Если не обращать внимания на мелкий мусор, нападавший сверху, пол, стены и своды длинного коридора, уходящего далеко вглубь гор, были идеально гладкими. Я удивлённо ощупал их — такого гладкого камня я в своей жизни ещё никогда не встречал. Нет, конечно, я видел гномьи поделки из мрамора, который отшлифован так, что скользит буквально вываливаясь из рук. Но кому понадобилось ТАК обрабатывать камень в никому не нужной пещере?
Стоп! Так ли это? Почему никому не нужной? Этим ходом кто-то пользуется. Пусть нечасто, но пользуется. Я ни на каплю не сомневаюсь в своих способностях отличить заброшенное место от посещаемого… вот и чьи-то следы.
Только я склонился, чтобы рассмотреть их получше, как мне на голову свалился хоббит. Наработанный долгими столетиями рефлекс не позволил мне громогласно выругаться — не пристало это магу, но чтобы было неповадно впредь, я глянул на него так, что он сразу сообразил, что надо быть осторожнее.
— И-извините, — пролепетал хоббит, освобождая место для Филенсила, спускающегося следом.
Как только все трое оказались в подземелье, решётка над нами медленно закрылась с лёгким скрипом.
— Ничего себе, — присвистнул я.
— А что странного? — удивился Филенсил, — у меня во дворце все двери закрываются магически.
— Во дворце-то да, — проговорил я задумчиво, — только там у тебя при этом такой магический фон стоит, что чуть ли в ушах не гудит от него, а здесь я вообще никакой магии не почувствовал.
— Э-э-э, может это древняя магия Нуменорцев? — встрял хоббит.
Я рассмеялся.
— Ты, дружок, явно обчитался мистических летописей, которые не пошли тебе впрок. Я живу на свете много лет и никогда не встречался ни с чем, что нельзя было бы объяснить с точки зрения разумной магии. Весь этот бред, который часто встречается в современных эльфийских и хоббичьих сказках про древнюю магию, которой не обучен никто из ныне живущих, магии, одним заклинанием которой можно двигать горы… всё это сродни тем сказкам, которые ходят среди людей о летающих по небу повозках и о том, что на свете ещё много миров, которые отличаются от нашего.
Увидев, как загорелись глаза хоббита, я мысленно выругал себя. Действительно, такая романтическая, мечтающая о приключениях натура теперь не слезет с меня пока не выведает все сказки народов Средиземья. Какого орка меня дёрнуло за язык рассказать ему об этом.
Ладно, попробую отвлечь его внимание.
— Этот проход действительно очень древний, но он явно сделан чьими-то руками… да вот, поглядите, — обрадовался я сделанной находке, — вот мы и нашли отпечаток руки мастера, участвовавшего в его постройке.
В идеально гладкой стене неподалёку от входа глубоко и ясно отпечаталась пятерня, выдавившая в камне свой слепок, глубиной примерно в палец.
Хоббит сразу же отвлёкся, позабыл о сказках и стал восторженно рассматривать окаменелость.
Но если для него это было просто развлечением, то меня этот отпечаток довольно сильно смутил. Мало того, что я совершенно не представлял, как можно сделать и для чего может служить такой идеально-гладкий проход, ещё и ни одно из заклинаний, которых я знал несколько сотен, не могло мне помочь в том, чтобы выдавить такой след в идеально гладкой поверхности стены. Я даже немного постучал по ней — нет, камень как камень.
Хоббит тем временем заворожено потянулся к отпечатку руки и приложил к нему руку. Я скривился в ожидании чего-нибудь нехорошего, но, к счастью, ничего не произошло.
— Такие отпечатки иногда могут таить в себе опасность, — наставительно сказал я Фрагу, — например в Минас-Тирите подобный отпечаток правителя города работает как своеобразный ключ в сокровищницу, пуская туда лишь того человека, на которого настроен отпечаток. Все остальные руки попросту прилипают.
Хоббит испуганно отдёрнул руку, но справившись с собой, спросил:
— А что потом?
— Потом? Потом, если ты воришка, то можешь дождаться стражи, а можешь попробовать отгрызть себе руку. Да-да, и такое бывало — лучше жить без руки, чем без головы.
Хоббит теперь уже поглядел на отпечаток с откровенным страхом.
— Я… я просто хотел узнать кто же были строители этого подземелья, вдруг — хоббиты.
А хоббит-то умён! Мне такого даже и в голову не пришло.
— И как, узнал? — поинтересовался я.
— Ага, не хоббиты, тут пальцы рук длиннее и расстояние между ними больше.
Филенсил, до этих пор заинтересованно прислушивавшийся к нашей беседе подошел к отпечатку и приложил свою руку.
— И не эльфы, — огорчённо сказал он, пальцы короче, ладонь шире… впрочем, это и не гномы, ладонь не такая широкая как у них.
Я задумчиво посмотрел на отпечаток и приложил свою правую руку. Она встала в отпечаток как влитая, мне даже показалось, что сейчас уж точно откроется какая-нибудь потайная дверь и я отдёрнул руку, почти так же быстро как хоббит.
Впрочем, тут же решив, что мне не пристало показывать трусость в такой компании, я приложил руку обратно… нет, никаких ощущений, и никакие дополнительные двери не открылись.
Я разочарованно хмыкнул и скомандовал:
— Ладно, в этом мире немало тайн, все нам не разгадать. Пошли дальше, дорога ждёт.
Не дожидаясь спутников, я отправился вперёд по тоннелю, краем глаза заметив удивлённое, нет, буквально поражённое выражение лица Филенсила.
Да уж, этот эльф не так прост как кажется, он явно что-то знает, но недоговаривает, надо будет разговорить его при случае.
-10.-
Мы несколько часов шли по коридору, интерьер которого был на удивление однообразен. Идеально ровный пол, потолок, стены, никаких поворотов и указателей — такую характеристику подземелья можно было бы счесть исчерпывающей, если бы не туалеты, стоящие через каждую тысячу шагов.
Я поначалу даже не понял предназначение этих маленьких ответвлений в коридоре, с удивлением уставившись на первую такую нишу с бездонным отверстием в полу. Может я ещё долго не смог бы понять для чего это сделано, если бы не Филенсил, выпроставший своё «хозяйство» и поссавший в отверстие.
Кто же это сделал все это? — не давала мне покоя мысль, — и с какой целью?
Практически совпавший с моей рукой отпечаток на стене говорил о том, что здесь замешан кто-то из пятерых истари. Мог быть ещё вариант, что это отпечаток людской руки, уж больно их ладони похожи на наши, но я сомневался, что кто-то из людей мог построить что-то подобное. Да что там говорить, и истари это было никак не под силу.
В голове у меня уже выстроилась версия, что проход сделали гномы под руководством кого-то из истари, но кто мог руководить это громадной непонятной стройкой? Саруман? Рагадаст?… зачем это им? Алатар? Палландо? ну этих-то уже не спросишь…
От раздумья меня отвлёк хоббит, в очередной раз споткнувшийся и упавший. И как он умудряется спотыкаться на идеально ровной и совсем не скользкой поверхности? Ладно бы ещё было темно, но здесь каким-то непонятным мне, немагическим образом светятся стены, создавая полумрак, в котором неплохо видно окружающее пространство.
— Может остановимся на отдых? — предложил Филенсил, — уже далеко за полночь и Фраг уже на ногах не стоит.
Я снова мысленно выругал себя. Привык, называется везде ходить один и уже забыл что такое работать в команде. Я-то, конечно, могу неделями без отдыха идти, но вот хоббит уже совсем осунулся, да и эльф начал сдавать…
— Привал до утра, — объявил я и первым подал пример, достав из походной сумки свой магический плащ, который не только мог укрыть от дождя, снега и ветра, но и был вполне способен одновременно поработать мягким спальником.
Хоббит удивлённо смотрел на мои приготовления ко сну, а потом немного растерянно спросил:
— А… это… что у нас на ужин?
Я прекрасно знал, что единственным блюдом оставшимся у эльфа после обеда были опротивевшие лембасы и от еды отказался. Ну кому может понравится зерновой хлеб, спрессованный до плотности кирпича? Разгрызть-то конечно можно, но вот вкуса никакого. В походе, впрочем, вещь незаменимая — очень долго не портится и занимает мало места.