Харп посмотрел сначала на Бисауна, который был старшим в доме. Дождавшись от старика степенного, неспешного кивка, он перевел взгляд на Марсала.
– Конечно, оставайся! – радостно улыбнулся тот.
Харп взглянул на женщину.
Халана стояла у котла спиной к мужчинам с таким видом, словно все, о чем шла речь, ее не касалось.
– Халана, – негромко позвал женщину старик. – Наш гость ждет от тебя ответа.
Женщина, не оборачиваясь, быстро дернула плечом, словно стряхивая с него что-то.
– Халана! – громче и настойчивее позвал ее Бисаун.
– Мне все равно, – негромко произнесла женщина.
– Такой ответ тебя устраивает? – Старик посмотрел на Харпа.
– В данных условиях вполне, – ответил Харп. – Но ты говорил, что в доме есть еще кто-то.
Не успел он это произнести, как из-за пластикового занавеса быстро выглянула молодая девушка, которая только сказала:
– Я согласна, – после чего тут же вновь скрылась за занавесом.
Единственным, что успел заметить Харп, был взмах длинных огненно-рыжих волос.
– Это Эниса, – по-отечески улыбнувшись, сказал Бисаун.
– Она у вас всегда такая застенчивая? – также с улыбкой спросил Харп.
Лицо старика как-то сразу посуровело.
– Станешь тут застенчивой, – только и произнес он, не заботясь о том, верно ли гость истолкует его слова.
Харп никаких вопросов задавать не стал. У него сейчас были другие проблемы, лежащие совершенно в иной плоскости, нежели забота о том, понравился ли он женской половине дома или нет.
– Теперь мы должны решить, как поступить с твоими вещами, – сказал старик, проведя руками над тем, что было разложено на столе.
– И какие будут предложения?
По тому, как дернулась бровь Харпа, Марсал понял, что слова Бисауна ему не понравились.
– Никто не собирается отбирать у тебя твои вещи, – поспешил заверить Харпа Марсал. – Просто удобнее, когда часть вещей находится в общем пользовании.
– Старик уже забрал себе аптечку, – заметил Харп.
– Мне и тебя придется лечить, если ты заболеешь, – спокойно ответил Бисаун.
– Против этого я не возражаю. – Харп быстро дернул головой из стороны в сторону. – Что еще ты собираешься забрать в общее пользование?
– В первую очередь…
– Уже во вторую, – перебил старика Харп.
– Хорошо, – не стал спорить тот. – Нам нужна свежая закваска.
Харп посмотрел на пластиковую бутылку, в которой, по словам Бисауна, находилась закваска.
– Признаться, я пока еще плохо понимаю, что собой представляет эта самая закваска, – сказал он. – Вы что, ее едите?
– Закваска является основой всей нашей кухни, – объяснил старик. – Как ты уже, наверное, заметил, местность вокруг пустынная. Единственными живыми существами, встречающимися здесь, являются снежные черви. Но они настолько огромны и сильны, что даже «снежные волки» не отваживаются на них охотиться. Сами черви кормятся тем, что добывают подо льдом Замерзшего моря, куда нам не добраться. Поэтому мы можем довольствоваться разве что объедками, которые они оставляют, да красницей, которая живет в их лазах. Однако, чтобы выжить, этого недостаточно. По счастью, те, кто посылают нас сюда, снабжают каждого новичка бутылкой с закваской. Что она собой представляет, тебе не скажет никто. Но если закваску поместить в бак с водой и поставить в теплое место, то всего через десять-двенадцать часов из нее образуется плотная масса с приятным, чуть кисловатым вкусом. Ее можно есть в сыром виде, а можно готовить различные блюда – кому на что хватает фантазии. Достаточно оставить около литра закваски в баке, долить водой, и она снова начнет восстанавливаться. В принципе, этот процесс может продолжаться до бесконечности. Но примерно через полгода закваска начинает терять свои питательные свойства. Голод она по-прежнему утоляет, однако человек, питающийся только продуктами из старой закваски, начинает терять силы и часто болеет. Поэтому используемую в пищу закваску необходимо регулярно обновлять.
– Я так понимаю, что свежая закваска представляет собой определенную ценность, – прищурившись, посмотрел на старика Харп.
– Верно, – не стал отрицать Бисаун. – Но, если ты будешь жить с нами…
– То и питаться буду с одного с вами стола, – закончил за него Харп. – Я это понимаю, – коротко кивнул он. – Но я хотел бы видеть, как моя закваска пойдет в дело.
– Халана! – негромко окликнул Бисаун женщину.
Когда Халана подошла к столу, старик сделал Харпу приглашающий жест рукой, и тот, взяв бутылку с закваской, передал ее женщине.
Приняв пластиковую бутылку из рук Харпа, Халана вернулась к металлическому котлу, на котором стоял таз с красницей, и вытянула из-за него большой жестяной бидон, объемом не менее двадцати литров. Откинув с бидона крышку, она перелила в него содержимое бутылки. Закрыв бидон и задвинув его на прежнее место, Халана вернулась к столу и поставила перед Харпом пустую бутылку.
– И это все? – с некоторым недоумением Харп посмотрел на женщину.
– А что ты рассчитывал увидеть? – улыбнулся Бисаун.
Харп молча пожал плечами.
– К последней трети дня Халана приготовит нам запеканку из свежей закваски с красницей, – улыбнулся старик. – Уверяю тебя, ты в жизни не пробовал ничего вкуснее.
– Я вообще не помню вкуса пищи, – признался Харп. – Никакой. – Это нормально, – заверил его Бисаун. – Я встречал только одного человека, который уверял, что помнит вкус какой-то другой пищи. Зато при этом он не мог без отвращения есть блюда из закваски. – Старик улыбнулся и слегка развел руки в стороны. – Как видишь, воспоминания бывают как полезные, так и вредные.
– Что с остальным? – Харп взглядом указал на разложенные вещи.
– Ты можешь взять все, что считаешь нужным, – старый Бисаун провел раскрытыми ладонями над столом. – Остальное поступит в общую собственность.
Окинув оценивающим взглядом вещи, разложенные на столе, Харп взял себе только пару теплых носков и охотничий нож в кожаных ножнах с широким лезвием, чуть загнутым кверху острием, глубоким долом вдоль всего лезвия и короткой пилой на обухе возле рукоятки.
– И это все? – глянул на него из-под бровей Бисаун.
– Ну, если ты не против…
Харп протянул руку и пододвинул к себе еще и компас.
– Вещица занятная, но, как мне кажется, в наших краях совершенно бесполезная, – скептически скривил губы Бисаун.
– Значит, я единственный, кому он может пригодиться, – ответил Харп, пряча компас в карман.
Старый Бисаун положил обе руки ладонями на стол, чуть подался вперед и посмотрел на Харпа так, словно собирался прочесть его мысли.
– Ты знаешь что-то, о чем не хочешь говорить? – тихо, почти шепотом произнес он.
Взгляд старого Бисауна, сделавшись неподвижным, словно бы пристыл к глазам Харпа.
Марсалу, который наблюдал за этой сценой со стороны, и то стало неуютно. Как-то раз он испытал на себе гипнотический взгляд старого Бисауна. От одного только воспоминания об этом у Марсала по спине пробегала холодная дрожь. Харп же даже не попытался отвести взгляд в сторону, только усмешка исчезла с его лица.
– По-моему, старик, ты знаешь куда больше, чем я, – так же тихо ответил он Бисауну. – Ты разве забыл, что я лишь сегодня появился на свет?
Пальцы на руках старого Бисауна согнулись. Марсалу показалось, что он слышит скрежет ногтей старика по пластиковой крышке стола. Воздух в помещении будто сделался плотнее и гуще. Даже Халана, стоявшая спиной, почувствовав возникшее напряжение, замерла.
Казалось, само время на миг остановилось.
В наступившей тишине голос Харпа прозвучал, подобно скрежету железа по стеклу:
– Я оказался здесь не по своей воле и не собираюсь оставаться здесь навсегда. Если есть вход, через который я попал в этот мир, значит, должен быть и выход. Его только нужно отыскать.
Глава 3
– «Снежные волки», – тихо, почти равнодушно, будто даже ни к кому не обращаясь, произнесла Халана.