Литмир - Электронная Библиотека

— А как же мое обаяние?

— Вот почему и распался наш брак.

Ни признака хоть какого-то подобия улыбки на ее лице. Не так, как он планировал. Как же он устал!.. Но в отчаянные времена надо использовать не менее отчаянные меры. Пусть снова посозерцает его неотразимую улыбку. Когда-то она не могла ей сопротивляться.

— Прекрати, Ник!

Он невинно пожал плечами, словно ничего не случилось. За этот жест он вполне мог бы получить и «Оскара».

— Я все вижу. Но у тебя ничего не получится. На этот раз.

Кто знает. Может, теперь Адель научилась защищаться и не среагирует на его обаяние. В конце концов, они давно не виделись, многое могло измениться за это время. Но именно этой непредсказуемостью поведения она всегда и привлекала его: огонь и лед. Вот какой она была, его Адель…

Он подошел к ней, а она отпрянула.

— Это тебе надо поговорить. А я немного занята.

— Вижу, вижу, — он окинул ее взглядом с головы до ног и ощутил знакомый прилив желания при виде полуголых ножек бывшей — еще недавно его! — жены.

Адель посильнее запахнула халатик.

— Можешь позвонить мне в офис на следующей неделе. Я начала вести большой проект, но на тебя найдется пара минут во вторник. Где ты остановишься?

Ник поднял бровь и задумчиво обвел взглядом кухню.

— Никогда! Даже не думай об этом! — выпалила Адель.

Он моргнул.

— Но это еще и мой дом.

— Внесу поправку. Возможно, это твойдом в плане собственности. Но уже не твойв плане семьи. Особенно с тех самых пор, как ты сбежал за Атлантический океан и не давал о себе знать целых девять месяцев! — Адель сложила руки на груди и выжидательно посмотрела на него.

Не время напоминать ей о том, почему он был вынужден вернуться. После того скандала ему пришлось спешным, делом собирать вещи, но, когда он вернулся домой, Адели и след простыл — она переехала к подруге.

Нет. Не стоит об этом напоминать. Вряд ли кому-либо приятно вспоминать собственные ошибки. Честно говоря, и ему бы вспоминать не хотелось. Лежат себе эти воспоминания где-то в дальнем ящике памяти, и пусть себе лежат.

Он сбросил куртку и опустился на мягкий диван, притулившийся в уголке.

— Ну, и как насчет чая?

Адель прикрыла глаза рукой и пожала плечами. Ладно, первый раунд выиграл он.

— Приготовь сам. Я иду наверх. Но если ты думаешь, что можешь внести ту старую дорожную сумку, с которой ты явился сюда, в мою спальню, то сильно заблуждаешься. Остановишься в соседней комнате.

Вот как!

Ник поморщился, когда Адель развернулась и побежала наверх. Пусть все случилось немного не так, как он планировал, зато она не выгнала его. И хотя сейчас ему не удалось ее рассмешить, он это сделает в следующий раз. Вот уж что у него получалось просто отлично!

Видеть Адель оживленной, смеющейся доставляло Нику невероятную радость. Правда, сначала она всегда начинала дуться и раздувалась до размеров рыбы-иглобрюха, но ему все равно удавалось стереть с ее лица это надменно-строгое выражение. А лукавые смешинки, которые тогда появлялись в ее глазах, как они радовали его! Одно его слово — и она начинала хохотать! Вот тогда Адель и превращалась в ту страстную женщину, которую он любил…

Ник откинулся на подушки и закрыл глаза.

Как хорошо все же оказаться на мягком после долгого полета в неудобном кресле. А если еще закрыть глаза да представить, что Адель сидит рядом… вообще блаженство!

Засыпая, он улыбался сам себе…

Адель тихонько приоткрыла кухонную дверь. Все тихо. Слишком тихо. Как всегда с Ником, это было подозрительно. Раскрыв дверь шире, Адель увидела Ника на диване. Он спал как невинное дитя.

Она едва не закричала на него. Да как это у него получается?! Как ему удавалось так невинно выглядеть, когда он спал?

Эти знакомые волнистые волосы, чуть длиннее обычного… Она невольно вспомнила, какими они были на ощупь. Как часто она гладила его по волосам, когда он спал. Адель еле остановила себя, чтобы не подойти и не погладить его снова.

Так, непорядок. Надо убираться отсюда подобру-поздорову. Она ведь еще не забыла причины, по которой Ник Хьюис не должен появляться рядом с ней ближе, чем на расстояние в пять миль.

Схватив свою сумочку со столика, Адель закрыла кухонную дверь. Несколько минут спустя на ней уже были пальто, шарф и перчатки, а сама она выбегала на улицу. Середина февраля в Лондоне — сырость и холод, и все в таком духе.

Адель побежала к подруге. Мона всегда помогала, когда спокойная жизнь Адели начинала сбоить.

Мона встретила подругу у дверей, с ребенком на руках.

— Боже, Адель! Что случилось?

— Ник!

Мона открыла рот и приложила руку к губам.

— Несчастный случай?

— Хуже.

— Хуже, чем свалиться в пропасть с вершины горы?

— Не представляю, был ли он в горах в последнее время, но зато знаю, где он находится последние полчаса. Мой любящий экс-муж сейчас преспокойно спит на диване у меня дома.

Брови Моны грозно сошлись на переносице.

— Давай заходи и рассказывай.

Адель зашла, и все понеслось, словно по замкнутому кругу: волна воспоминаний нахлынула на нее…

Работа у Ника была что надо: дизайнер по спецэффектам в фильмах и рекламах. А это предполагает командировки по всему миру, с разными компаниями, а также постоянное сидение перед компьютером. И каким бы обаянием ни обладал Ник, оно меркло по сравнению с тем, что он постоянно отсутствовал в жизни Адель. Нет, сначала все было хорошо. Но потом… Потом ей все это надоело. Они стали ругаться. Главный пункт, по которому они не сходились, была работа Адель. Ник хотел, чтобы жена сидела дома. У Адель же была своя фирма, свое дело, которое она открыла не без труда. И что же? Все просто так бросить? Начались скандалы, скандалы, скандалы…

Мона всегда была хорошей подругой. Вот и сейчас, уложив спать малышку, она выслушала Адель за рюмочкой красного вина. За разговором решили, что Адель временно переедет к Моне. А там — будет день, будет и пища.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Ник проснулся оттого, что ощутил на лбу прикосновение чьих-то пальцев. Проснувшись окончательно, он понял, что это его собственная рука. Какая досада! Он потер затекшую руку.

На кухне был включен свет, а за окном по-прежнему темно. Сколько же сейчас времени? Батюшки, шесть утра? Быть не может. Он заснул? Неудивительно, что все тело онемело: провести на диванных подушках больше двенадцати часов!

Адель, наверное, должна встать через час или около того. Она всегда была ранней пташкой, не то что он со своими совиными привычками.

Да… придется немного подождать с разговором. Сначала в душ! На автопилоте Ник чуть было не зарулил в спальню Адель. Вовремя остановился. Молодец, парень!

И все-таки здорово было бы снова вернуться к той старой жизни! Правда, это не так-то просто сделать. Его привычка не обращать внимания на неприятное и на этот раз подвела его. Ник понял, что невозможно прятать боль глубоко в душе, на людях играя роль веселого и беззаботного парня, у которого всегда про запас есть анекдот к месту.

Где-то через полчаса Ник побрился, оделся и пошел на кухню готовить кофе. Хорошо застать Адель в бодром состоянии духа. А уж там… он-то знал, как уговорить свою женушку. Его испытанные методы никогда не подводили. И на сей раз он надеялся на них же.

Вот сейчас спустится Адель… Но сколько он ни ждал, Адели все не было и не было.

Может, принести ей завтрак в кровать? Что-то он не помнил, чтобы жена так долго залеживалась в постели.

Ах, как же он по ней скучал, как скучал! Несмотря даже на их чудовищную ссору, которая произошла после его долгого отсутствия в последний раз. Но то ведь был долгосрочный контракт, неужели она не могла понять? Нет, она полностью зациклена на себе и своей собственной работе. Даже не замечала, что рядом с ней — настоящий мужчина, с достойной работой, которую надо ставить на первое место.

2
{"b":"147621","o":1}