Литмир - Электронная Библиотека
A
A

– Андрей Игоревич, скажите, а вы бы не хотели поработать штатным психологом в одном весьма приличном учебном заведении?

Оба-на, прямо так, без предисловия. Ни здрасте тебе, ни как зовут. Правда, голос у собеседника приятный. Тембр такой глубокий, ровный. Как у настоящего препода по какой-нибудь риторике или изысканной словесности. Я с трудом подавил готовый вырваться смешок. Даже рот себе рукой зажал. Но через секунду поспешил ответить.

– Я бы, может быть, и хотел. Но вопрос оплаты, как вы сами понимаете, в наше время первостепенен.

– Оплата полностью вас удовлетворит.

– А конкретно не можете сказать?

– Не могу. Иначе вы сразу согласитесь, а мне бы хотелось иметь возможность убедиться, что вы именно тот человек, который нам нужен.

– Ну так убеждайтесь. Я готов ответить на любые вопросы.

– Если я спрошу, как вы относитесь к темным эльфам, как вы мне ответите?

Я растерялся. Даже на время дышать забыл. Проанализировал голос, которым был задан этот нелепейший вопрос и как-то неожиданно для себя решил, что мужик на том конце провода не шутит, а вполне себе серьезен. Не могу сказать, что заставило так думать. Но признаюсь, что есть у меня небольшой пунктик. А может, и большой. Я своему чутью верю. Что это за зверь такой? Ну, интуиция или предчувствие какое. Я, было время, игнорировал все эти посылы подсознания, но после того, как несколько раз напоролся на «пары» в журнале еще в школе, а потом, уже в институте, чудом выскочил из-под колес машины с пьяным водилой за рулем – зарекся. Я сам себе не враг, а интуиции собственной верить нужно, даже если непонятно, откуда на меня все эти озарения нисходят. Решив, что ржать как-то неуместно да и иронизировать тоже вроде ни к чему, попытался предельно честно ответить на поставленный вопрос.

– Скажу, что, похоже, вы меня разыгрываете, несмотря на то, что голос у вас звучит удручающе честно и вам, как ни странно, хочется верить. Но если предположить, что мы разговариваем из двух разных миров, то я, пожалуй, не отказался бы сначала взглянуть на этих ваших ушастиков, хоть темных, хоть светлых, а потом бы уже сказал, как я к ним отношусь.

– Вы меня, не стану скрывать, удивили, Андрей Игоревич, – ответил потенциальный работодатель и… повесил трубку.

Что за фигня, я не понял?! Тогда к чему был весь этот бессмысленный разговор? Хоть бы на собеседование пригласили, так вас разэдак! Интересно же, что за школа такая, для работы в которой нужно свое собственное мнение об эльфах иметь!

Глава первая

Эльф ходит в гости по утрам

Андрей и Барсим

Умыт, одет и собран. Готов к боевым свершениям на ниве стачивания зубов об успевший набить оскомину гранит науки – да-да, сегодня решил-таки доползти до универа. Позавтракал. Никого себе не трогал. В дверь постучали.

Живу я в трехкомнатной хрущевке. Досталась от бабушки. Бабулю родители к себе, еще когда я только в универ поступил, забрали и отселили меня, так сказать, от семьи. Собственно, я в ту пору был всеми конечностями «за», да и сейчас не жалуюсь. Отдельное жилье – это вещь! Так вот…

Утро. Под окнами мусоровоз пропыхтел соляркой, ожидая, когда жильцы близлежащих домов снесут ему в кузов аккуратные и не очень пакетики с мусором, кто-то даже ведра по старинке вытащил. До этих прогресс в виде мусорных пакетов, видимо, еще не дошел. В дверь постучали снова. Значит, уже проснулся и не ловлю глюки после вчерашних безрадостных событий. Приятно, однако, а то после того телефонного звонка я было начал думать, что крыша у меня в неполные двадцать четыре начала съезжать не по-детски.

Встал, протопал к входной двери. Выглянул в «глазок». И минут пять решал, открывать или пойти порыться в дверце холодильника и проглотить что-нибудь для поддержания мозговой деятельности. Я не уверен, что в моей нехитрой аптечке есть таблетки для вправления съехавших набекрень мозгов, но поискать все же, наверное, стоит.

В дверь стучать перестали. Галлюцинация знает, что я на нее смотрю. Ну, по крайней мере, ведет себя так, словно знает. Вздохнул. Чутье промолчало, но, если не выгляну в коридор, никогда не смогу убедиться, что меня на самом деле всего лишь приглючило. Поэтому, плюнув на всякую осторожность, провернул ключ в замке и решительно открыл дверь.

На пороге увидел парня с холодным взглядом, военной выправкой, темно-красными волосами, спускающимися куда-то далеко ниже плеч, и ушами, каждое из которых, если мерить от верха до острого кончика, добрых сантиметров двадцать, если не двадцать пять. Похлопал глазами и тупо уставился на пришельца.

– Я могу войти?

Вздохнул, отошел в сторону. Пропустил чуду-юду в квартиру. На фига мне это делать? Глюк, он хоть и глюк, но все же свой, домашний. Раз пришел, чего уж его теперь на пороге держать?

Теперь куда лучше можно было рассмотреть красноволосого и длинноухого. Одежда у него под стать внешности. Высокие сапоги-ботфорты до середины бедра, кафтан – или эта часть мужского гардероба камзолом называется? – не так важно. Кафтан этот весь в серебряном шитье, а сам темно-синий. На шее у парня цепочка, на ней висит медальон с непонятными символами. В правом ухе пять или шесть сережек. Та, которая на самом кончике, – с большим красным камнем. Волосы не такие длинные, какими показались вначале. Всего-то лопатки прикрывают. А на плечах какие-то нашивки. Похоже, этот мужик – военный или кто-то типа того. Ладно, но пора бы уже и спросить, чем обязан визиту?

Незнакомец тем временем изучал меня. То, что он видел, судя по всему, ему не понравилось. Мне в принципе по барабану. Но ничего, сейчас я этого красавца с девчачьей мордашкой просвещу.

– Если нечего сказать, проваливай, – вышло грубо, знаю. А чего он хотел? С глюками так и надо, чтобы потом неповадно было.

Парень едва уловимо поморщился, но с непередаваемой миной на породистом лице заявил:

– Я по поручению ректора Ви’Хольма.

– И кто это?

– Он связывался с вами вчера.

– Тот, кто про ушастиков спрашивал?

– Каких ушастиков? – в первый момент стушевался красноволосый.

О, похоже, кто-то себя в зеркале давно не видел!

– Ну таких же, как ты.

В лице у галлюцинации что-то изменилось. Нет, честно. У меня даже появилось ощущение, что этот напыщенный эльф, или под кого он там косит, сейчас мне прямо в морду зарычит что-то типа: «Ты кого ушастиком назвал?!» Но нужно отдать парню должное – сдержался. Зато на «ты» тут же перешел без всяких проблем.

– Если ты такое скажешь кому-нибудь из темных, больше уже ничего сказать в этой жизни не сможешь! – прошипел он, прожигая меня взглядом. Ой боюсь-боюсь!

– Что, такие вредные родственнички? – невинно полюбопытствовал я и развернулся в сторону кухни. И пока он придумывал, что мне на это ответить, даже успел спросить: – Ты что будешь, чай или кофе? Только у меня кофе – растворимый. Бурда бурдой.

– Ты лишен инстинкта самосохранения? – наконец спросил меня гость, застыв на пороге кухни.

Почесав тыковку, честно попытался сложить два плюс два. Я, вообще, далеко не так туп, как обо мне некоторые думают. Просто у наших преподов учиться мне не нравится. Они ведь у нас в последнее время читали только ту часть, которую им по учебному плану знать полагается, а если вопросы начинаешь задавать по теме, но умные, сразу ты, значит, дурак и незачет по тебе плачет. Короче, я с вопросами своими завязал еще на первом курсе, когда первая сессия мне крылышки хорошо так обломала. Но с логикой у меня всегда было в порядке. Значит, если этот приперся по поручению того, я все-таки своим ответом произвел неизгладимое впечатление. А что мне успел сказать первый? Что нужен ему психолог, и не куда-нибудь, а в школу или еще какое-то учебное заведение. То есть с детьми работать предстоит. А потом был этот идиотский вопрос про эльфов. И вот теперь передо мной, если глаза не изменяют и чутье не подводит, стоит один из этих самых эльфов, только не маленький, а большой. Наверное, тоже сотрудник их фирмы.

2
{"b":"144563","o":1}