Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Потом до меня дошло и я понял, что смотрю на фотографию, сделанную ночью через окно. Пестрый участок представлял интерьер чьего-то дома. Небольшой, размытый серо-голубой прямоугольник, вероятно, был экраном телевизора. Фрагмент кроваво-красного дивана — он опроверг мою первую робкую догадку, что кто-то фотографировал через наше окно нашу гостиную. У нас диван бледно-голубой.

Следующее, что бросалось в глаза, — фигура, стоящая справа от окна. Тоже размытая, но теплого телесного цвета, за исключением черного лифчика. Распущенные волосы, спадающие почти до черной горизонтальной черты на спине, были темно-каштанового оттенка.

— И что это за ерунда?

— Билл, не надо. Избавь меня от этого.

Я протянул руку и нажал на клавишу. На экране возникла следующая картинка, такая же, но более резкая. Края предметов по-прежнему немного расплывались, заставляя предположить, что фотограф стоял ярдах в двадцати-тридцати от окна и пользовался каким-то телеобъективом. Но, в общем, фотография была достаточно четкая, чтобы понять: женщина уже сняла лифчик, и это Каррен Уайт.

Фотографий было двенадцать. На всех, кроме четырех, личность женщины определялась без труда. На остальных она была запечатлена со спины или под неудачным углом, до того, как разделась, и после того, как накинула махровый халат. Вся серия, от начала до конца, была сделана с какой-то одной точки под окном Каррен. Я знал этот дом, рядом с заливом на северной оконечности Сарасоты, поскольку сам продавал там квартиру несколько лет назад.

— Я понятия не имею, как это оказалось у меня в компьютере, — заявил я.

— Ага, именно. Ради бога! Насколько же ты свихнулся, что пошел на такое? Не говоря уже о вранье!

— Вранье? — переспросил я с недоумением.

— Боже мой! Неужели ты не понимаешь, что просто рехнулся?

Она ткнула пальцем в экран, на котором осталась последняя фотография из серии, самая безобидная, где Каррен уже выходила из комнаты. Я понял, что Стеф показывает на цифры в углу.

14:09:2011

Ну, разумеется, дата! Четырнадцатое сентября. Вчера. Значит, ложь состоит в том…

— «Стеф, я должен встретиться с клиентом», — прорычала Стефани, увидев, что до меня дошло. — «Стеф, все так здорово, я получу комиссионные. Нет-нет, детка, Каррен там не будет». И ее действительно там не было, иначе как бы ты увидел ее через свои паршивые линзы?

— Стеф, — я заговорил ей в тон, но ничего не мог с собой поделать; я начинал злиться, явно чувствуя себя оскорбленным. — У меня нет телеобъектива. У меня «мыльница» за триста долларов. И тебе это известно. Ты сама ее покупала.

— Конечно, этот фотоаппарат купила я, — фыркнула она. — Но кто знает, какие еще прибамбасы ты накупил себе сам? Может, заказал на Амазоне? Это ведь твой любимый интернет-магазин, насколько мне известно.

С утра поломав себе голову над появлением книги, я узнал тот угол, в который меня загнали. Я мог предложить ей обыскать дом, и она решила бы, что я прячу фотоаппарат в каком-то другом месте. Я мог попросить ее просмотреть отчеты по списанию средств с кредитной карты, а она рассмеялась бы мне в лицо и спросила, разве трудно снять пару сотен долларов в банкомате и быстренько съездить в торговый центр Брадентона. И чем больше я буду возводить барьеров, которые она будет опрокидывать, тем крепче станет ее уверенность, что я не просто лгу, а делаю это со злым умыслом, рассчитав все наперед. Чем больше я буду стараться ее переубедить и чем убедительнее будут мои доводы, тем сильнее будет впечатление, что я все продумал заранее, и ситуация только осложнится.

К тому же фотоаппарат все равно здесь не главное.

Я высказал эту мысль вслух. Стеф согласилась. Причем весьма охотно. Она согласилась, что настоящая проблема в том, что я рыскал под окнами Каррен Уайт, притворяясь, будто отправился на встречу, которая — какой сюрприз! — так и не состоялась, и проверить это никак нельзя. Настоящая проблема, и она рада, что до меня наконец дошло, в том, что я не просто одержим своей коллегой, но еще и такой извращенец, что фотографирую ее голой, вместо того чтобы завести интрижку, как все нормальные люди.

— Угомонись, — сказал я. — Хватит. Я вовсе не одержим Каррен. Что ты вообще несешь?

— Нет? Тогда с чего ты постоянно о ней говоришь?

— Что? — Я невольно реагировал на каждое высказанное ею несправедливое обвинение. — Разумеется, я ее упоминаю, мы ведь работаем в одной конторе. Я ведь тоже знаю имена всех, с кем ты работаешь в журнале. И знаю даже имена их детей. Каррен вовсе не глупа, и ты это знаешь. Я рассказываю о ней только для того, чтобы объяснить, как пытаюсь ее обойти, переиграть, построить свою карьеру.

Я шагнул к Стеф. Она шагнула назад, издав такой звук, какой издает открытая банка с содовой.

— Даже не думай, — сказала она.

— Стеф, послушай. Сегодня кое-что произошло. Электронная почта.

— Ты отправил ей электронное письмо?

— Просто послушай. Когда я вернулся, отправив на Амазон эту чертову книгу, Джанин сидела в конторе и хохотала над анекдотом, который, как она думала, прислал я.

— Да, ты мне его тоже прислал. Ничего смешного в нем не было.

— В том-то и дело — я ничего не посылал.

— Что? — Стеф казалась разозленной из-за того, что я меняю тему.

— Я ничего не посылал. Ни тебе, ни Джанин, никому вообще. Это сделал кто-то другой, воспользовавшись моим почтовым ящиком. Именно поэтому я сегодня поздно приехал домой — пока ты не начала придумывать другие причины, — потому я беседовал с компьютерщиком, который работает на «Недвижимость», и пытался понять, что случилось, как было послано это письмо.

Она засопела.

— С чего бы мне тебе верить?

Я вытащил телефон.

— Его номер — первый в списке исходящих звонков. Позвони ему прямо сейчас, Стеф. Спроси, действительно ли мы с ним сидели за столиком перед кафе-мороженым на Серкле. Спроси, не ел ли он шоколадный рожок. Или ты думаешь, что я слишком далеко зашел по стезе греха и способен подговорить первого встречного солгать, чтобы подтвердить свое алиби?

Она ничего не сказала. На ее лице отражалась сложная смесь гнева, обиды и отвращения.

— Подожди секунду, — сказал я, молясь тому мелкому богу, который помогает риелторам, вляпавшимся в серьезные неприятности не по своей вине. Я наклонился над ноутбуком и открыл свою почту. Только что пришло пять сообщений. Парочка бодрых рекламных рассылок, два письма от клиентов… и одно от Кевина. Слава богу!

Я открыл письмо.

— Читай.

Стеф с большой неохотой наклонилась над экраном и прочла письмо. Пару слов о встрече, которую я только что описал, страница сложных инструкций, как вычислить клавиатурного шпиона, и введение в «Шпионаж через Wi-Fi 101».

Она не поднимала на меня глаз.

— И что это доказывает?

— Кто-то рылся в моем ящике, — пояснил я. — Они заказали книгу на Амазоне от моего имени, а сегодня утром разослали тупой расистский анекдот.

— Даже если так и было, какое отношение это имеет к тому, что ты фотографировал Каррен?

Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. На самом деле она права. Никакого. Из-за этих фотографий мы оказались на новой, неизведанной территории.

Которую пора уже подробно исследовать.

Глава 11

К тому времени, когда Стеф отправилась спать, ничего не прояснилось и не улучшилось. Мы так и ходили по кругу, пока усталость не вывела Стеф с моей орбиты. Я не сразу пошел за ней. За все годы, прожитые вместе, мы со Стефани крайне редко ссорились по-крупному, но я знал, что требуется время, чтобы сгладить острые углы, — время и пространство, чтобы здравый смысл восторжествовал. Нет смысла говорить разгневанному человеку, что он бесится зря. Необходимо дождаться, пока страсти поостынут.

А до того, следуя указаниям из письма Кевина, я проверил свой ноутбук. За моим логином не скрывалось никаких странных приложений, никаких таинственных процессов не шло без отображения в окнах — насколько мне удалось установить. Кевин в своем письма повторял, что имеются и другие, более радикальные способы вмешательства, но любые попытки с моей стороны вычислить их, скорее всего, приведут к тому, что компьютер просто «накроется». Я понятия не имел, что это значит, но звучало подозрительно, и я не хотел такого результата. Достаточно того, что у меня уже «накрылась» личная жизнь.

17
{"b":"150013","o":1}