— Мне казалось, ты способнее. Тебе выпала такая честь — быть моими глазами и ушами. А что получается?
— Я не подхожу, — сказал Кирилл, надеясь, что барс считает так же, и этот шпионский кошмар сейчас закончится. Но не тут-то было.
— А я все-таки в тебя верю, — произнес брат Нимрод. — Тебе просто не хватает опыта.
— Не хватает, — удрученно согласился Кирилл, понимая, что быть ему шпионом и дальше.
— Ну, вот что. Записывай все, что происходит в доме объекта, на магнитофон, — велел барс. — А записи приноси мне.
Этого только не хватало! — испугался Кирилл. Где он возьмет эти записи? Надо срочно что-то придумать.
— Так точно! — воскликнул он. — Отличная идея! Я принесу вам записи, а вы сами послушаете, и тогда будете уверены, что я ничего не забыл. А на прослушивание записи, скажем, за сутки, вам понадобятся всего сутки.
Как он и рассчитывал, эта мысль брату Нимроду не понравилась.
— Я передумал, — сказал барс. — Не записывай на магнитофон. Записывай лучше в блокнот. А затем рассказывай мне самое важное.
— Будет сделано! — с облегчением пообещал Кирилл.
Брат Нимрод встал, подошел к окну, отодвинул гардину и стал спиной к Кириллу, поглядывая на улицу.
— Помни, Кирилл, — сказал он. — Ты занимаешься делом величайшей важности. Делом, угодным Сверхобезьяну и всему братству. И если ты не оплошаешь, твое имя будет вписано золотыми буквами в список героев, приблизивших приход Сверхобезьяна…
Шимпанзе уныло слушал эти пафосные речи, думая, что лучше бы брат Нимрод рассказал о сути дела. И вдруг Кирилла осенило. Он кинул взгляд на барса и, убедившись, что тот уставился в окно, быстро вытащил из кармана своего маскировочного рабочего костюма жучок и прилепил его с внутренней стороны стола. Этот поступок его самого удивил, но почему-то казалось, что все правильно — так и надо.
Брат Нимрод вернулся к столу.
— Что же, Кирилл, возвращайся на пост, — велел он.
Шимпанзе с ужасом вытаращил глаза на барса. Тот недовольно поморщился и нехотя разрешил:
— Ладно, поспи часок-другой… Три-четыре. Этого более, чем достаточно. И за работу! Все понятно?
— Понятно, — ответил Кирилл. Он встал и направился к выходу, но у самой двери его окликнул брат Нимрод:
— Кирилл! И не вздумай тратить время на посещение своей подопечной рыси! Имей в виду, я запретил тебя к ней пускать.
В этот момент кабинет брата Нимрода наконец показался Кириллу мрачным. Шимпанзе ничего не ответил, стиснул зубы и вышел в коридор…
Берта собиралась вновь сбежать с уроков. Не могла же она допустить, чтобы поход в магазин маскарадных костюмов состоялся без нее! И вообще… Какая школа, когда такие дела творятся!
После ночной авантюры Берта чувствовала себя окрыленной. Бенджамин Крот на крючке, это совершенно точно. А как ее хвалили друзья, и особенно сам Лис Улисс! Ох, как он ее хвалил! К тому же играть роль крутой агентши Самой Секретной Службы — вот это дело для нее. А разве крутые агентши ходят в школу на скучные уроки? Да никогда в жизни!
На первой же перемене Берта отвела в сторонку лисицу Марианну и тихо попросила:
— Мне нужно сейчас уйти… Скажешь, что я заболела?
Марианна понимающе усмехнулась:
— Я-то скажу, конечно. Только сдается мне, что ты и правда заболела. Так и будешь пропускать школу каждый день?
— И ты туда же! Я ведь не просто так ухожу!
— А почему? Высокие чувства ведут?
— Ага, они самые! Угадала! — с вызовом ответила Берта.
— И их нельзя оставить на вечер? — поинтересовалась подруга.
— Не-а, никак нельзя. Мы с моим Улиссом собираемся прошвырнуться по магазинам. Прибарахлиться… А на это нужно время!
Марианна с показным равнодушием пожала плечами.
— Ладно, Берта, иди. Я все скажу, как надо.
— Спасибо! — обрадовалась Берта. Она чмокнула подружку в щечку, повернулась и понеслась прочь из школы, на свободу, не зная, каким завистливым взглядом проводила ее Марианна.
Но перед тем как отправиться с друзьями в маскарадный магазин, Берте предстояло еще одно дело. Бенджамин Крот на крючке, но его интерес надо подогревать. Поэтому, нацепив темные очки и превратившись таким образом в специального агента Самой Секретной Службы, Берта явилась к дому енота и принялась с загадочным видом прохаживаться у подъезда, время от времени останавливаясь, чтобы медленно обвести взглядом окрестности. Таким образом, становилось совершенно ясно, что лисичка не просто прохаживается, а выполняет Тайное Задание. Оставалось лишь надеяться, что в течение ближайшего часа судьба столкнет ее с Кротом.
И судьба подыграла ей, выведя Крота из дома на двадцать седьмой минуте операции. Археолог сразу заметил Берту и отвесил челюсть. Еще бы, он же всю ночь только и думал об этой тайной агентше. Несмотря на то, что лисица сейчас была в совершенно обычной одежде, а не в ночном совершенносекретнослужебном костюме, не узнать ее было невозможно. Археологическое сердце застучало сильнее, в пасти пересохло, и, набравшись смелости, Крот стал на пути Берты.
— Здравствуйте… Вы меня помните? — спросил он, чувствуя себя крайне глупо.
— Мы не знакомы, — процедила агентша сквозь зубы и проплыла мимо Крота, легонько коснувшись его лапы. Обескураженный енот некоторое время тоскливо глядел вслед лисице, и только затем обнаружил в лапе записку. «Ночью», — прочитал Крот, и ему стало жарко. Потом холодно. И снова жарко.
Около полудня порог пустующего магазина под вывеской «Бесценное барахло — маскарадные костюмы, маски и всякие забавные глупости» переступила группа из четырех посетителей: лис с лисицей, кот и пингвин. На морде лиса отпечаталось самодовольное выражение уверенного в себе зверя, лисичка источала любопытство, а кот выглядел так, словно только что совершил какую-то каверзу и не против совершить еще одну. И лишь пингвин был мрачен и угрюм, в его глазах застыла вселенская печаль и покорность жестокой и несправедливой судьбе.
Навстречу посетителям вышел с распростертыми объятьями хозяин магазина, самец панды средних лет.
— Улисс! — радостно воскликнул он. — Как я рад тебя видеть!
— Вообще-то, мы вчера виделись, — напомнил Улисс. — Я купил у тебя костюмы расхитителей могил и наряд тайного агента.
— Верно, — кивнул панда. — Но это было вчера, то есть жутко давно. Как учит древняя мудрость, не думай о дне вчерашнем. Как было так и было, нам не дано на это повлиять. К тому же я рад, что сегодня ты пришел не один. Это позволяет надеяться, что у меня будет много продаж и, возможно, дорогих. Ты же знаешь, как я алчен, дружище Улисс.
Улисс улыбнулся.
— Это мои друзья. Берта, Константин и Евгений. Нам нужна твоя помощь.
— С удовольствием помогу! — радостно сообщил панда. — Есть замечательные костюмы оборванцев. Очень качественные, а главное, дорогие.
— Нет, это нам не нужно, — сказал Улисс. — У нас другая цель.
— Слушаю вас!
— Мы хотим сделать из Евгения павлина.
Улыбка слетела с морды панды. Он критическим взглядом окинул Евгения и сказал:
— Вы это серьезно?
— Абсолютно! — подтвердил Улисс.
Панда снова посмотрел на Евгения и помрачнел. Теперь мрачны были они оба — и панда, и пингвин.
— Сходство обязательно? — поинтересовался хозяин магазина.
— Желательно, — ответил Улисс.
— Плохо, — сказал панда. — Слушайте, а может, мы из него кого-нибудь другого сделаем? Страуса, например! Это совсем просто, поставим его на ходули, и все — готовый страус.
— Я не умею ходить на ходулях, — буркнул Евгений, которому перспектива стать страусом нравилась ничуть не больше, чем павлином.
— Это совсем просто! — заверил его панда. — Главное — не падать. Остальное — дело техники.
— Я буду падать, — уверенно сообщил Евгений.
В разговор встрял Константин:
— А сможет ли Евгений, будучи на ходулях, прятать голову в песок, как это положено страусам, когда они пугаются? Ведь его голова в таком состоянии будет очень далека от песка.
— Не смогу, — проворчал Евгений. — Меня будут пугать, а я даже не смогу спрятать голову в песок. Я так не согласен.