Роберт.

Элис давно заметила, что доктор не любит нападок, особенно со стороны женщин.

— В человеческом организме, — продолжал лекцию Роберт, — несколько защитных барьеров. Тромбоциты, например, отвечают за свертываемость крови. Лимфоциты и лейкоциты «нападают» на незваных гостей. Если необходимо, организм поднимает свою температуру и давление крови. Рвота позволяет избавиться от потенциальных ядов. Слезы очищают глаза и удаляют с них инородные предметы. Ну, а почки и печень — лучшие фильтры.

Элис дослушала Роберта с трудом. Сведения, которые он выдавал, никак не вязались с трагической круговертью последних суток.

— Хорошо, — согласился Карл. — Я, пожалуй, приму идею, что эти твари — часть защитного механизма. А кто поручится, что сейчас мы не находимся внутри еще какого-нибудь механизма? А может, нас везут к «почкам» Канталупы? Вот там-то нас и отфильтруют по полной программе.

— Может, к «почкам», а может, и к «заднему проходу», — бесшабашно рассмеялась Люси.

Юмор коллег также был далек от душевного состояния Элис.

— Вообще-то, — продолжил Карл, — я нутром чувствую, что конура, где мы оказались, вовсе не для защиты. Хотя я, может, и ошибаюсь.

Неожиданно стены сферы «ожили» и на короткое время на них образовались выпуклости и вмятины. Однако через несколько минут все исчезло.

— Я готова принять гипотезу о защитных механизмах, — сказала Люси, когда все успокоилось. — В конце концов, эта теория абсолютно правдоподобна. Но не кажется ли вам, что эти твари, скорее всего, некие паразиты?

— Может быть. Во всяком случае, они здесь чувствуют себя как дома, — сказал Карл и сменил тему: — Что-то мы долго спускаемся. Мне это не нравится.

— Все, что ни делается, все к лучшему, — успокаивала себя и других Элис. — Теперь мы всецело в руках судьбы. Возвращение назад пока невозможно. Вот если бы мы нарвались на местный центр управления или узнали бы больше о Канталупе, тогда, возможно, и нашли бы безопасный путь наверх.

— Можно ли этого добиться за пару дней? — засомневалась Люси.

— По крайней мере, это реалистичней, чем буравить себе тоннель на поверхность. Да и чем? Ножами? Сейчас мы на глубине в несколько километров. Даже если бы мы рыли со скоростью метр в минуту, что само по себе из области фантастики, то нам потребовались бы сутки.

— Что же нам теперь делать? Поднять кверху лапки? — возмутился Роберт.

— Будем реалистами, доктор.

— Она права, — заступился за Элис Карл. — Теперь нас могут спасти лишь случай, везение да знание.

Наступило тягостное молчание. Все уставились на безжизненное тело Дарена. Элис по-прежнему чувствовала свою вину за его смерть. Она приняла питательную таблетку, запила ее глотком воды и проверила энергозаполненность скафандра. Все четверо благоразумно держали мысли при себе. Наконец окружающее однообразие надоело Элис, и она закрыла глаза.

— Что происходит? — вдруг испуганно спросила Люси.

Элис почувствовала, как задрожали стены сферического убежища. Вскоре невидимой силой всех сорвало с мест и прижало к полу. Перед глазами землян, кроме Элис, поплыли радужные круги.

— Мы замедляем ход, — с трудом произнес Карл. — Похоже, мы прибыли на место назначения.

Сфера остановилась, но не прекратила вращаться. Вновь всех землян снесло к стенам и словно пригвоздило к ним. Вскоре прекратилось и вращение.

— Кажется, все, — прокомментировал Карл, освободившийся от пут центробежной силы.

Вернулось полузабытое чувство легкости в движениях. Тотчас же, не сговариваясь, земляне собрались у тела Дарена.

— Вы готовы идти? — спросила Элис.

Никто не ответил отрицательно. Тогда Элис подошла к стене и дотронулась до того места, где находилась «воронка», через которую они проникли в спасительную сферу.

Стена пришла в движение, и вскоре Элис нырнула в образовавшееся отверстие. Оглядевшись, она увидела перед собой большое пространство, освещенное слабым голубовато-зеленым сиянием.

Оказалось, что сфера опустилась на большой выступ, нависший над глубокой пропастью. Противоположная стена, до которой было метров тридцать, уходила высоко вверх, теряясь в темноте. Глубину ущелья также определить было невозможно, но оступиться и улететь в эту бездну, даже при низком тяготении, значило бы верную смерть.

— Давайте перенесем сюда тело Дарена, — предложила Элис.

Вскоре тело несчастного юноши было бережно положено на уступ.

— Навигационный прибор показал, что мы находимся на глубине двенадцати километров и в трех километрах в сторону от темного пятна.