– Замечательно. – На этот раз Энди говорил вполне искренне – чувствовалось, что он счастлив. Похоже, ему даже приходилось сдерживать рвущиеся наружу эмоции.
– Рада за тебя, – с некоторой сухостью произнесла Джин и замолчала, ожидая, что Энди сообщит о причине звонка.
По-видимому, он понял, потому что поспешно сказал:
– Я тут подумал, не сходить ли нам с Тимом куда-нибудь?
– Куда? – машинально спросила Джин, думая о своем. Потом спохватилась. – Ах да, очевидно, ты хочешь встретиться с ним.
– Да, как мы и договаривались: каждый из нас может проводить время с Тимом. Ведь ты не возражаешь? – В голосе Энди прозвучало беспокойство.
– Я-то нет. – Джин покосилась на Тима, который изо всех сил делал вид, будто его не интересует разговор родителей. – Но, сам понимаешь, это зависит не только от меня.
– Думаешь, Тим все еще не освоился с новым положением?
– Тут и думать нечего! – хмыкнула Джин. – Конечно, нет.
Наступила пауза, во время которой Энди, судя по всему, размышлял над дальнейшими действиями. Наконец он неуверенно произнес:
– Мы с Тимом могли бы отправиться в кино, или в кегельбан, или в парк, где есть кафе-мороженое.
– Я абсолютно не возражаю против всех этих вариантов, но…
– Да-да, понимаю, последнее слово за Тимом. Что ж, если он не захочет никуда идти, можно просто посидеть у нас… попить чаю с пирожными, например. Рита будет рада познакомиться с моим сыном.
– Ну да… Что?! Ты поселился у Риты? – Джин вновь испытала такое же странное ощущение, которое охватило ее, когда Энди сообщил о том, что у него появилась женщина. Ей стало как-то не по себе, как порой бывает, когда не знаешь, то ли плакать, то ли смеяться. Но ничего смешного она в данной ситуации не видела, трагического, впрочем, тоже. Однако ее горло почему-то стиснул спазм, который обычно является предвестником рыданий. Сделав над собой усилие, Джин несколько раз сглотнула, избавившись от ощущения кома в горле, после чего произнесла совсем другим тоном: – Так вы живете вместе?
– Ну… а почему бы нет? Просто я искал квартиру, а Рита, зная об этом, предложила мне переехать из гостиницы к ней. Так что все вышло, можно сказать, случайно. Да, дорогая?
– Откуда же мне знать? – произнесла Джин и в следующую минуту сообразила, что привычное обращение «дорогая» на этот раз адресовано не ей. – Кхм… то есть да, наверное случайно, вам двоим виднее.
– Что?
Похоже, Энди ненадолго отвлекся и не услышал последних фраз Джин, что, с ее точки зрения было даже к лучшему. Эта небольшая заминка помогла ей прийти в себя, а также вспомнить, что рядом находится ловящий каждое слово Тим.
– Ладно, оставим это, – подавив вздох, сказала Джин. – Сейчас я передам трубку Тиму, и если он не прочь отправиться с тобой куда-нибудь, то приезжай за ним. Если же нет… не знаю. Словом, как вы с Тимом решите, так и будет. – Повернувшись к Тиму, она протянула ему телефонную трубку. – Возьми, папа хочет тебе что-то сказать.
В первый момент Тим сделал такое движение, будто хотел спрятать руку за спину. Потом, очевидно, вспомнил, что он уже взрослый, и хоть с неохотой, но все же взял трубку.
– Да?
Джин отметила про себя, что Тим не назвал Энди папой, и прикусила губу: на мальчика слишком много всего свалилось, причем совершенно незаслуженно. Как помочь ему выстоять под этой ношей – вот вопрос, который постоянно не давал ей покоя.
Что говорил Энди, Джин не слышала, зато догадывалась, ориентируясь на ответы Тима. Впрочем, долгой беседы у них не получилось.
– Спасибо, папа, но мне в этот уик-энд не хочется ни в кино, ни в парк, ни в кегельбан, а мороженое мне может купить мама. Э-э… разве обязательно знакомиться с тетей Ритой сейчас? Нет? Тогда давай с этим подождем. Да… Да… Нет, посижу дома. Конечно. До свидания. – Попрощавшись, Тим повесил трубку и повернулся к Джин. – Папа велел передать тебе привет от тети Риты.
Джин вздрогнула. Неужели Энди надеется установить между ней и своей новой пассией приятельские отношения? А с другой стороны, почему нет? Ведь наш брак распался, мы оба свободны, но дружеские отношения между нами сохранились, подумала Джин. Что странного в желании Энди еще и укрепить их, познакомив меня и Тима с Ритой? Наверняка она приятный человек, иначе Энди не обратил бы на нее внимания.
– А кто такая эта тетя Рита? – проник в мысли Джин голос Тима. – И почему папа переехал к ней? Я думал, что раз вы не хотите больше жить вместе, то станете жить по отдельности, а получается…
– Тетя Рита – это папина знакомая. Он переехал к ней из гостиницы.
– Понятно, – угрюмо протянул Тим. – Они теперь поженятся?
От этого вопроса пальцы Джин непроизвольно сжались в кулаки. Поженятся?! Интересно, как они это сделают, ведь Энди еще не разведен…
Через минуту выяснилось, что их с Тимом мысли текут в одном направлении.
– Но сейчас ты папина жена, да, мама? – спросил тот.
– Пока да.
Тим вновь задумался, горестно сведя брови у переносицы.
– А если вы разведетесь, папа сможет жениться?
Джин молча кивнула.
– И… – Тим взволнованно глотнул воздух. – И у папы с тетей Ритой может родиться ребенок?
Ногти Джин впились в ладони, но она сумела ответить спокойно:
– Конечно.
– И после этого… – Тим умолк, словно борясь со слезами, и влага действительно поблескивала у него на глазах. Джин заметила это, пристально вглядевшись в его лицо. – И после этого он перестанет быть моим папой?
Джин хотела возразить, но слезы уже покатились по щекам Тима.
– Как он мог… так поступить… со мной?! – всхлипывая, воскликнул он. – Ведь он мой папа! А я его сын. Разве отцы так поступают с детьми?
Джин порывисто шагнула к Тиму, обняла, и он уткнулся лицом ей в грудь.
– Успокойся, солнышко, папа никогда не перестанет быть твоим… папой…
Ее слова прозвучали не очень убедительно, она сама это почувствовала.
А если Энди в самом деле перестанет общаться с Тимом, когда у него появится свой ребенок? – мелькнуло в ее голове. Тогда я окажусь лгуньей и все претензии Тим обернет против меня. Не совершили ли мы с Энди ошибку, не сообщив Тиму, что он наш приемный сын? Возможно, зная правду, он не реагировал бы на наш развод так бурно?
– Перестанет! – крикнул Тим. – Уже перестал! Он бросил меня ради этой тети Риты! А ты еще говорила, что я здесь ни при чем и ни в чем не виноват… Ведь я чувствую, это все из-за меня! Эх, мама, зачем ты меня обманываешь?!
Этого Джин не смогла вынести. Слова Тима обжигали ее словно удары хлыста, к горлу подкатывали рыдания.
А я еще радовалась, что мы с Энди так мирно расстались, подумала она. Следом в мозгу пронеслось: ну нет, я не позволю сделать из себя козла отпущения. Пусть Энди думает что хочет, а я все-таки скажу Тиму правду! Время настало…
– Послушай, солнышко, – прерывисто произнесла она, беря лицо Тима в ладони и поднимая так, чтобы можно было видеть глаза. – Я должна кое-что сказать тебе. То, что ты обязан знать. Возможно, я бы не говорила этого… еще некоторое время, но ты делаешь неправильные выводы относительно папы, поэтому придется сказать. Слышишь меня?
– Д-да… – с запинкой ответил Тим.
– Хорошо. – Джин вздохнула глубже, собираясь с духом, и каким-то словно не своим, механическим голосом произнесла: – Энди тебе не отец.
Тим заморгал.
– Папа не…
– Да, не папа. Вернее, папа, но приемный. Он усыновил тебя, когда ты был еще совсем крошкой.
– У-сыновил? – в два приема переспросил Тим.
Джин со вздохом кивнула, стараясь не прислушиваться к вкрадчивому голоску, который зазвучал вдруг в ее голове: вообще-то Энди тоже не мешало бы присутствовать при этом объяснении. А то развлекается сейчас в объятиях Риты, пока ты тут отдуваешься за двоих!
– Да, солнышко. Папа усыновил тебя, потому что полюбил. И сейчас любит, просто он со мной не хочет больше жить. А я с ним. Мы договорились расстаться, но это совсем не означает, что кто-нибудь из нас стал меньше тебя любить, понимаешь? Если бы это было иначе, папа не звонил бы и не пытался встретиться с тобой. Знай, ты делаешь ему больно, отказываясь общаться. И ты тут действительно ни при чем, уверяю тебя…