Литмир - Электронная Библиотека

— Черт-те что! — воскликнул Калеб.

— Что-то случилось, Калеб? — Стэн Ричи выглянул из другой комнаты.

Калеб думал, что его голова просто взорвется.

— Я вернусь через десять-двадцать минут, — сказал он, взял листок бумаги и вышел.

Пройдя немного, Калеб налетел на двух пожилых людей и леди, которая выгуливала свою собаку. Пробормотав извинения и убедившись, что с ними все в порядке, он пошел дальше. Он рванул дверь в магазин.

В магазине, обычно тихом и спокойном, сейчас было много народу и горел яркий свет. Калеб застыл на месте. Он совсем забыл. Виктория сменила имидж, и теперь в ее магазине на стенах были нарисованы облака и звезды, на стеллажах стояла художественная литература и детские книжки, а на ковре стояли кушетки. Было много цветов, печенья и женщин.

Все обратили внимание на то, как резко открылась дверь.

Он сразу нашел Викторию в толпе. Его глаза метали молнии.

Виктория удивилась.

— Мистер Фремонт? — спросила она.

МистерФремонт? Она называет его мистер Фремонт, хотя только три дня назад она просила его лечь к ней в постель, чтобы зачать ребенка.

А теперь она предлагает себя первому встречному.

— Нам нужно поговорить, — сказал он, игнорируя посетителей.

Виктория посмотрела на толпу народа.

— Вряд ли нам это удастся. Я не могу уйти. У меня покупатели.

Калеб вытащил блокнот и ручку, которые всегда носил с собой.

— На тот случай, если кто-то захочет что-то купить, — сказал он, входя в магазин и кладя блокнот на журнал регистрации. — Я компенсирую вам стоимость первой книги, которую у вас купят в ближайший час, — сказал он, обращаясь к толпе, но не сводя глаз с Виктории.

Виктория смутилась.

— Это не обязательно.

— Ваше отсутствие в магазине может обойтись вам в круглую сумму, а ведь у нас с вами деловые отношения, не так ли? Бизнес?

Виктория подняла подбородок.

— Я никогда иначе не думала.

Точно. Она хотела сделать ребенка, черт возьми, и считала это бизнесом. Теперь она упрашивала мужчин сделать это в своем объявлении. Калеба интересовало, обращалась ли она с той же просьбой к кому-нибудь до того, как прийти к нему. Неужели она не понимала, что полно мужчин, которые захотят воспользоваться ею? Мужчин, которых не интересует ее желание завести ребенка, которые просто захотят залезть к ней в постель?

Посмотрев в ее глаза, он понял, что у нее даже мысли подобной не было. Что она сказала ему? Что она дева? Его ярость возрастала.

— Пойдемте, — сказал он, протягивая руку. Она посмотрела на него так, будто он предложил ей прижать к себе крокодила.

Глаза всех посетителей уставились на них. Они стали центром внимания. Он мог поклясться, что она вздрогнула. Виктория сложила руки за спиной и нервно сцепила их.

— Если вы так боитесь за магазин, — сказал он более мягким тоном, — я сделаю по-другому. Сделайте заказ на пятьдесят копий вашего вчерашнего бестселлера. — Он многое узнал о ее магазине благодаря статье в его газете, которая была посвящена местному бизнесу. Каждый день она писала на доске название вчерашнего бестселлера.

Виктория подняла бровь.

— Вы этого хотите? Разносчик привез художественную литературу и другие книги только сегодня утром, а вчера я продавала исключительно исторические романы.

— Не важно.

— Вы уверены? — Она говорила очень громко.

— Хорошо, скажите, как называется вчерашний бестселлер?

— Это нечто, что вам будет интересно, Калеб. — Виктория поднесла к нему маленькую доску с названием. Книга называлась «История и искусство контрацепции».

Виктории самой стало неудобно.

— Я выйду с вами, — неожиданно сказала она. — Забудьте про книги.

— Как приятно, что вы составите мне компанию, — сказал он, — но про книги я не забуду. Я не отступаю от своих слов. Пятьдесят копий, — повторил он.

Он взял ее за руку и потянул к выходу. Ее нежные пальцы выскользнули из его ладони.

Он притянул ее ближе, и это было ошибкой, потому что он почувствовал, что начал возбуждаться.

Выйдя из магазина, Виктория уставилась на него.

— Калеб, почему ты так расстроен? — спросила она. — Я не хотела спрашивать, там было много народу. Теперь нам никто не мешает, и я хочу знать, почему ты так зол. Я бы могла понять, если бы ты разозлился тогда, но я извинилась. Я думала, что мы все выяснили.

Он помахал листом, на котором было напечатано объявление.

— Ты написала это?

Она внимательно и спокойно прочитала объявление.

— Да, я. Ну и что?

Калеб придвинулся ближе, он почти касался ее. Ее карие глаза, ее изящная фигурка и этот деловой тон сводили его с ума. И это хрупкое тело она собиралась предложить первому встречному.

— Вам, мисс Холбрук, — сказал он, специально называя ее так, зная, что она не любит подобное обращение, — нужно научиться распознавать мужчин.

Виктория посмотрела на него. Он еле сдерживал себя, чтобы не притянуть ее к себе и не поцеловать.

— Ты хочешь научить меня? — неожиданно спросила она.

Калеб глубоко вздохнул.

— Определенно. Пойдем к тебе, и я расскажу, что тебе надо знать.

И тут он не сдержался. Он придвинулся ближе, схватил ее и пылко поцеловал.

Виктория вздохнула во время поцелуя, и это совершенно свело его с ума.

— Что это было? — спросила она, ее голос дрожал.

— Это, — сказал он, — был первый урок.

В его словах не было никакого смысла, но Калебу было наплевать. Желание поцеловать Викторию поглотило его. Ее губы были такими сладкими, что от них невозможно было оторваться. Только бы не потерять голову, подумал он.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Мысли Виктории путались. Ее губы дрожали и горели. Она очень многого не знала о мужчинах и не могла понять, почему мужчина, которого она практически не знала, вызвал в ней такие чувства.

— Почему ты такой злой? — сказала она, останавливаясь перед своим домом.

Калеб сжал ее руку и повернулся, чтобы посмотреть на нее.

— Ты ведь не собираешься обсуждать это на улице? — спросил он, нахмурив лоб.

Его серебристо-голубые глаза испытующе смотрели на нее, и она поняла, что не знает, чего хочет. Виктория оглянулась. Вокруг никого не было, но рядом стоял Калеб и смотрел так, будто мог видеть сквозь ее строгий костюм. Виктория почувствовала себя раздетой. Но хуже того, она поняла, что она хочет, чтобы ее раздели. Не дай бог, чтобы кто-нибудь узнал ее мысли, и особенно Калеб, который сказал, что не хочет спать с ней.

Виктория распрямила плечи и высокомерно посмотрела на Калеба.

— Хорошо, я сделаю, как вы хотите, мистер Фремонт, — сказала она, осторожно обходя его и приглашая его войти.

На секунду Виктории показалось, что она услышала какой-то звук, и она тут же поняла — Калеб смеется над ней!

Виктории хотелось убежать. Калеб унизил ее, смутил, из-за него она надела красное платье, и к тому же он услышал ругательство Боба. Он поцеловал ее, от этого поцелуя у нее горели губы, а для него этот поцелуй ничего не значил. А теперь он еще и смеется над ней. Она никогда еще не чувствовала себя так странно. Калеб смотрел на нее оценивающим взглядом — наверное, он сравнивал ее с теми женщинами, с которыми встречался. С настоящими женщинами, которые знали, как носить обтягивающие красные платья и правильно пользоваться косметикой. С женщинами, которые умели заставить мужчину переспать с ними. С женщинами, на которых она не была похожа. Но вообще-то, если не считать того, что она рассматривала Калеба Фремонта, как прекрасного донора спермы, он ровным счетом ничего не значил для нее. Она сделала ошибку, выбрав его, но теперь она все исправит.

— Мистер Фремонт, — сказала она, не давая ему возможности ее отчитывать, — вам не обязательно говорить со мной на эту тему. Уверяю вас, я уже взрослая и все могу решать сама.

Он медленно покачал головой.

— Извините, но вы далеки от истины.

7
{"b":"141892","o":1}