И пушки бьют, И колокола плачут. Вы, конечно, понимаете, Что это значит? Много было роз, Много было маков. Схоронили Петра, Тяжело оплакав. И с того ль, что там Всякий сволок был, Кто всерьез рыдал, Но с того вот дня, Да на двести лет Дуракам-царям Прямо счету нет. И все двести лет Шел подзёмный гуд: «Мы придем, придем! Мы возьмем свой труд! Мы сгребем дворян — Да по плеши им, На фонарных столбах * * * Через двести лет, В снеговой октябрь, Затряслась Нева, Подымая рябь. Утром встал народ — И на бурю глядь: На столбах висит Сволочная знать. Ай да славный люд! Ай да Питер-град! Но с чего же там Пушки бьют-палят? Бьют за городом, Бьют из-за моря. Понимай как хошь Ты, душа моя! Много в эти дни Совершилось дел. Я пою о них, Как спознать сумел. * * * Веселись, душа Молодецкая! Нынче наша власть, Власть советская! Офицерика, Да голубчика Прикокошили Вчера в Губчека. Ни за Троцкого, Ни за Ленина — За донского казака Гаркнул «Яблочко» «Мы не так еще Подотрем вам нос!» * * * А за Явором, Услыхали мужики Весть печальную. Власть советская Им очень нравится, Да идут войска С ней расправиться. В тех войсках к мужикам Родовая месть. И Врангель тут, И на по́мог им, Как лихих волчат, Из Сибири шлет отряды * * * Ах, рыбки мои, Мелки косточки! Вы, крестьянские ребята, Подросточки. Ни ногатой вас не взять, Вы гольем пошли гулять Красной Армии штыки В поле светятся. Здесь отец с сынком За один удел Бьется эта рать, Чтоб владеть землей Да весь век пахать. Чтоб шумела рожь И овес звенел. Чтобы каждый калачи С пирогами ел. * * * Ну и как же тут злобу Не вынашивать? На Дону теперь поют Не по-нашему: «Пароход идет Мимо пристани. Будем рыбу кормить А у нас для них поют: «Куда ты котишься? В Вечека попадешь — Не воротишься». * * * От одной беды Целых три растут. Вдруг над Питером Слышен новый гуд. Не поймет никто, Отколь гуд идет: «Ты не смей дремать, Трудовой народ! Как под Питером Что же делать нам Всем теперича? И оттуда бьют, И отсель палят. Ой ты, бедный люд! Ой ты, Питер-град! * * * Но при всякой беде Веет новью вал. Кто ж не вспомнит теперь Речь Зиновьева? Дождик лил тогда В три погибели. На корню дожди Озимь выбили. И на энтот год Не шумела рожь. То не жизнь была, А в печенки нож! А Зиновьев всем Вел такую речь: «Братья, лучше нам Здесь костьми полечь, Чем отдать врагу Вольный Питер-град И идти опять * * * А за синим Доном Станицы казачьей В это время волк ехидный Казакам поречным: «Угостите партизанов Вишеньем картечным! С Красной Армией Деникин Справится, я знаю. Расстелились наши пики С Дона до Дунаю». |
