Всем — европейской войны в ближайшем будущем. — Вданном случае напрашивается сопоставление слов и мысли Достоевского с «изречением» канцлера Бисмарка, процитированным в русской печати незадолго перед началом работы писателя над сентябрьским (1877 г.) выпуском своего «Дневника»: «Венский корреспондент „Пештского Ллойда» сообщает, между прочим, следующее достоверное будто бы изречение князя Бисмарка: „Или еще до наступления зимы мы будем иметь русско-турецкий мир, или непосредственно после нынешней войны всеобщую войну» (Моск. ведомости. 1877. 12 сент. № 226. Отд. «Последняя почта»).

…недавно еще серьезно обращали внимание на мнение компетентных англичан( речь Нордскота) , что можно еще до зимы замирить, — Стаффорд Генри Норскот (Northcote), граф Иддесли (1818–1887) — канцлер казначейства в правительстве Биконсфилда и лидер Палаты общин (с 1876 г.). Достоевский имеет в виду его речь «пред торговою палатой в Экзетере» (Моск. ведомости. 1877 29 сент. № 241). В ней обращалось внимание на якобы появившуюся возможность мирного урегулирования конфликта между Россией и Турцией. Автор «Ежедневного обозрения» в газете «Новое время» интерпретировал это выступление как очередной акт назойливого посредничества между Турцией и Россией в интересах английской промышленности и торговли и при полном невнимании к «внутреннему содержанию войны». В обозрении отмечалось, что часть английской печати — «Times» и «Daily news» — «одинаково пренебрежительно отзывается об этих попытках своих государственных людей», а «германская политика даже выступает резко против их воззрений». В своей полемике с английскими государственными деятелями автор «Ежедневного обозрения» констатировал: «Дальнейшее сожительство турок с христианами на Балканском полуострове невозможно» (Нов. время. 1877. 28 сент. (10 окт.). № 669).

Как видно из контекста комментируемого отрывка «Дневника писателя», помимо Норскота, Достоевский подразумевал и других «компетентных англичан», ратовавших за урегулирование Восточного вопроса «в интересах английской промышленности и торговли». Эти англичане — публицисты из английской «туркофильской» газеты «Standard», о которой «Московские ведомости» писали незадолго до произнесения Норскотом его речи: «„Standard“» <…> и теперь еще не решается отказаться от надежды, что „до наступления зимы Россия может согласиться на компромисс“, потому что, по мнению английской „Standard“, невероятно, чтобы другой подобный шанс представился весной» (Моск. ведомости. 1877. 22 сент. № 235).

…кто в целом мире~ это дело почти на другой же день, как началось оно… — Генеральные штаты — собрание представителей трех сословий (дворянства, духовенства и буржуазии) были созваны 5 мая 1789 г. Далее Достоевский хочет сказать, что революция 1789 г. развивалась в интересах буржуазии.

…великие древние рыцари, начиная с Амадиса Галльского… — Амадис Галльский — один из наиболее почитаемых Дон Кихотом героев рыцарских романов.

…для приобретения коих Дон-Кихот не пожалел своего маленького поместья… — См. гл. 1 романа Сервантеса, в которой говорится о том, что увлечение Дон Кихота рыцарскими романами «дошло до того, что он, не задумываясь, продал порядочный кусок пахотной земли, чтобы накупить себе рыцарских книг».

—  Я разрешил это недоумение, друг мой Санхо~ целые-армии этих злых арапов и других чудищ… — Весь этот отрывок — не цитата из «Дон-Кихота». На отсутствие этого эпизода в романе Сервантеса впервые указал в 1953 г. испанский литературовед Мальдонадо де Гевара. См. об этом: Багно В. Е.Достоевский о «Дон-Кихоте» Сервантеса // Достоевский: Материалы и исследования. Л., 1978 Т. 3. С. 126–135. В этой же статье (см. с. 134–135) настоящая глава «Дневника писателя» (§ 1 «Ложь ложью спасается») анализируется в связи с содержанием параграфа «Меттернихи и Дон-Кихот», вошедшего в главу первую февральского выпуска «Дневника писателя» за 1877 г. Об отношении Достоевского к герою романа Сервантеса как литературному прообразу князя Мышкина см. в комментариях к роману «Идиот». Имя Санхо вместо общепринятого и более правильного Санчо было употреблено в русских переводах «Дон-Кихота», выполненных Н. Осиповым (1791 и 1812) и В.Жуковским (1804–1806 и 1815).

…теперь, с тех пор, как Турция в войне с Россиею, мало-помалу укрепилось и установилось~ убеждение, что нация обладает свойством развития и дальнейшего прогресса. — Подразумеваются, возможно, в числе многих других следующие характеристики антирусских настроений в западноевропейской печати, прокомментированные газетой «Московские ведомости» (1877. 10 авг. № 198. Передовая «Москва, 9 августа»): «Мобилизация гвардии, а затем и призыв под знамена части первого разряда ополчения — как раз после дела при Плевне — вызвали сумасшедшие ликования в легионе русофобских газет Европы, особенно Австро-Венгрии. По мнению этих башибузуков, Россия уже вынуждена теперь выдвинуть на театр войны свои последниевоенные силы. Но никто не высказывался об этом с таким лаем, как военная австро-венгерская газета „Mititar-Zeitung“ <…> „За Дунаем, — восклицает названная газета, — Россия уже не имеет способной к военным действиям армии <…> Внутри России свободных войск более не имеется… Таким образом, оказывается, что с Россией покончено <…> В военном отношении спор между Турцией и Россией решен: насколько первая доказала свою жизненную силу, настолько последняя — свое бессилие!..»

Пусть они кричат~ вопреки свидетельству~ корреспондентов~ удивлявшихся боевой способности, рыцарской стойкости и высочайшей дисциплине русского солдата и офицера… — Подразумеваются осуждения о военной слабости России, высказывавшиеся английской, австро-венгерской и французской печатью после неудач русской армии под Плевной в июле-августе 1877 г. По этому поводу газета «Новое время» писала: «Наиболее сочувственная нам газета „Daily news“ <…> все-таки <…> приходит к заключению, будто русские силы получили недостаточное развитие <…>„Times“ уверяет, что окончательная победа над Турцией обойдется нам так дорого, что парализует Россию на целых двадцать лет. Венская печать <…> договаривается до того, что признает Россию уже неравноправным членом тройственного союза» (1877. 8 (20) сент. № 549. «Ежедневное обозрение»). В августе та же газета отмечала: «…парижское агентство Гаваса вдруг стало указывать на слабость России…» (там же. 13 (25) авг. № 523. Отд. «Внешние известия»).

Об отношении иностранных корреспондентов к русским солдатам и офицерам русские газеты писали: «Вся европейская публика внимательно читает замечательные корреспонденции лондонской газеты „Daily news“ <…> в них постоянно восхваляется образ действий русских войск» (Голос. 1877. 24 июля (5 авг.). № 163. Передовая «Санкт-Петербург, 23-го июля 1877»); «— Такого превосходного материала, как русский солдат, найти невозможно. Ни один европейский солдат не может сравниться с русским! — так говорит здесь австрийский военный агент, г-н Бертолсгейм, видевший нашу армию и наблюдавший ее» (Нов. время. 1877. 11 (23) авг. № 521. «Более или менее военные очерки» Незнакомца).

…( забыв, как часто мы их бивали в битвах за все последние два столетия). — Наиболее значительные из них — войны Петра I со шведами. Семилетняя война, суворовские походы через Альпы, вступление русских войск в Париж (1814) в результате разгрома наполеоновской армии под Лейпцигом и т. п.