* * *
После третьей бутылки, Артём готов был поведать о законах космоса и мироздания очень даже симпатичному и приятному в общении господину, прибывшему на их планету и избравшему контактёром именно его, Артёма, за какие-то несомненно великие заслуги перед человечеством. Однако, вот беда, ничего про космос и мироздание он не знал, а поведать страх как хотелось, да и вообще тянуло на философию. К сожалению, пришельца интересовали сплошь приземленные темы обустройства и жизни человеческого общества. Артём не мог не заметить, что чем больше они общаются, тем лучше разговаривает Апрель, потихоньку стал исчезать даже его слегка картавый акцент.
– У вас здесь так прекрасно, – Сенатор дышал солнечным ветерком, – я всю жизнь мечтал попасть сюда.
– А давайте, – расчувствовался Артём, – я возьму деньги из заначки, и сходим в ресторанчик, посидим культурно, я вам наш район покажу. У нас красиво тут, все в сирени. Хотите?
Апрель хотел. Артём допил из кружки пиво, прихватил сигареты и поплыл в комнату за деньгами.
* * *
Наткнувшись на первую ступеньку лестницы, Титрус чуть не упал. Приподняв одеяние, чтобы не наступать на края, он осторожно стал подниматься, нащупывая ступени. Прогулка по подземному ходу основательно вымотала, Титрус с трудом преодолел лестницу и, упершись ладонями в плиту над головой, с усилием толкнул ее. Плита поехала в сторону, в лицо ударил долгожданный воздух и свет. Выбравшись на поверхность, Титрус поставил плиту на место, выпрямился и отряхнул руки от липких пленок, ноги и подол одеяния от земли и песка.
В спальне сохранилась вся обстановка, как была при Аттоне и его супруги Ривеборы. Все предметы прятались под толстым слоем пыли, ее уберут лишь за день прихода к власти Грэма. Тогда-то он и войдет сюда, а позже введет в эту спальню свою супругу. Титрус посмотрел на огромное ложе, стоявшее на возвышении, будто трон, и постарался прогнать тяжкие мысли о том, какая незавидная участь постигла тех, кто спал на ней. У Грэма все должно сложиться иначе, его жизнь должна быть долгой и славной… и в душе Титруса окрепла уверенность: если Грэм придет из сумеречной Альхены ни с чем, он ему расскажет всё до конца об этих колоколах и даже покажет их. Теперь, когда рядом не было Апреля, никто не мог помешать или запретить сделать это. Он больше не ощущал на себе всеподавляющей силы первого Сенатора.
* * *
Острый взгляд Апреля, казалось, подмечал даже движение муравьев по асфальту, ничего не ускользало от его похожих на подкрашенный лед глаз. Человек, вошедший в роль экскурсовода по собственной планете, не закрывал рот ни на минуту. Мозг Апреля работал четко, динамично собирая, фильтруя и сортируя информацию. Ему приятно было ощущать эту работу, он так соскучился по ней. Сенатор уже понял структуру земного общества, природу его силы и слабости. Безусловно, у этого мира имелось больше богатых, разнообразных сторон жизни, нежели у сонной, наперед изученной Альхены, где так тяжело дышалось от скуки. А, судя по тому, что лишь за недолгий путь к ресторанчику он насчитал четырех демонов, этого народа здесь водилось в достатке, что, конечно же, радовало. Однако, на первых порах, Апрель подумывал больше общаться с людьми, нежели с себе подобными. Для начала их требовалось изучить издали, дабы понять, чего можно ожидать от земных демонов. Потом он переключился на мысли об Артёме и зеркале в его квартире. Зеркало конечно же стоило уничтожить, а вот что делать с хозяином жилища? Апрель пока еще не пришел к окончательному решению. Человек мог еще понадобиться когда-нибудь… а мог и не понадобиться. О том, что Артём мог проболтаться кому-нибудь о появлении у себя такого странного гостя, Сенатора не волновало, да и кто поверит слову такого вот человека?
* * *
Покинув покои правителей, Титрус направился к себе, уже ни от кого не таясь. Его усталый вид, подрагивающие руки и тусклый взгляд не привлекал особого внимания – всем в Доме было известно, какое шаткое здоровье у Титруса. Зайдя к себе, он, первым делом, напился подкрепляющего силы напитка, немного передохнул и стал одеваться – со вторым походом не следовало тянуть. Набросив черную мантию с темно-синим капюшоном, Титрус вышел из своих покоев и снова отправился в храм, нарочно выбирая такие дороги, где его могло бы заметить как можно больше народу.
* * *
В ресторанчике острое обоняние Апреля разделило палитру запахов на приятные, терпимые и отталкивающие. К приятным относились напитки, кофе и чай, к терпимым вина, все остальное отталкивало. Еще он уловил запах какого-то очень приятного фрукта или овоща, пахнущего утренней свежестью. Повторяя действия Артёма, он присел за столик на смешной стул с невысокой спинкой и раскрыл красную папку.
– Что будем брать? – спросил человек.
– А что едят за соседним столиком? Такое белое с зеленым?
– Огурцы.
– Тогда я буду огурцы.
– И всё?
– Пока да.
– А что пить?
– Это обязательно?
– Ну… да.
Из пространных объяснений демона, Артём понял, что тот желает кофе.
– Значит, вам заказать кофе с огурцами? – уточнил он, перед тем, как подозвать официанта.
Апрель кивнул. Себе Артём решил взять пива и орешков.
С деревянно-любезным лицом официант записал заказы и плавно понесся к стойке, а Апрель принялся расспрашивать о больших и малых зверях, увиденных на улице.
– Это кошки и собаки.
Но этого оказалось мало, Апрель желал знать о них буквально всё. Прикурив, Артём заметил, что гость невольно поморщился, и начал старательно выпускать дым в сторону, рассказывая о братьях меньших все, что знал. Апрель слушал с интересом, особенно его увлекли собаки. На Альхене звери не жили в обществе людей.
Подоспел официант. Он поставил на столик тарелку с аккуратно нарезанными ломтиками огурца, маленькую чашечку кофе с кубиками сахара на блюдце, большую кружку пива и тарелочку с фисташками. Огурцы Артём посоветовал посолить. Апрель сначала насыпал себе на ладонь маленьких белых кристаллов и попробовал, на вкус это оказалось неприятно. Сахар тоже не произвел впечатления. Аромат напитка под названием кофе оказался гораздо приятнее его вкуса, и лишь только огурцы оправдали надежду.
Похрустывая прохладными ломтиками, он спросил:
– Какие же методы управления народом у вас имеются?
– В смысле? – Артём разгрыз фисташку и бросил скорлупки в пепельницу.
– Как стоящие у власти манипулируют людским сознанием?
– Ну… – задумался он, – по всякому, наверное, религией, политикой… Через телевидение, прессу… да через всё, если так рассудить. Нам навязывают абсолютно всё: кого выбирать, во что одеваться, что читать, что есть и пить, куда ездить на отдых, даже каких девушек любить.
– Да-а-а? – изумился Апрель. – Широко, я бы сказал, с размахом. А где располагается непосредственное ядро управленцев?
– Я не знаю.
– Но оно есть? Ядро должно быть обязательно, без него не возможно было бы создать общество с таким сильноподчиненным сознанием.
– Наверное, есть, но я не знаю, где. Возможно, в нашей стране одно ядро, в Америке другое, там тоже люди подвешены на крюки за все бока, но им вдолбили, что они самая сильная и свободная нация на свете, во что они свято верят.
– Так у вас здесь даже разные способы манипуляции имеются?
– Да, еще какие. Сегодня вечером, – Артём посмотрел на часы, – будут передачу про Корею показывать, увидите еще одну отлаженную систему манипуляции громадным количеством народа.
– И это все не является секретом? – Апрель доел огурцы и отодвинул тарелочку. – Все, как и ты, знают о том, что ими манипулируют?
– Да, большинство знают, догадываются, по крайней мере, если не совсем еще отупели.
На душе у Артёма отчего-то сделалось тоскливо.
– Как интересно… – Сенатор поднес к лицу чашечку и стал вдыхать кофейный аромат.