Литмир - Электронная Библиотека
A
A
* * *

Перед Ярославлем отряд разделился, сотня бойцов поплыла вниз по реке блокировать крепость, большинство остались рубить лес. Нарубить пару тысяч бревен было небольшой проблемой, рубили невысокие, молодые деревья. Труднее было донести бревна до Волги, связать в плоты и сплавить до крепости.

* * *

На второй день осады Скворцов позвал завхоза. Он решил покончить с экономией. Потерянное время сейчас было дороже всего.

– Мы из Новгорода, для торговли, брали строительные гвозди.

– Да. В поселках, по дороге сюда, пробовали торговать. Неудачный товар, – скривился завхоз.

– Это хорошо. Сколько гвоздей у нас осталось? – обрадовался Скворцов.

– Остались в основном двухсотые, около десяти килограмм.

– Можете использовать их для строительства башен, но потом все вынуть. Железо сейчас на вес меди. Даже дороже, – напомнил Василий, – и десяток лебедок с ладей снимите, на башни бревна затягивать.

– Башни слишком близко к крепости строим, у меня людские потери будут большие, – в который раз пожаловался завхоз.

– Стреляют только навесным огнем. Лучников явно мало. Я буду удивлен, если число раненых будет больше пары дюжин, – выдал оптимистичный прогноз Скворцов.

– Их уже больше.

– Эти царапины вы называете ранами?

– Командир, добавьте немного патронов. Пусть стрелки усилят огонь. У нас есть еще приличный запас.

– У нас долгая дорога, патроны нам еще понадобятся не раз. Ну, хорошо, я согласен. Я отдам команду немного усилить огонь. Немного.

Их разговор прервали. Прибежал вестовой с донесением. Ладья прекрасной Марфы пыталась уйти в сторону Ростова. Ее люди зарезали двух дозорных, и только патрульный ушкуй, случайно, остановил их для проверки. В ожесточенной схватке всю ее команду перебили. Сама Марфа осталась жива.

* * *

Скворцов не стал успокаивать свою совесть, сваливая грязную работу на других. Марфу он решил допрашивать сам. Сначала полдня откладывал. Вспоминал допросы языков на войне. Если отвлечься от офицерских бредней о том, как из маленьких фрагментов складывается мозаика общей картины ситуации на их участке фронта, то останутся только потерянные товарищи. И, по большому счету, трупы немцев.

Что он хотел узнать у Марфы, к кому она бежала в Ростов? К отцу, братьям, мужу, любимому…? А может просто к матери и детям. О чем она хотела предупредить ростовчан? Так уже десяток рыболовов-охотников, бандитов-купцов добрались до Ростова, и в подробностях доложили все об отряде Скворцова.

Василию вспомнилась гнилая философия капитана-корейца. «На войне, приличные люди делают то же самое, что и мерзавцы. Только мерзавцы, получают от этого удовольствие.» Тогда Василий не сумел достойно ответить корейцу, но сейчас испытывал облегчение, что его нет в этом мире.

А ведь капитан – человек будущего! Взять Югина, или братьев Коробовых. Только и слышишь: «добро должно быть с кулаками», «цель оправдывает средства», «добро всегда побеждает зло, потому что кто победил – тот и добро».

* * *

Когда Василий подошел к шалашу, где содержали Марфу, то застал «лазутчицу» на улице, прикованную наручниками к дереву. Марфа была практически голая. Под дождем сильно замерзла, дрожала и плакала.

– Она спрятала в одежде нож, освободилась от веревки и пыталась бежать, – оправдывался часовой.

– А одежда ее где? – тихо спросил Скворцов.

– Хотели обыскать, сопротивлялась. Порвали одежду, – виновато сообщил часовой, – она ножом моего сменщика по ребрам полоснула!

– Откуда наручники? Не помню, чтобы брали с собой.

– Это личные наручники ротного, он их в кости у вождя Фроста выиграл. Против гривны серебра ставил.

– Дай мне ключ, и найди для арестованной пуховик. А то до завтра не доживет.

«Ноги в сапогах, не замерзли. Заболеть – заболеет, факт. Но здесь народ живучий, не помрет», – подумал Василий.

– Сколько тебе, красавица, еще хочется померзнуть на дожде? – спросил Скворцов. Он был неприятен сам себе. Марфа только громче заплакала, скорее завыла.

– Может мне уйти, если ты не хочешь разговаривать, – раздражаясь на себя, на Марфу, на сами обстоятельства, закричал Скворцов. Марфа пронзительно закричала, и вдруг затихла, потеряв сознание.

«Дурак и мерзавец», – подумал Скворцов закутывая Марфу в пуховик. Он расстегнул наручники. Взвалил арестантку на часового, и приказал нести в свой шатер.

– Служанка ее, девчонка молоденькая, где? – спросил Василий.

– Так ту на перевязку, еще утром, отправили. У нее сабелька была тоненькая. Так она шустро так дралась.

– Не такай. Куда ранили?

– Так точно. Сквозное ранение нижней конечности.

* * *

Боец донес Марфу до шатра и был послан за служанкой. Василий подогрел фляжку самогона на костре, и начал растирать холодную, как лед, Марфу. Затем позвал вестового.

– Я сегодня видел, что на кухне, местные бабы работают. Приведи сюда парочку, потолще.

* * *

Через час кухарки согрели своими телами Марфу. Она заснула.

* * *

Наутро Марфа была жива и практически здорова. Хотя нос был красный и опухший, а сопли лились нескончаемым потоком. Ссадины на лице, руках воспалились. Поясницу ломило. Шея не поворачивалась. Огромный синяк занимал половину лица, левый глаз не открывался. И…всё было просто замечательно – Марфа осталась в живых.

Пока Василий рассматривал чудесный, сине-бурый, цвет лица Марфы, служанка нахально утащила у него последний кусок копченого сала.

Скворцов выгнал кухарок на работу, хотел дать подзатыльник служанке, та увернулась, и стал одевать доспехи. На полдень наметили первый штурм крепости.

– Если надумаете бежать, красавицы, – усмехнулся Василий, – подождите пару дней. Я вчера послал для блокады Ростова роту бойцов, поэтому сейчас у вас могут возникнуть серьезные конфликты в дороге. И прекращайте воевать с мужчинами, вчера вы чудом остались в живых.

Глава 14.

Блицкриг.

Иногда желания исполняются не совсем так, как хотелось

Через две недели обе крепости пали. Сначала Ярославль, затем Ростов. Но пленных казаков и викингов, ни в Ярославле, ни в Ростове не было. Зачем их отправили к князю в Суздаль, было непонятно.

16 октября 1123 года.

Самой нужной добычей в Ростове оказались лошади. Скворцов смог сформировать пять сотен кавалерии, и отправился, через Суздаль, к Сызрани. Нужно было торопиться, половецкий хан ждать не будет. Деньги, которые вез Степан Багров на оплату лошадей, найти не удалось. Поэтому Ростов обобрали подчистую, выгребли всё золото и серебро, не погнушались украшениями и богатой посудой.

В крепостях пришлось оставить гарнизоны. Раненые и больные остались долечиваться в Ростове. На случай, если Фрост до сих пор не взял Суздаль, на пять ушкуев погрузили полторы сотни бойцов. Они двинулись вслед за Скворцовым по реке.

* * *

Погода окончательно испортилась. Василий простыл, и, по приезде в Суздаль, свалился с высокой температурой.

Фрост не дождался Скворцова всего три дня. Город он разграбил, но не сжег. Первые два штурма были крайне неудачными, викинги понесли большие потери. Только после этого Фрост начал строительство вокруг города башен, и изготовил таран для ворот. Три недели было затрачено на подготовку. Наконец начался третий штурм города.

10
{"b":"118988","o":1}