Заключенный как-то косо мотнул головой, его трясло.
— Вижу, понял. Конечно, мы бы тебя пожурили потом, епитимью наложили бы, может, даже кнутами отделали на площади, чтобы другим неповадно. Ерунда, поболело бы и прошло, зато жив бы остался. Разве ж мы звери какие, мы тоже уважаем людей, которые с понятием. А ты сам себе подгадил. На себя и пеняй.
— Но я же… — хрипло прошептал заключенный. — Она же…
— Да знаю я, знаю. Ну да, она была ведьмой. Мы за ней давно следили.
— К-как?!
— Ага, вот она, твоя четвертая ошибка. Ты что же думал, наша задача изводить ведьм? Да ты просто глуп, если так. Наша задача — охранять закон и порядок, а где надо — насаждать его силой. А не было бы ведьм, что тогда? Не было бы тогда и Инквизиции, а значит, опять беззаконие, анархия и ересь. Нет, ведьмы в разумных количествах должны существовать. И народ должен их бояться. А не бросаться на них с вилами наперерез… ишь, выдумал тоже! Пока есть страх перед ведьмами, будет и страх перед Инквизицией. А где страх, там и послушание.
— А чтобы было больше страха, вы и невиновных сжигаете?
— Соображаешь, — с ухмылкой кивнул Инквизитор. — В основном их, конечно. Кстати, неплохая профилактическая мера. Мало кто отважится заняться колдовством, если расплачиваться придется всей его родне. У ведьм уже сейчас учеников не хватает, а лет через двести-триста их и вовсе почти не останется.
— Ждать триста лет?..
— Что есть это время перед лицом Превечного? — Инквизитор благочестиво возвел глаза к потолку.
Заключенный опустил голову и обреченно замолк.
— Ну и последняя твоя ошибка, — добавил в заключение Инквизитор. — Самая главная. Тебе, как иудею, а стало быть, Антихристу, вообще не следовало нападать на ведьм. Нехорошо это. Не по-семейному.
*
Выходя утром на работу, я никак не ожидал встретить на лестничной площадке вооруженного гнома. Ничего удивительного, что остолбенел.
— А, уже собрался, — буркнул гном, заметив у меня в руках пакет с завтраком. — Ну, тогда пошли.
— К… куда? — выдавил я.
— Мир спасать, конечно, — пожал широкими плечами гном. — А что, есть варианты?
— Спасать мир… Я?!
— А хоть бы и ты. Не всё ли равно, кто, главное — спасти! Запирай дверь и пойдем, я по дороге всё объясню.
Я послушно запер дверь и пошел следом за гномом.
— Тут недалеко, — бросил он через плечо. — Так что я вкратце. Ты слышал что-нибудь про сезонные битвы Добра и Зла?
— Сезонные…
— Каждые сто лет Добро воюет со Злом. Чтобы спасти от него мир, само собой. И силы Добра всегда возглавляет какой-нибудь лопух со стороны — ну вот вроде тебя. А в самом конце непременно сталкивается с предводителем сил Зла, и вот тут-то происходит решающая битва… ты меня слушаешь?
— Слушаю.
— Это хорошо. Сейчас придем на место, получишь оружие — и вперед.
— Вперед? Куда?!
— Что значит — куда? Вперед.
Мы тем временем вышли на небольшой пустырь между домами, гном отстегнул от пояса короткий меч и сунул его мне в руки.
— Вот твоё оружие, — сказал он, потом указал кивком на нескладную фигуру у другого края пустыря. — А вот твой враг. Дерись.
Я пригляделся.
— Так это же Вася!
— Само собой. Так часто бывает. Сойдутся в финальной битве герои двух армий, и вдруг окажется, что они друзья детства.
Трава зашелестела, и перед нами оказался второй гном.
— А, привел? — он оглядел меня оценивающим взглядом. — А мы уже хотели засчитать вам проигрыш за неявку.
— Всё путем, — «мой» гном сделал ободряющий жест. — Можно начинать.
— А как же… Что, вот так, сразу..?
— Ну да! — подтвердили гномы. — Чего тянуть-то?
— Он, наверное, хотел знать, где армии Добра и Зла, верные спутники, приключения и всё такое, — догадался один гном.
Я кивнул.
— Так вот, этого не будет! — заявил второй. — Слишком расточительно получается. Вытоптанные поля, выжженые деревни… а народу сколько зазря гибнет! И всё ради того, чтобы в конце два придурка встретились и выяснили отношения. Нет уж, вы сразу набейте друг другу морды, и закончим на этом.
Я сглотнул и сделал несколько шагов вперед.
— Вась, ну ты того… не обижайся. Я не хотел.
Вася с натугой поднял меч и махнул им наотмашь, как ломом.
— Не подходи! Убью!
— Вась, ну как ты меня убьешь? — снисходительно улыбнулся я. — У тебя же зрение минус шесть, а ты без очков.
Вася вместо ответа снова отмахнулся мечом, не подпуская меня ближе.
— Всё равно убью! Добро всегда побеждает!
— Э-э-э… Вася, подожди минуточку, я сейчас.
Я вернулся к наблюдающим за дракой гномам.
— Можно уточняющий вопрос?
— Валяй.
— Я за кого играю? За Добро или за Зло?
— А какая разница, кто за кого, — пожал плечами «Васин» гном. — Вы, долговязые, все на одно лицо.
— Кто победит, тот и Добро, — пояснил «мой» гном.
— А драться обязательно? — после секундного раздумья спросил я.
— Не хочешь, не дерись, — равнодушно ответил гном.
Я обернулся к своему противнику.
— Вася! Слышал, да? Сдавайся!
— Сам сдавайся!
Я посмотрел на часы. До автобуса на работу оставалось всего три минуты.
— Ладно, сдаюсь!
— Добро победило, — констатировал «Васин» гном и пошел пожимать Васе руку. «Мой» тоже протянул ладонь, но от рукопожатия увернулся и раздраженно произнес:
— Меч!
— Что «меч»? А, меч… Да-да, конечно.
Я вернул гному меч, и он аккуратно привесил его к поясу.
— Он будет храниться в гномьей сокровищнице до следующей решающей битвы.
— Зачарованый? — уважительно покосился я на меч.
— Нет, казенный.
Гном развернулся и, не прощаясь, скрылся в высокой траве. Вася подошел ко мне, остановился, подслеповато моргая, и от души врезал кулаком в челюсть. Не попал.
*
— Как все плохо, — пожаловался я.
«и это пройдет…» — ответило кольцо.
— Что, неужели и это тоже?
«пройдет… и это»
— То есть пройдет все? А что же будет дальше, когда ничего не останется?
«Это пройдет… и»
*
— Откуда у тебя этот платок?! — грозно вопросил Кощей, тыча под нос Василисе тонкий батистовый платочек. — Я не дарил тебе такого! Признавайся, кто здесь был?
— Хоть режь меня, хоть бей меня, не скажу! — твердо отчеканила Василиса.
Кощей нахмурился, сложил пальцы «козой» и пошевелил ими в сторону Василисы.
— Ай! — взвизгнула Василиса. — Не надо, твоя взяла! Это Иван-царевича платок. Подарок памятный, чтобы смотреть на него и знать, что с милым всё в порядке.
— Подробнее, пожалуйста.
— Подробнее? Ну, если платок чистый — значит, жив-здоров Иван-царевич. Если в уголке кровь появилась — значит, худо ему. А если весь платок в крови…
— Ну, ясно, — кивнул Кощей. Старая добрая магия вуду. Просто и эффективно.
И он смачно высморкался в платок, прежде чем разорвать его в клочки.
*
— Я хочу снять этот лес на три месяца, — сказало Лето. — Плачу наличными! Сколько с меня?
— Дорого возьмем, — ответили Лету деревья.
— Ерунда, у меня денег куры не клюют, — отмахнулось Лето и достало из кармана пачку зелени.
С каждым деревом, с каждым кустом, с каждой самой тонкой веточкой Лето расплатилось сполна, весь лес засыпало зелеными листьями, и стало в нем хозяйкой на целых три месяца.
Потом пришла в лес Осень.
— Я хочу здесь пожить некоторое время. Сколько с меня?
— А чем заплатишь?
— Золотом.
Дорого пришлось заплатить Осени, но она не считалась с расходами, и уж конечно, не могла дать меньше, чем Лето!
А потом пришла Зима.
— Мне нравится этот лес, я здесь поселюсь месяца на три. Сколько вы за него брали? Так я заплачу в десять раз больше!
И щедрой рукой она стала сыпать серебро и алмазы — пока не засыпала весь лес драгоценностями по колено.
Прошло время, сокровища Зимы, как это часто бывает с сокровищами, утекли водой. А в лес пришла Весна.