Литмир - Электронная Библиотека

Русский Ворников и немец Шварц экспериментировали с более высокими формами жизни и произвели химер – кошмарные существа, которых вынуждены были уничтожить – и немедленно.

Если Руо и другие проделали все это – а они это проделали, Грейдон знал, – разве невозможно, чтобы еще более великие ученые не разбудили спящие в человеке жизненные формы и произвели существа, подобные этому алому? Человек-паук!

Сама природа намекает на возможность этого. Природа время от времени производит уродов – людей с отчетливыми признаками животных, внутренними и даже внешними приметами зверя, рыбы или даже ракообразного. Дети с жаберными щелями на горле; дети с хвостами; дети, поросшие шерстью. Зародыш человека проходит через все стадии от первобытной протоплазмы, сжав весь процесс эволюции в менее чем год.

Может, для живущих в Ю-Атланчи тигель, формирующий жизнь, не содержит никаких тайн? Они черпают в нем любые формы, какие захотят.

Ткацкий станок – мертвая машины, и пальцы человека справляются с ним неуклюже. Паук – одновременно и станок, и ремесленник, он действует увереннее и изысканнее, чем любая машина, управляемая человеком. Человек-машина вполне может соперничать с изяществом и тонкостью паутины.

Перед Грейдоном мелькнуло видение мира, полного гротескными, чудовищными существами: люди-пауки ткут огромные ткани своими иголкообразными пальцами, люди-кроты прорывают для своих создателей подземные ходы, люди-амфибии работают под водой – фантасмагория человечества, еще во чреве искусно сплетенного с машинами.

Дрожа, он постарался уйти от этого кошмарного видения.

5. ТРУБЫ ЭЛЬФОВ

Солнце уже было на полпути к закату, когда они подошли к концу овальной равнины. Здесь от противоположной скалы отходил выступ, почти смыкавшийся с той стеной, по которой они двигались. Они углубились в узкий проход и в полутьме шли по ровной поверхности скалы; тропа шла вверх, хотя и не круто. Солнце скрылось за западными вершинами и спускалась тьма, когда они вышли из прохода.

Они стояли на краю небольшого болота. Слева от них продолжалась изогнутая скала. Место скорее походило не на болото, а на равнину с избытком влаги. Она была покрыта чистым белым песком. Повсюду виднелись круглые холмы, будто сглаженные ветром. На склонах этих холмов росла редкая жесткая трава. Холмы, высотой в сто футов, располагались со странной регулярностью, как могильные насыпи на кладбище гигантов. Вся эта пустошь занимала около пяти акров. Ее окружал лес. Грейдон слышал журчание ручья.

Суарра провела их по песку, пока они не добрались до центрального холма.

– Здесь вы переночуете, – сказала она. – Вода рядом. Можете разжечь костер, спите без страха. На рассвете мы пойдем дальше.

Вместе с одетым в плащ спутником она перешла на ближайший холм. Белая лама пошла за ней. Грейдон ожидал, что Сомс остановит ее, но он этого не сделал. Напротив, он сделал какой-то знак Старрету и Данкре. Грейдону показалось, что они довольны отсутствием девушки в их лагере, что они приветствовали разделявшее их расстояние.

И их обращение с ним изменилось. Они опять вели себя по-товарищески.

– Не напоите ли животных? – спросил Сомс. – А мы пока разведем костер и приготовим ужин.

Грейдон кивнул и отвел осликов к ручью. Они напились, и, ведя их назад, Грейдон посмотрел на холм, куда ушла Суарра. У его подножия стояла маленькая квадратная палатка, блестевшая, как шелковая. Рядом паслась стреноженная лама. Корзины, сплетенные из золотых лент, висели у нее по бокам. Ни Суарры, ни ее спутника не было видно. Вероятно, они в палатке.

На их холме трещал костер, ужин уже был готов. Когда Грейдон подошел, Старрет ткнул пальцем в маленькую палатку.

– Достала ее из корзины, – сказал он. – Похоже на сложенный зонтик, и раскрывается так же. Кто бы мог подумать, что здесь, в дикой местности, встретится такое?

– Там в корзинах еще много такого, что нам не мешает посмотреть, – прошептал Данкре.

– Еще бы, – согласился Сомс. – Того, что мы уже видели, нам хватило бы на всю жизнь. А, Грейдон?

– Она пообещала гораздо больше, – ответил Грейдон, встревоженный этим намеком уроженца Новой Англии.

– Да, – согласился Сомс, – да, вы правы. Ну, ладно, давайте есть.

Они вчетвером сели у костра, как сидели много раз до его схватки со Старретом. И, к удивлению Грейдона, они ни словом не упомянули о трагедии на равнине, избегали упоминаний о ней, быстро сменяли тему, когда Грейдон дважды, чтобы убедиться, вспомнил о ней. Они говорили только о сокровищах и о том, что можно будет сделать с ними, когда они вернутся в свой мир. Предмет за предметом обсуждали то, что видели в корзинах Суарры; обсуждали драгоценности Суарры и их цену. Как будто нарочно старались заразить его своей алчностью.

– Дьявол! Да с одними этими изумрудами нам не о чем беспокоиться! – раз за разом повторял Старрет с вариантами.

Грейдон слушал с растущей тревогой. Что-то крылось за этим уклонением от разговора об алом существе и преследовавших его динозаврах, в этих постоянных упоминаниях о добыче, находящейся рядом, о том, что принесет им эта добыча.

И вдруг он понял, что они боятся, что с алчностью в них борется страх перед неизвестным. И поэтому они вдвойне опасны. Что-то скрывается в сознании этих троих, а разговоры о сокровищах – только предисловие.

Наконец Сомс взглянул на часы.

– Почти восемь, – неожиданно сказал он. – Светает в пять. Пора поговорить начистоту. Грейдон, садитесь ближе.

Они прижались друг к другу под укрытием холма. Отсюда палатка Суарры не видна, но и их не видят наблюдатели из этого шелкового павильона.

– Грейдон, – начал уроженец Новой Англии, – мы приняли кое-какие решения. Поступим иначе. Мы рады забыть прошлое. Здесь нас четверо белых против бог его знает чего. Белые должны держаться вместе. Разве не так?

Грейдон выжидательно кивнул.

– Ну, хорошо, – сказал Сомс. – Вот какова ситуация. Не отрицаю, что виденное сегодня вызывает дрожь. У нас нет снаряжения, чтобы противостоять этой своре шипящих дьяволов. Но ведь мы можем вернуться с достаточным снаряжением. Вы поняли?

Грейдон снова кивнул, готовясь к встрече с тем, чего он ожидал.

– На этой ламе и на девушке достаточно ценностей для нас всех, – продолжал Сомс. – Тем более достаточно для снаряжения небольшой экспедиции за сокровищами. И вот что мы намерены сделать, Грейдон. Взять корзины со всем их содержимым. Снять драгоценности с девчонки. Уйти, а потом вернуться. Отберем небольшой отряд надежных парней. Мы четверо возьмем половину найденного, другую половину отдадим остальным. Эти шипящие дьяволы не устоят против пулемета или нескольких бомб, сброшенных с самолета. А когда дым рассеется, мы соберем добычу, вернемся и будем сидеть на самом верху. Что скажете?

Грейдон пытался выиграть время.

– А как вы возьмете вещи сейчас? – спросил он. – И если возьмете, как сможете уйти с ними?

– Легко, – Сомс придвинулся ближе. – Мы все обдумали. В палатке только девчонка и старик. Они не следят за нами, мы уверены. Ладно, если вы с нами, мы все обделаем. Данкре и Старрет займутся стариком. Никакой стрельбы. Только нож в ребра. Мы с вами занимаемся девушкой. Мы ей не повредим. Только свяжем и заткнем рот. Упакуем вещи и уйдем.

– Куда уйдем? – спросил Грейдон. Он придвинулся к Данкре, готовый выхватить его пистолет.

– Уйдем, черт побери! – сказал Сомс. – Мы со Старретом приметили вершину на западе, которую видели на пути сюда. Как только доберемся до нее, я буду знать, где мы. Идя налегке и всю ночь, к утру мы будем уже далеко отсюда. Лес не густой, и сейчас полнолуние.

Грейдон осторожно протянул руку и коснулся кармана Данкре. Пистолет все еще там. Но прежде чем сделать отчаянную попытку, он попытается обратиться к их страху.

– Вы забыли об одном, Сомс, – сказал он. – Нас будут преследовать. Что мы сможем поделать, если по нашему следу пустят этих чудовищ? Да они нас тут же догонят. Мы не сможем уйти от них.

9
{"b":"180785","o":1}