Ханна сидела на полу и что-то рисовала мелом по доске для письма. Девочка задорно улыбнулась наезднице, и та тоже в ответ расцвела в улыбке. Когда рядом был этот непоседливый ребенок, Дэвлин всегда улыбалась.
Мэтью сидел за столом рядом с Дэвлин и укладывал в сумку свои принадлежности для письма.
– А ты тоже пойдешь с нами в школу, Дэв?- спросила Ханна,- Я уже учусь читать.
Сара заметила странное выражение, мелькнувшее на лице Дэвлин. Нечто, схожее с паникой. Подумав, она приписала это к болезненным ощущениям от того, что женщина не могла усидеть на стуле.
– Ханна, занимайся, пожалуйста, своим делом, и не мешай Дэвлин отдыхать,- строго сказала Сара дочери.
– Я подумала, может быть, Дэвлин тоже хочет пойти с нами учиться читать,- девочка взглянула снизу вверх на мать.
– Не будь глупой,- ответил Мэт сестре,- взрослые уже умеют читать.
– Мэтью, не называй сестру глупой… а теперь, оба за стол.
Сара собиралась переглянуться заговорщически с Дэвлин, но, обернувшись к женщине, увидела, что та потупила голову и пристально рассматривает свои ботинки, намертво вцепившись в стул, так, что побелели костяшки пальцев. Сначала Сара подумала, что наездница пытается перетерпеть одну из волн боли, что периодически накатывали на нее, но Дэвлин вдруг подняла голову и сквозь упавшие на лицо волосы посмотрела прямо в глаза Саре. Наездница робко улыбнулась Саре, но эта была не та улыбка, что обычно предназначалась молодой женщине. Казалось, в радужках голубых глаз затаилась боль. Когда до Сары наконец дошло, что все это значит, она сначала даже растерялась, как же сделать так, чтобы облегчить Дэвлин ее мучения. В голову ей пришел один единственный выход, как сделать так, чтобы помочь Дэвлин и при этом, чтоб она не чувствовала неуютно, прося о помощи.
Вечером дети делали уроки на завтра. Мэтью бился с математикой, которая ему никак не давалась.
– Нет, милый… смотри, это число умножается на это.- Сара поправила ошибку на его доске.
– Я не могу, мама,- растерянно сказал Мэт,- Так много чисел! Как можно посчитать, сколько будет 500 помноженное на 325? Это же невозможно!
– Сто шестьдесят две тысячи пятьсот, – не задумываясь, ответила Дэвлин.
Все тут же посмотрели на наездницу, которая все так же безуспешно пыталась устроиться удобно на стуле.
– А еще можешь?- спросил Мэт.
Сара дала наезднице несколько примеров посложнее, и она все их без труда решила в уме за считанные секунды. Сара едва успевала записать на доске ответ, после того, как умножала все в столбик, а Дэвлин уже давно все сосчитала. Стоило наезднице услышать пример, как она на мгновение морщила лоб, а через секунду произносила ответ. Правильный ответ.
– Дэв, это просто потрясающе… как у тебя получается?- спросила Сара.
– Да как-то так,- ответила Дэв, одновременно и польщенная и немного напуганная.- Я путешествовала с одним парнем, он был аптекарем, вот и научил меня.
– А меня можешь научить, Дэв?- горячо спросил Мэт,- Можно, мам?
– Это не так просто выучить, если считать твоим способом, Мэт,- ответила наездница.
– Ерунда.- вставила Сара,- Уж лучше научиться считать способом Дэвлин и делать это правильно, чем день за днем просиживать перед доской, ничего не понимая. То есть, конечно, если Дэв захочет научить нас,- Сара улыбнулась, включив себя в группу учеников.
Дэв снова улыбнулась Саре прежней обаятельной улыбкой, счастливая, от того, что может сама чему-то научить.
***
Дэвлин не могла припомнить, чтобы когда-то она чувствовала себя такой усталой и измотанной. Наверное, чем старше я становлюсь, тем тяжелее оправиться от таких ранений. Подумала она, когда Сара подошла, чтобы помочь ей приподняться со стула. Несколько раз за день она засыпала на ходу. Но всегда знала, если что, Сара ее разбудит. Было так необычно чувствовать себя в безопасности и спать глубоко, не просыпаясь настороженно от каждого шороха. Она могла только молиться Духам, чтобы слабость отпустила ее до того, как случиться что-нибудь плохое и ей придется защищать Сару и детей.
Дэв криво усмехнулась, представив, каким бы взглядом смерила бы ее Сара, знай она, что Дэвлин думает о ней как о человеке, которого требуется защищать. Ты совершенно независимая, Сара… может быть, именно поэтому я люблю тебя так сильно.
Наездница оперлась на Сару, чтобы переместить свой вес с раненного бедра. До этого, когда она попыталась встать самостоятельно, через секунду она уже припала на одно колено от боли.
– Сара, я могу пойти в свою комнату, не хочу, чтобы тебе приходилось ютиться на кроватке Ханы.
– Дэв, ты едва можешь передвигаться без помощи. Что если тебе вдруг среди ночи что-нибудь понадобится? Я даже не узнаю… кроме того, я же глаз не смогу сомкнуть, зная что ты там одна и волнуясь за тебя.- Ответила Сара с ласковой улыбкой.
Дэвлин позволила довести себя до спальни молодой женщины и уложить на кровать. Тихий стон боли вырвался из ее груди, когда она распрямилась и вытянулась вдоль широкой кровати. Саре показалось, что Дэвлин все еще хочет встать и уйти.
– Дэвлин, ты взрослая разумная женщина… пожалуйста, оставайся таковой, не вставай. Пожалуйста, ради меня?- попросила Сара.
Последние два слова сковали Дэвлин намертво. Теперь она ни за что не поднялась бы с кровати без разрешения Сары. Ради тебя? Сара, да я все, что угодно для тебя сделаю! Наездница кивнула, и Сара оставила комнату, чтобы Дэвлин могла раздеться в одиночестве.
Когда Сара вернулась, Дэв уже переоделась в свою голубую рубашку и забралась под одеяло. Молодая женщина тоже переоделась в ночную сорочку и сверху накинула легкий хлопковый халат, перетянутый в талии. Сара села у небольшого зеркала и начала расплетать свои светлые волосы. Чтобы длинные пряди не спадали на лицо, она днем заплетала их сзади в несколько косичек и связывала шнурком, а остальные свободно спадали на спину.
Дэв подумала, что на земле нет ничего красивее того, что она наблюдала сейчас. Сара медленно проводила расческой по волосам цвета спелой пшеницы, задумчиво глядя на свое отражение в зеркале. Закончив, она пересела на край кровати Дэвлин, поджав под себя ноги.
– Хочешь, я почитаю на ночь?- спросила она, потянувшись за книгой, которую она держала на прикроватной тумбочке. С тех пор, как Дэвлин вынуждена была проводить большую часть дня в кровати, Сара завела привычку читать ей на ночь «Графа Монте-Кристо». Казалось, наездница наслаждалась историей, но сегодня почему-то грустно покачала головой.
– Не нужно читать мне, Сара,- тихо сказала она.
– Прости, ты должна была сказать мне раньше… я думала, тебе нравится роман,- ответила Сара.
– Нет, дело не в этом… просто…- Дэв забрала книгу из рук Сары и вернула ее на тумбочку.- Ты не обязана читать мне.- Закончила Дэвлин, прикрывая глаза.
– Ты дочитаешь ее сама?- грустно спросила Сара.
Дэв открыла глаза. Глаза полные слез. Когда слезинка начали скатываться по щекам, Дэв подняла глаза к потолку изо всех сил пытаясь унять слезы.
– Думаю, мы обе знаем, что это невозможно,- Ответила Дэвлин, вдруг догадавшись, что Сара уже знает ее секрет.
– Дэв, я могла бы…- Но ее резко перебили.
– Нет. Сара, пожалуйста… не надо,- сказала Дэвлин, проклиная себя за то, что слезы все продолжали литься и она ничего не могла с этим поделать. Она не могла даже убежать.
– Мне не нужна жалость… или милосердие, особенно от тебя.- прошептала Дэвлин.
– Вот почему ты думаешь, я хочу помочь тебе… из жалости?- Тихо спросила Сара, протягивая руку, чтобы стереть слезы с красивого лица Дэвлин.
Наездница резко дернулась, уклоняясь от руки Сары, не в силах сдержать эмоции.
– Я не предлагаю тебе помощь из жалости, Дэв. Я делаю это, потому что ты мне не безразлична, я желаю тебе добра. Ты стала мне так же близка, как настоящая сестра… я люблю тебя как члена своей семьи. Я знаю, что смутила тебя, но надеюсь, не расстроила. Я просто хочу помочь… а не сделать тебе плохо.- закончила Сара со слезами на глазах.