Литмир - Электронная Библиотека

— У вас очень странный образ мышления. Вы напоминаете мне дурачка на ярмарке, который собирался играть в кегли головами королей.

Венгерский принц рассмеялся.

Карета остановилась у ворот отеля дю Ботрэн, и Анжелика торопливо раздумывала, как расстаться с венгром и не обидеть его. Принц спрыгнул на землю и подал ей руку.

— Вот ваш дом. Сударыня, прошу вас, не забудьте того, что я вам говорил.

— Что вы имеете в виду?

— Выходите за меня замуж.

— Вы шутите?

— Нет. Вы считаете меня дурачком, ибо я вовсе не похож на ваших соотечественников. Французы хранят свои чувства и своих жен в стальных каретах. Пойдемте со мной, и я освобожу вас.

— Нет, спасибо, — рассмеялась Анжелика. — Я предпочитаю оставаться в своей карете. А теперь прощайте, сударь!

Глава 18

Прибыв в Версаль в полдень, Анжелика направилась в апартаменты королевы, чтобы приступить к своим обязанностям фрейлины. Ей сказали, что королева со свитой отправилась в одну из деревушек под Версалем навестить местного священника. Королеву несли, а свита шла пешком. Далеко они не могли уйти, и Анжелика решила присоединиться к ним.

Когда она достигла северной трассы, на нее обрушился град снежков. Она обернулась, чтобы увидеть шутника, но тут снежок ударил ей прямо в лицо. Она оступилась, поскользнулась и упала, подняв тучу снежной пыли. Из засады показался развеселившийся Пегилен.

Анжелика рассвирепела:

— Когда вы прекратите эти детские шалости?! И не могли бы вы помочь мне подняться?!

— Нет, конечно! — воскликнул Пегилен, набросился на нее и стал катать по снегу, потом расцеловал и начал тереть ей нос муфтой. Так он тормошил ее до тех пор, пока она не рассмеялась.

— Вот так-то лучше, — сказал он, помогая ей подняться. — Я увидел вас задумчивой и печальной, а это вовсе не подходит вашему личику. Смейтесь!

— Пегилен, неужели вы забыли, какие несчастья выпали на мою долю совсем недавно?

— Да, забыл! — ответил он весело. — Мы должны забывать все наши горести. И нечего появляться при дворе, если не собираешься их забыть. Перестаньте думать о горестях жизни, малышка, и помогите мне!

Он взял ее за руку и повел по запутанному лабиринту из подстриженных кустарников, припорошенных снегом.

— Король дал разрешение на наш брак, — шепнул он ей, как будто это был невесть какой секрет.

— Какой брак?

— Брак мадемуазель де Монпансье с ничем не примечательным гасконским дворянином. Только не говорите, что ничего не слышали. Она без ума от меня. И она не однажды просила короля согласиться на наш брак. Королева и принцы крови каждый раз поднимали страшный шум, считая это оскорблением всему королевскому роду. Но король справедлив и добр. Он любит меня. Он считает, что никто не имеет права принуждать родственницу оставаться в девах, когда ей сорок три года.

— Вы серьезно, Пегилен?

— Как нельзя более серьезно.

— Мне жаль.

— Не нужно. Я так доволен, как был бы доволен этот покрытый язвами король Португалии, который интриговал, чтобы получить ее руку.

— Я жалею не ее, а вас.

— Я буду герцогом де Монпансье и получу привилегии, полагающиеся этому титулу. По свадебному контракту я получу два миллиона ливров. Его величество оповестил все дворы о свадьбе его кузины. Анжелика, дорогая, временами мне кажется, что все это я вижу во сне. Даже в самых смелых мечтах я не возносился так высоко. Король будет моим кузеном! Даже не верится. Вот почему я испуган и нуждаюсь в совете и вашей помощи.

— Не понимаю вас. Ведь все идет так хорошо.

— Увы, фортуна переменчива. Пока я не стал мужем принцессы, я не могу спать спокойно. У меня куча врагов, начиная с королевской семьи и принцев крови. Конде и его сын злы на меня. Вы могли бы своим очарованием успокоить принца, который очень высокого мнения о вас, а также утвердить в этом решении короля, чтобы он не поддался на их протесты. Мадам де Монтеспан уже обещала мне свою поддержку, но я не слишком доверяю ей. Да и в таких делах две любовницы лучше, чем одна.

— Я не любовница короля, Пегилен.

Он покачал головой и монотонно запел:

— Быть может, это хорошо, быть может, это плохо.

Так разговаривая, они вышли из парка. Чей-то мужской голос приветствовал их из кареты.

— Насколько я могу судить, на вас большой спрос, — сказал Пегилен. — И я не хочу становиться у вас на пути. Так могу ли я рассчитывать на вашу помощь?

— Нет.

— Не отказывайте мне. Вы и сами не представляете, какой силой обладаете. Считайте, что вам не удалось одурачить такого опытного придворного, как я. Я полагаю, что вы можете повлиять на короля.

— Не будьте глупцом.

— Вы кое-чего не понимаете, я постараюсь втолковать это вам. Вы, как шип, вонзились в сердце короля, и он не знает, как избавиться от этой боли. Сам он осознал это лишь после того, как вы уехали, и теперь ужасно страдает.

— И имя этим страданиям — мадам де Монтеспан.

— Мадам де Монтеспан просто лакомый кусочек, и король удовлетворяет и свои чувства, и свое тщеславие. Она нужна ему, и она принадлежит ему.

— Вы говорите так же красноречиво, как персидский посол. Теперь я понимаю, как вам удалось увлечь бедняжку де Монпансье.

— Неужели вы не пообещаете замолвить за меня словечко перед королем?

— Если представится такая возможность, я помогу вам. А теперь отпустите меня, Пегилен. Я должна присоединиться к королеве.

— Она нуждается в вас меньше, чем я. И, кроме того, есть некто, кто хотел бы использовать вас для служения его величеству.

Из подъехавшего экипажа их окликнул мужской голос. Человек торопливо вышел из экипажа и направился к ним.

— Это Кольбер…

— Я так рад, что быстро нашел вас, — сказал министр. — Я как раз собираюсь к его величеству с докладом. А потом мы пригласим вас на совещание.

— А если его величество не захочет прислушиваться к моим советам?

— Тогда это будет просто каприз. Но будьте уверены, меня он выслушает. Пойдемте, сударыня.

Оптимизм Кольбера, похоже, был преждевременным. Его разговор с королем затянулся. Анжелика ждала на лавочке в зале Мира. И тут она увидела своего брата Раймонда де Сансе, идущего прямо к ней. Черная сутана резко контрастировала с яркими костюмами придворных.

Анжелика не видела его с тех пор, как справила свою Свадьбу с Филиппом. Неужели он приближается к ней с единственной целью — выразить ей свое сочувствие? Он так и поступил, но она почувствовала, что это не все.

— Дорогая сестра, вы, должно быть, удивлены, что я ищу вас при дворе, куда мой министр берет меня так редко.

— Мне казалось, что вы состоите на службе у королевы и ведаете раздачей милостыни.

— Вместо меня назначен отец Джозеф. Мое непосредственное начальство предпочло поставить меня во главе нашего прихода а Мелюне.

— И это значит…

— Отец игумен… или что-то в этом роде, — улыбнулся Раймонд — Из нашего ордена берут служителей для восточных миссий.

— А-а-а, отец Ришар…

— Совершенно верно!

— Бактериари Бей… его отказ ехать в экипаже… промахи Сент-Амена… королевские неудачи… и все это результат…

— Анжелика, я всегда восхищался вашим умом.

— Благодарю вас, Раймонд, но в создавшейся ситуации я скорее буду помехой.

— Давайте поговорим без недомолвок. Отец Ришар, с которым я недавно разговаривал, считает, что вы единственный человек, который может нам помочь.

— Мне очень жаль, Раймонд. Но сейчас не время. Меня ждет немилость.

— Но король оказал вам столько знаков внимания. Я слышал, король пожаловал вам стул за своим столом.

— Это правда, но прихоти монархов переменчивы.

— Меня больше беспокоят капризы посла. С тех пор, как они прибыли во Францию, отец Ришар места себе не находит. Первая ошибка состояла в том, что к послу приставили Сент-Амена. Он хоть и дипломат, но не имеет ни малейшего представления о Востоке.

Появление Кольбера прервало их разговор.

45
{"b":"10319","o":1}