'Тогда кто это..'
Не успел он произнести про себя эту фразу как звуки сверху прекратились и вор услышал твердый голос.
— Ты оказался не прав Сагу, тут никого нет. — в голосе человека не было злости, скорее простое безразличие.
— Это не значит, что тут никого не было минуту назад. — прозвучало в ответ, теперь голос звучал, резко, и говоривший глотал буквы, словно захлебывался водой.
— Если ты решил использовать этот предлог, чтобы оправдать свою глупость Сагу, тогда ты придумал плохой предлог.
— Я точно что-то слышал Олтер, и ты можешь бросаться издевками хоть до утра, но я не откажусь от своих слов.
В темноте Лаур услышал фырканье и ему показалось, что в нем проскользнуло легкое удовлетворение, так, словно Олтер оказался доволен услышанным.
— Что скажешь Лааф? — как понял по голосу, это спросил Олтер.
'Лааф? Черт возьми, сколько же их там собралось в этой треклятой темноте.' — в очередной раз Лаур пожалел, что согласился на опасное дело Главы Исполинов. Хотя кто знает, скажи он тогда нет, сейчас возможно он бы уже утратил возможность что-либо слышать.
В темноте прозвучал тонкое позвякивание сместившихся в сторону ножен, затем легкий скрип кожи новых сапог и тишина.
— Большая кошка. — отрывисто сказал новый голос.
— Котер? Возможно, они любят охотится ночью, но не возле обрывов, семейство кошачьих не любит высоту.
Словно дожидаясь пока его назовут вслух, в ночи раздался рык и твердый шорох трущейся об землю шерсти.
Голоса сразу же смолкли и хотя вор не видел все своими глазами, он готов был поклясться, что руки стражников легли на рукояти мечей.
Сидевшему на обрыве Лауру казалось, что время снова замерло как и тогда, когда он смотрел в лицо ночному хищнику, боясь сделать малейшие движение. Ветер продолжал тихим гулом гулять между горными пиками неся вокруг холодный, ночной воздух.
Спустя какое то время напряжение спало, Лаур ощутил как натянутая до предела гитарная струна, так и не издала звука, а благополучно была снята с инструмента.
— Нужно уходить. — сказал сверху Олтер. — Но на всякий случай, пройдись Ищейкой, Сагу.
Пока вампир творил заклятие, бросая легкую волну по средним пластам магии, Лаур достал из кармана красный как кровь медальон и стал молиться богам, чтобы подарок ара Алория не оказался пустышкой.
— Удастся? — переспросил Лаур, глядя прямо на вампира. — По сказанному выше, мое тело вздернут на суку как только я вылезу с кареты.
Улыбка Главы Исполинов была ему ответом.
— Я давно планировал эту операцию Лаур. — сказал аар Алан. — И если нам не удастся туда пробраться, значит никому этого не сделать. Тем более в горах будет тяжело найти дерево.
По мнению вора, прозвучало немного пафосно, как речь перед битвой, когда для солдат почти нет шансов выбраться живыми. Но с другой стороны, вампиру нет резона посылать его на верную смерть, скорее от исполнителя можно избавиться потом, когда дело будет сделано и наступит пора заметать следы. Только насколько знал Лаур, в таких случаях люди не любили использовать метлы или веники, тут заметали острой сталью под ребра.
— Все что можно было узнать ты получишь, вся информация, которую можно было раздобыть я собрал и приготовил. Так что если будешь следовать моим указанием и проявишь немного инициативы, когда мой план начнет давать трещины все будет отлично.
Упоминание от трещинах в плане не понравилось вору. Трещины в плане могли переростки в трещины на его голове, когда схватившие его вампиры начнут пытки.
— Главное никого не убей, особенно на территории Анклава, особенно стражников. Охрану испокон веков несут рески, а этот Дом необычайно злопамятен и кровожаден. Если сможешь пройти тихо и также тихо покинуть Анклав, они спихнут вену на кого-то другого, если же оставишь после себя пару трупов, они будут искать нас до конца жизни.
Упоминание про 'нас' обнадежило приунывшего было вора, если аар Алан говорит что искать будут 'нас' а не 'тебя' значит он не собирается пожертвовать исполнителем в случаи опасности.
— Но как все провернуть тихо, — задал волнующий его с самого начала вопрос Лаур, — Они учуют меня как только я подойду к горам. И не только магией, хотя даже самая простая Ищейка обнаружит меня почти сразу же. Они учуют меня по крови.
Аар Алан медленно обвел взглядом красивую комнату, остановил свой взгляд на остывшем кофе и наконец произнес.
— Когда я говорю все, значит я говорю все. Я учел все Лаур, тебе бы уже следовало к этому привыкнуть.
Он извлек из кармана пиджака, маленький с пол ладони медальон из красного металла, неизвестного происхождение. Во всяком случаи неплохо разбирающийся в металлах Лаур, видел его впервые в жизни. В центре был вплавлен зеленый изумруд, и по бокам стояли четыре непонятных вору символа. С тех пор как он украл его для вампира, у одного купца, медальон не изменился.
— А поможет тебе вот этот маленький медальон.
До рассвета оставалось еще несколько часов, но наличие запасного времени не придавало Лауру лишней уверенности. Вор замер, прижавшись всем телом к холодному камню дома и попытался сделаться невидимым, раствориться в окружающей ночи, стать ее частью.
Стать незаметным.
С того инцидента на краю обрыва, когда ему пришлось еще три часа сидеть на маленьком выступе обветриваемым со всех сторон, миновал целый день. Когда стражники бесшумно растворились в ночной темноте, Лаур переждал больше двух часов, стараясь быть уверенным в том, что наверху уже никого нет. Затем маленький марш-бросок, тяжелый сон, с перерывами, когда он резко просыпался, из-за терзавших его кошмаров.
Нельзя сказать что вор был трусом, или человеком легко подающимся страхом.
По сути лишь немногие кто добился хоть чего-то значимого в этом мире, были подвластны пороку страха. Боясь попасться на взятке или на не законной продажей запрещенных предметом. Боясь проиграть бой или не оправдать ожиданий своих близкий. Это, маленькие, повседневные страхи которые человек переживает чуть ли не каждый день. Но если хочешь возвысится над среднем уровне, жить в своем собственном доме и обедать серебреными приборами, ты должен научиться преодолевать свой страх. Не подавлять, потому что человек без страха долго не проживет. Его сомнут обстоятельства. Нужно научиться обманывать свой страх, водить его за нос и побеждать другими чувствами.
Раньше Лаур думал, что научился этому.
События прошлой ночи показали, как он был не прав.
Ремесло вора, подразумевает скрытность и незаметность. Тихий шаг и ели различимый голос. Быстрые руки и шустрые ноги. И конечно же умение постоять за себя в барных драках и уличных переулках. Таков был сам Лаур. Человек не помнивший своих родителей, но сумевший забраться на некоторые высоты, пусть и криминального происхождения.
Но это дело не было похоже на предыдущие задания. Когда вампир говорил, что это будет самым сложным из всех заданий, он не врал. Он преуменьшал. И только сейчас Лаур понял насколько.
Это было больше похоже на военную операцию, на диверсию или заказное убийство. Как незаметно пасть в муравейник если ты оса? Как оказаться незамеченным человеку, в городе вампиров.
Только сейчас Лаур стал задумываться над быстрыми темпами этого задания. аар Алория, не тот человек который будет тянуть до последнего и полагаться на удачу. Тем более он сам сказал, что долго планировал эту операцию и предусмотрел абсолютно все. Значит, изучил все очень подробно и столь же досконально очертил для себя время для выполнения.
Сейчас вор понял, что вампир дал ему так мало времени на подготовку не потому что опаздывал и его поджимали сроки. Он очень четко представлял о чем будет думать исполнитель, проанализируй он все доступные сведения про Анклав. Он смог предугадать момент, когда исполнителя начнет душить страх и безнадежность своего положения. А так, не дав, Лауру толком ничего обдумать он загнал его в тупик, из которого был только один выход.