Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Гутрун отчаянно забилась, зазвенели цепи. Потолок храма, открывавшийся перед ней, был разукрашен многочисленными изображениями убийств и сценами посмертного разложения тел. Бесчисленные черепа, обрамлявшие фрески, насмешливо наблюдали за ней. В их пустых глазницах не было и капли милосердия. Казалось, они с нескрываемой радостью следили за совершением обряда. Зазвенели цепи, сковывавшие Вельгерт и Торфинна, тоже попытавшихся освободиться от кандалов.

В зале вновь поплыл шумок. Голоса становились все громче, все настойчивее, наконец послышались нетерпеливые выкрики, и Тёкк, наконец, подняла кинжал. Показала его собравшейся толпе, затем повернулась к Гутрун.

В кумирне воцарилась мертвящая тишина. В глазах Тёкк заиграли багровые огоньки, затем с каждой новой руной, с каждым новым взмахом кинжала они стали разгораться все ярче. Руны, до того слабо вспыхивавшие в воздухе, теперь перестали гаснуть, а продолжали гореть багровым огнем. Гутрун отчаянно вскрикнула:

— Нет!

Раз за разом она продолжала выкрикивать, пыталась оказать сопротивление ритуалу, что должен был свершиться с минуты на минуту. С безумной яростью задергались Вельгерт и Торфинн. Вафтруднир внимательно следил за Локитом и всадниками Смерти. Мертвец не обращал на него ни малейшего внимания. Он во все глаза следил за церемонией, при этом холодно улыбаясь. Неожиданно он взмахнул рукой, всадники Смерти напряглись, и в следующее мгновение Тёкк глубоко вонзила кинжал в сердце Гутрун.

Глава тридцать четвертая. ШТУРМ

Сердце Песни Крови пронзила острейшая боль, она громко вскрикнула и резко качнулась в седле.

Гримнир, бросившись к ней, успел подхватить её.

Боль прошла так же быстро, как и возникла.

— Со мной… — воительница, глубоко вздохнув, договорила. — Все в порядке. Меня будто ударили в сердце и… — Она не смогла продолжить фразу — стон вырвался из ее груди, она вновь схватилась за сердце, снова громко вскрикнула.

— Гутрун! Что-то случилось с Гутрун, — она торопливо убеждала оказавшихся рядом Гримнира, Хальд, Харбарда и Ульфхильду. Слезы хлынули из ее глаз. — Фрейя, помоги ей и мне! Похоже, мы опоздали. Она… мертва.

Никто ей не ответил.

Солнце уже встало, но небо едва посветлело. Все вокруг было затянуто тучами. Песнь Крови глянула на товарищей.

Все по-прежнему молчали. Все уже было сказано, план атаки выработан, войско поделено на отряды. Минутная задержка уже ничего не могла изменить, и Песнь Крови тоже согласилась с этим. Ульфбьерны должны были атаковать замок снаружи, обернувшись зверями. Когда они нападали в зверином обличье, никакие стены не могли их удержать. Остальным необходимо проникнуть в замок через тайный ход, которым Хальд удалось бежать. Этот отряд, состоявший из простых смертных, имел мечи Фрейи и покрывало с кровью Тора, с помощью которого Хальд надеялась открыть любой замок и скрыть присутствие нападавших от всепроницающего взгляда Тёкк.

Песнь Крови взяла себя в руки, выпрямилась в седле.

— Будем действовать, как задумано, — объявила она.

В ее голосе громовыми раскатами заиграли гнев и ярость. Она тешила себя надеждой захватить Тёкк живой и добраться до ее сердца.

Тёкк вырвала кинжал из груди Гутрун и тут же начала выкрикивать исцеляющие и возрождающие к жизни заклинания, вычерчивая в воздухе соответствующие огненные руны. Положив руки на рану, из которой хлестала кровь, она сосредоточила взгляд на руках.

Вафтруднир вовремя заметил жест Локита, обращенный к всадникам Смерти. Заметил и как мертвец выхватил меч. Великан поспешил к Локиту и в следующее мгновение краем глаза увидел, как один из всадников Смерти неуловимым движением метнул в его сторону боевой топор. Лезвие вонзилось в левое плечо ётуна, и нестерпимая боль пронзила тело. Некоторое время он и двинуться не мог, в мозгу мелькнуло, что воин-скелет метил ему в голову.

Ётун вырвал топор и что было сил метнул его во всадников Смерти. Уж он-то не промахнется. Топор угодил в грудь одного из воинов-призраков. Сила удара была такова, что уязвленного буквально вымело из кумирни. Тут великан и уловил, как Локит с мечом в руке бросился к Тёкк.

Он с необыкновенной ловкостью прыгнул на мертвеца, успев схватить его. Тот, оказавшись в могучих лапах хримтурса, отчаянно взвыл, забился.

Между тем в храме Хель, где собрались обитатели замка — все они когда-то присягнули на верность Владычице Смерти, — мгновенное оцепенение сменилось жуткой паникой. Толпа невиданных искореженных созданий в едином порыве бросилась к выходу, все пытались спастись. Никто и не думал о сопротивлении. Спустя мгновение вся эта орда уперлась во всадников Смерти, которым ранее было приказано никого не выпускать из помещения. Возле выхода началась свалка.

Разгоравшийся внутри помещения переполох грозил отвлечь внимание Тёкк, но она сумела удержаться в рамках колдовского образа. По-прежнему монотонно напевала исцеляющие заклятия, четко чертя в воздухе руны, возрождающие к жизни. Ее руки засветились багровым огнем. Исцеляющий луч ударил в обнаженную грудь Гутрун, омыв ее тело сиянием.

Тем временем Локиту удалось вырваться из ледяных лап ётуна. Ошеломленный, с содранной одеждой он бросился в сторону выхода. Всадники Смерти успели расшвырять толпу обитателей замка и плотным строем двинулись к алтарю. Покрытый инеем великан, схватив каменную тумбу, на которой в начале церемонии покоился ритуальный нож, принялся отбиваться от наседавших воинов-скелетов. Наступающие с Локитом во главе отступили.

Кумирня между тем опустела. В освободившийся выход хлынули все, кто к тому моменту еще находился в храма.

Локит с удивлением обнаружил, что в строю осталось только пятеро воинов. Шестой неподвижно лежал за порогом, истоптанный пробежавшей по нему толпой. На нем также валялись и те обитатели замка, для кого смертельно было прикосновение к его мертвой плоти.

— Убейте их! — выкрикнул Локит, указывая на алтарь, а сам бросился к распростертому на полу воину. Он вырвал из его груди боевой топор, прочитал заклинания, вычертил в воздухе тайные руны и воззвал к нему:

— Встань, Аксель Железная Рука.

Всадник Смерти дернулся, затем с трудом поднялся на ноги.

В тот же момент по телу Гутрун пробежала судорога, затем еще одна и еще. Она вздохнула, глубоко, протяжно. Рана на груди почти затянулась. Служительница Хель заглянула ей в глаза, засмеялась, тронула пальцем посиневшие веки.

В следующее мгновение Гутрун открыла глаза, разглядела Тёкк, склонившуюся над ней.

Хозяйка замка продолжала смеяться, буквально заливаясь от смеха.

«Получилось!» — ликуя, подумала она.

Наконец Тёкк резко оборвала смех и, оглянувшись, заметила всадников Смерти, с оружием в руках приближавшихся к алтарю. Приметила и ётуна, охранявшего ее с каменной тумбой в руках.

Песнь Крови придержала коня, осмотрела стены узкого и глубокого ущелья, затем, запомнив очертания, посмотрела вдоль отвесной каменной стены.

— Ты уверена, что это здесь? — обратилась она к Хальд.

— С земли вход в туннель не виден, — объяснила молодая колдунья. — Я полагаю, так и было задумано, когда возводили замок. Ведь это прямой доступ туда.

Песнь Крови слезла с коня, по привычке размяла руки, отошла подальше и вновь глянула вверх. Удивительное дело, после нескольких исцеляющих сеансов, которым подвергла ее Хальд, боль в запястьях окончательно исчезла. И горло не тревожило, однако снять повязку Песнь Крови решительно отказалась. Она до сих пор с некоторой опаской относилась к рунам, выжженным на коже, и вовсе не собиралась демонстрировать их всем подряд.

Хальд обернулась к Ульфхильде:

— Что ты все смотришь на меня? Мне это не нравится.

— Почему у тебя нет волос на голове? — невинно спросила жена вождя.

— Это потому, что ты без конца сверлишь меня взглядом. Если серьезно, волос лишила меня Тёкк. Однако они вроде бы начали отрастать, но и ты будь осторожна. Как только увидишь огонь между ее ладоней, прячься, а то тоже станешь лысой.

70
{"b":"1638","o":1}