Лаур быстро достал из сумки мел и принялся чертить знак. Ровные линии ложились рядом с друг другом, руки вора не дрожали. Но когда он провел по ним пальцем, активирую артефакт, ничего не произошло, перед глазами стоял размытый знак.
Лаур достал из умки тряпку и начал стирать мел. Алан показал ему всего три знака, сказав, что до дверей которые открывают другие символы ему просто не добраться, как бы он этого не захотел. Вытерев камень, вор нарисовал другой рисунок. Прямые линии, волнистая диагональ и четыре скипетра держащие корону. Лаур ничего не слышал, коридор хранил молчание как банк дорогие вклады, и именно поэтому вор знал, как банк, тишина может в любое мгновение лопнуть, оголив присутствие вампиров. Закончив символ, Лаур провел по нему пальцами и выдохнул намного свободнее чем мгновение назад. Он ощутил как по коже пробежались слабые разряда маленьких молний, волосы на руках наверняка бы поднялись, такое уже не раз бывало, но сейчас их придавливала надетая одежда. Символ въелся в поверхность камня, с ломаным хрустом уйдя вглубь кладки. По толстым очертаниям кирпича пошли трещины, они двигались и пульсировали, словно с другой стороны кто-то пил в стену огромным молотом. Трещины как вены ширились и удлинялись, в них засиял темно зеленый свет, и под очередным напором невидимого молота стена опала и осыпалась на пол, образуя зеленую арку прохода.
Не раздумывая Лаур шагнул вперед, облизнув напоследок пересохшие губы.
Легкие заряды трижды ударили в плечи, по тело быстро распространился холод, Лаур ничего не видел, перед глазами плавали разноцветные круги, он чувствовал как будто плывет в вязкой воде, затрудняющей движение. Но это продолжалось не долго, когда ледяной холод, достал казалось сердца, его вышвырнуло вперед. Краткий миг невесомости и Лаур ощутил под ногами твердый пол. Он упал на колени выставив перед собой руки. Они ушли в плотный мягкий ковер, Лаур открыл глаза из его рта выбилось облако пара, результат пережитого холода. Круги перед глазами рассеялись и Лаур увидел, что попал в большую комнату библиотеки. Но не это он заметил в первую очередь, и даже не свои синие от холода руки и тепло, как нож режущие замерзшую кожу.
Его взгляд был прикован к паре кресел, стоявших вокруг стола, на котором дымился чайник со свежо заваренным чаем. Плотный столбец пара шел через узкий носик фарфора.
Лаур успел подняться и оглядеться вокруг, как в тишине раздался треск открывающийся двери.
Гисинэль не любил людей.
Люди подобны хищникам и зверям, они могут чувствовать себя сильными лишь в стаде, когда их много и каждый готов придать каждого.
У слуги Таро был другой путь. Быть рядом с кем то, значит довериться, показать часть своих чувств и надежд. Но доверие это дверь к предательству.
Поэтому путь кана, это одиночество.
Бог был одним, когда творил миры и вдыхал в них жизнь. И пусть люди говорят что богов множество и их пантеоны безграничны. Люди готовы верить во все, что хоть как кто бы оправдало их поступки. Люди готовы верить всем кто готов платить. Вера людей как ветер, переменчива и невидима, поэтому ими можно управлять.
Вера воина кана это скала, нерушимая и твердая.
Гисинэль не знал сомнения.
Он смотрел на стоящих вокруг людей и размышлял, во что же верят они.
По комнате, как легкая волна, разнеслись шаги нескольких людей.
За те секунды что были у Лаура, он добежал до окна и прыгнув на подоконник, закрылся плотной шторой. В груди по-прежнему все горело, кожу жгло раскаленным железом, движения отдавались спазмами во всем теле, казалось он прошел не через магическую дверь, а сквозь один из кругов подземного ада. Но он все еще был жив, хотя в любую минуту эта нелепая оплошность может решиться, Лаур слышал как к столу кто-то приближается, их голоса становились все громче и тверже. Он смог различить отдельные слова, а спустя всего длишь пару секунд, полностью весь диалог.
— Я не понимаю, почему мы должны их ждать? — хрипло, словно простуженный спросил один из голосов.
— Мы никому ничего не должны Диран, но свои претензии тебе лучше держать при себе, пока наше с ними соглашение не закончится. — Второй голос, был властным со свойственным для дворян металлом и безразличием внутри.
В комнате раздалась плотный шорох, гости отодвигали стулья, чтобы занять места возле стола.
— Не люблю ждать. — Через простуду проскальзывали резкие ноты. Лаур подумал, что говорившему не больше двадцати семи, голос еще мог меняться.
Лаур услышал крепкий смех.
— Это не новость, я понял это еще в тот месяц, когда взял тебя к себе. Но поверь, лишняя выдержка еще не кому не мешала, даже вино должно простоять достаточно долго, прежде чем наберет нужный аромат. — У его соседа напротив, голос был крепким как темный эль, настоянный прожитыми годами.
— Но оно может превратиться в уксус.
— Именно поэтому Диран, ты работаешь на меня а не наоборот.
Лаур понял, что говоривший улыбается, наслаждаясь своей правотой и силой.
— Но все же ты в чем то прав, вампиры заставляют нас ждать.
Вор чуть не упал с подоконника. Он понял, что говорившие были людьми. Сумасшедшая мысль не как не хотела укладываться в голове и металась запертая в клетке, она искала лазейку чтобы вырваться громким криком.
Люди. Здесь. В Анклаве.
Что они могли тут забыть. Это невозможно.
— Я видел как сопровождавшие нас стражники исчезли, едва доведя нас до библиотеки. Может у них что-то случилось?
— Может быть, может они решили прирезать очередного претендента, как семь лет назад. Все возможно.
Говорившему было безразлично. Казалось с таким же успехом, он мог обсуждать утреннее меню, или цены на свежие души.
"Семь лет назад? О чем они говорят черт возьми"
— Не думаю что они решились бы на такое когда в замке посторонние, мастер. Они не любят свидетелей.
— Их никто не любит, кроме следователей и Стражи. Свидетели это верный путь к костлявой, запомни мои слова Диран, никогда не оставляй свидетелей.
Краткий миг молчания, Лаур ощутил спиной холодное стекло окна, проступающие через плотную одежду.
— И поэтому вы хотите уничтожить вампиров? Потому что они знаю про ваши планы?
Ответа на вопрос не последовало. Человек слышал тишину и шорох одежды, словно кто-то сводил руки на гладком столе. Вор уже понял, что оказался вовлечен не только в политику, но и нечто большее, намного опаснее, чем простая власть.
— Нет Диран. — наконец произнес дворянин, Лаур не знал на самом ли деле говоривший был благородной крови, но для себя очертил его именно так. — Для того чтобы убрать следы, достаточно убить всего лишь нескольких из них. Они как и мы сильно рискуют согласившись на этот договор, поэтому в деле участвует не так уж и много вампиров. Что ты знаешь про туров?
Помощник задумался, видно пытаясь вспомнить нечто особенное, на что мог намекать его хозяин.
— Племя жившие лет тысячу назад, говорят, что они жили в золоте и даже имели зиккурат выстроенный из чистого золота.
— Правильно. Так пишут учебники и так было на самом деле. Туры вполне успешно жили и решали самостоятельно свои проблемы. Они жили оторвано от внешнего мира и не страдали по этому поводу. Но затем на огромных кораблях пришли люди с материков и их всех убили.
Мастер замолчал. Через семь секунд Лаур понял причину его молчания. Он давал возможность ученику самостоятельно сделать вывод и прийти к нужному решению.
Обычная методика воспитания, ученику дают задание и лишь намек на решение, причем не всегда наставник сам знает это решение, главное что если задание не выполняется, сразу же следует наказание.
— Внеконтекстная проблема. — уверено сказал Диран.
В комнате раздались тихие хлопки.
— Правильно, — подтвердил мастер. — До тех пор, пока туры оставались вне внимания людей, они могли жить спокойно. Но как только о них узнали, тут же было принято решение про уничтожение. Почему?