В начале XX века при создании квантовой теории Дирака, с одной стороны, и теории гравитации Эйнштейна, с другой, в теоретической физике появился в качестве объекта исследования новый уровень реальности — физический вакуум; при этом разные по своей природе теории давали разные представления о нем. Если в теории Эйнштейна вакуум рассматривался как пустое четырехмерное пространство, наделенное геометрией Римана, то в квантовой теории Дирака вакуум (глобально нейтральный) представляет собой своего рода “кипящий бульон”, состоящий из виртуальных частиц — электронов и позитронов (25, с, 89).

Для того чтобы объединить два различных представления о вакууме и создать единую теорию гравитации и электромагнетизма, в которой электромагнитное поле также происходило бы из особых геометрических свойств пространства, Эйнштейном была выдвинута программа, получившая название программы Единой Теории Поля. Именно Эйнштейн последние 35 лет своей жизни пытался сформулировать общую теорию поля или, проще говоря, открыть формулу, которая описывает весь мир, а остальные научные истины вытекают из нее, Эйнштейн полагал, что существует какое-то общее поле, которое включает в себя все уже известные физические поля. Но найти это поле и создать Единую Теорию Поля Эйнштейну так и не удалось. Однако интуиция не обманула его и на этот раз. Как будет показано ниже, такое поле действительно существует.

Тем не менее, геометризация физических полей осталась привлекательной программой для теоретической физики.

Кривизна пространства оказалась не единственной его характеристикой. В 1922 голу Э. Картан обратил внимание на возможную связь некоторых физических величин с другим геометрическим понятием — кручением пространства. Его идеи были развиты и привели к созданию теории гравитации с кручением, а позднее в общем виде — квантовой теории полей с кручением (33,с.2),

Следующий шаг, ведущий к созданию ЕТП. сделал английский физик-теоретик Р. Пенроуз, опираясь на идеи кривизны и кручения пространства- Он показал, что в основу геометрии могут быть положены, помимо поступательных, и вращательные координаты, и они определяют свойства пространства и времени, Пенроуз записал вакуумные уравнения Эйнштейна в спиновом виде (23, с. 67).

Спин (от англ. Spin — вертеться, вращаться) — собственный момент количества движения элементарной частицы, имеющий квантовую природу и не связанный с перемещением частицы как целого (18, с, 713), Концепция спина была введена в физику в 1925 году американскими учеными Дж. Уленбеком и С. Гаудсмитом, предположившими, что электрон можно рассматривать как “вращающийся волчок”, поэтому одной из важнейших характеристик элементарной частицы, кроме массы и заряда, должен стать спин. Для определенных групп элементарных частиц спиновое квантовое число принимает целочисленные или полуцелые значения. Например, спин электрона, протона, нейтрона, нейтрино и их античастиц равен 1/2; спин П- и К-мезонов равен 0; спин фотона равен 1 (70, с. 435).

Таким образом, к середине XX столетия с целью создания единой картины мира были сформированы две глобальные идеи: программа Римана—Клиффорда—Эйнштейна, согласно которой “в физическом мире не происходит ничего, кроме изменения кривизны пространства, подчиняющегося закону непрерывности”, и программа Гейзенберга— Иваненко, предполагающая построить все частицы материи из частиц спина 1/2.

Трудность в объединении этих двух программ, по мнению ученика Эйнштейна, известного теоретика Джона Уилера, состояла в том, что “...мысль о получении понятия спина из одной лишь классической геометрии представляется невозможной”. Уилер высказал эти слова в 1960 году, читая лекции в Международной школе физики им, Энрико Ферми (25, с, 89). Он еще не знал, что в результате блестящих работ Пенроуза вакуумные уравнения Эйнштейна уже были записаны в спиновом виде, что спиноры могут быть положены в основу классической геометрии и что именно они определяют топологические и геометрические свойства пространства-времени.

Дальнейшее развитие проблемы “пространство-материя”, предложенное талантливым российским ученым (в настоящее время академиком РАЕН) Г. И, Шиповым, пошло по пути объединения программ Римана—Клиффорда—Эйнштейна и Гейзенберга—Иваненко,

Разобравшись досконально в существующих идеях и разработках, Г. Шипов обратил внимание на то, что в рассматриваемых уравнениях отсутствуют компоненты вращательного движения, которое сопровождает все в природе — от элементарных частиц до Вселенной. Как выяснилось, фундаментальную роль в таком движении играют поля кручения пространства — торсионные поля, определяющие структуру материи любой природы (111, с. 3). Результатом кручения пространства в физическом проявлении оказалось поле инерции, знания о котором в современной физике практически отсутствуют (26,ч. 1,с.9).

Проблема сил и полей инерции в классической механике и других разделах физики до сих пор является одной из жгучих проблем современной науки. Силы инерции не удовлетворяют третьему закону Ньютона, они являются одновременно и внешними, и внутренними по отношению к изолированной системе; происхождение этих сил всегда было наиболее темным вопросом в теории частиц и полей (26, ч. 1, с. 4). Эта проблема для физики оказалась столь сложной, что знания о силах инерции почти не изменились со времен Ньютона.

В нашей стране периодически возникали общесоюзные дискуссии по проблемам сил инерции. Основными вопросами всегда были: реальны ли силы инерции? Что является их источником? Являются ли они внешними или внутренними по отношению к изолированной системе? Однако единого мнения по этим вопросам так и не было выработано.

Отметим, что любое явление в физике считается реальным, если оно наблюдается на опыте. Силы инерции хорошо наблюдаются на опыте в ускоренных системах отсчета, поэтому Ньютон, Эйлер. Мах, Эйнштейн и многие другие относились к этим силам как к реальным. Из опыта также следовало, что при ускоренном движении в протяженном теле возникает поле сил инерции, равнодействующая которых приложена к центру масс данного тела. Поскольку реальность полей и сил инерции подтверждалась опытами, разумно было поставить вопрос об изучении физических свойств поля инерции, порождающего силы инерции.

Именно с исследования полей инерции и начал Г. И. Шипов, Еще в 1979 году ему удалось вывести уравнение динамики полей инерции. Он нашел подход, который позволил связать поля инерции с кручением пространства (26,ч.1,с.4).

В 1988 году Шипов предложил новые фундаментальные уравнения физики, выдвигающие в качестве единого поля поле инерции. Эти уравнения трактуются как уравнения, описывающие структуру физического вакуума. Они обобщают все известные на сегодняшний момент фундаментальные уравнения физики и представляют собой самосогласованную систему нелинейных дифференциальных уравнений первого порядка, в которую входят геометризированные уравнения Гейзенберга, геометризированные уравнения Эйнштейна и геометризированные уравнения Янга—Милса.

Шипов ввел новые представления о структуре времени и пространства. Мы уже знаем, что пространство Ньютона трехмерное (X, Y, Z), наделено геометрией Евклида; пространство-время Эйнштейна четырехмерное (X, Y, Z, Ct), искривленное, наделено геометрией Римана; пространство-время в работе Шипова не только искривлено, как в теории Эйнштейна, но и закручено, как в геометрии Римана—Картана. Для учета кручения пространства Шипов ввел в геометризированные уравнения множество угловых координат: три пространственных угла (углы Эйлера) и три пространственно-временных угла (углы между временной и пространственными осями системы отсчета), что позволило ввести в теорию физического вакуума угловую метрику, определяющую квадрат бесконечно малого поворота четырехмерной системы отсчета (26, ч. 3, с, б).

Дальнейшее развитие работ Г. Шипова показало, что добавление вращательных координат приводит к всеобщей теории относительности (26, ч. 3, с. 27). Принцип всеобщей относительности обобщает как специальный, так и общий принципы относительности Эйнштейна и утверждает также относительность всех физических полей (25, с. 95), Фактически принцип всеобщей относительности представляет собой физическую реализацию философского тезиса: “Все в мире относительно”. Такова степень обобщения физического принципа, лежащего в основе теории вакуума.