Теперь сосредоточимся на внешних ролях в поле. Кто или что составляет видимую проблему? Кто там лидеры, последователи и духовные старейшины? Кто чувствует себя приниженным и кто угнетатели? Какие другие роли существуют в этой группе? Кто играет маргинализируемую роль в вашей группе?
Есть ли у вас конфликт с любым человеком или любой ролью в этой группе? Припомните поведение человека или людей в этой роли. Что именно выводит вас из себя в этом человеке?
Увидьте его и попробуйте ощутить себя на его месте. Это нелегко, и поэтому будьте терпеливы с собой. Какова чувственная сущность этого ощущения? Быть может, это часть вас самих, которую вы маргинализировали? Ощущайте себя этим человеком или в этой роли до тех пор, пока вы не перестанете маргинализировать этот опыт.
Когда вы будете готовы, смените форму; дайте себе возможность пережить эту роль. Как вы бессознательно играли эту роль? Это трудный вопрос, немного подумайте о нем; просто замечайте и не критикуйте себя. Попробуйте принять на себя роль человека, с которым у вас конфликт. Старайтесь быть им, вести себя так, как он. Ощутите, каково быть им, и постарайтесь понять, из чего он исходит.
Теперь сосредоточимся на возможных горячих точках группы. Какие события захватывают или могли захватывать внимание группы в то или иное время? Какие горячие точки она склонна затушевывать? Выявите одну такую горячую точку и вообразите, что вы сейчас сосредоточиваетесь на ней вместе со всей группой. Войдите в это событие, которое заигрывает с группой. Развертывайте его в уме, представляйте, что оно развивается дальше, сновидьте его. В чем чувственная сущность горячей точки сравнима с чувственной сущностью человека или роли, которые вас раздражали?
Представьте себе, что вы сохраняете осознаваемость в ходе будущей встречи с группой; вообразите, что вы привносите одно из своих переживаний чувственной сущности ситуации в групповой процесс. Представьте, что вы говорите об атмосфере, о чувственной сущности человека, с которым вам было трудно; вообразите, что вы обладаете осознаваемостью горячих точек. (Вспомните звонившие колокола как горячую точку в начале этой главы.)
Вспомните свою индивидуальную работу в предыдущих главах. Вспомните, как работа с событиями, заигрывавшими с вами, отвечала на желания, которые вы еще даже не сформулировали. Подумайте, каким образом развертывание горячей точки, о которой мы говорили выше, может быть возможным ответом на глубочайшие и, быть может, несформулированные желания группы. Вообразите, что вы делитесь этой догадкой с группой во время следующей встречи.
Конфликты в сообществе – это великое испытание и прекрасная возможность вместе пуститься в путешествие самораскрытия. Что еще может вести вас и ваш мир к осознанию его частей и людей и к 24-часовому Осознаваемому Сновидению?
Работа с конфликтами в больших группах
Мои учителя психологии считали безумием иметь дело с группами; лучше с ними не связываться. Они полагали, что группы понижают умственный уровень человека. Мои учителя были правы, но также и неправы. Группы действительно бросают вызов вашему умственному уровню, вводят вас в измененные состояния сознания, заставляют вас чувствовать то, что вы не хотите чувствовать, напоминают вам о ваших страхе, гневе, ненависти, честолюбии, гордыне, унижении или алчности. Группы могут вселять ужас. Вот почему многие люди избегают процессов в больших группах.
Но эти измененные состояния представляют собой не только проблемы, но и решения. Я предлагаю не маргинализировать эти проблемы из-за того, что они неудобны или неприятны. Достигайте осознаваемости и сознания, охватывайте проблему, погружайтесь в нее все глубже и исследуйте состояния и людей, которые с вами заигрывают, добирайтесь до чувственной сущности и помогайте всему преображаться.
Может показаться, что всему этому легко научиться, но на деле это не так. Когда я впервые начинал работать с проблемами различий, большинство происходившего было чистейшим конфликтом. Вдобавок ко всему, мои коллеги из других психологических сообществ критиковали меня. Некоторые считали, что я разрушаю психологию или, по меньшей мере, процессуальную терапию. Зачем связываться со всеми этими социальными проблемами? Но у меня не было выбора. Какие возможности у меня были? Я мог либо заниматься всеми этими проблемами, учиться быть полезным и меняться, либо оставить надежды и критиковать мир за бессознательность и насилие.
В этом духе осознаваемости и сознания я предлагаю групповую работу всем, заинтересованным в общественной деятельности, психологии, изменении мира и медитации.[101]
Вам необходима внутренняя работа, чтобы отслеживать ощущения, которые вы испытываете в групповой работе. Важно замечать и запоминать, как вы ощущаете себя втягивающимся в ту или иную роль в поле, поскольку они представляют собой потенциальные силы внутри вас. Осознаваемость своего чувственного опыта позволяет вам постигать различия и сознательно менять роли. В действительности, все мы слишком велики и имеем слишком много сторон, чтобы застревать в одной роли. Только ваша обыденная самотождественность не дает вам сменять роли, настаивая, что вы – это вы, а ваш противник – там.
Вы помните диаграммы Фейнмана для частиц в магнитном поле? Электрон входит в поле, и внезапно создаются другие роли. Изменчивый электрон, обладающий осознаваемостью, ощущает поле и сменяет роль, приобретая характер своего аналога из антиматерии – позитрона – и выходит из времени. По существу, это означает, что он выходит из своей обычной роли в реальности консенсуса. Квантовая физика наводит на мысль, что вы можете делать то же самое – вы можете пытаться обладать осознаваемостью и сменять свою роль!
Групповая работа в Ирландии
Смена ролей обладает огромной силой; она позволяет избегать уничтожения не только среди элементарных частиц, но и в групповых процессах. Поразительная сцена из нашей работы с конфликтами в Ирландии показывает, насколько могущественной может быть такая смена ролей.
Первоначально мы планировали работать в Белфасте, но в пригородном районе, куда нас пригласили, было слишком много насилия, чтобы устраивать там встречу по разрешению конфликтов. За пару месяцев до того, как мы должны были работать в Ирландии, инициативу перехватила группа процессуальной работы из Дублина и организовала семинар в этом городе. Примерно двести человек со всех концов Ирландии встретились в большом театре в Дублине всего за два дня до подписания мирного соглашения 1998 года. Мне вспоминается одна особенно сильная сцена из происходивших в те дни групповых процессов.
После того, как несколько выступавших обсудили проблемы с северной и южной точек зрения, один мужчина из Ирландии ввязался в яростный конфликт с политическим активистом из Северной Ирландии. Они учинили словесную баталию, крича друг на друга, в то время как все остальные собрались вокруг них.
Каждый говорил о том, какую мучительную боль он пережил, когда у него на глазах представители противоположной стороны убили его семью. Каждый пострадал от бомб. Ни тот, ни другой не хотел перестать неистовствовать. Один даже сказал, что вообще не собирается успокаиваться. Он впервые за двадцать пять лет получил возможность высказать все человеку с противоположной стороны.
В какой-то момент мужчина из Северной Ирландии заявил, что хотя он и живет в Британии, он все равно коренной ирландец. Это утверждение произвело эффект разорвавшейся бомбы, и поднялся адский шум. Мужчина с юга, с побагровевшим лицом, обрушил на северянина нескончаемую спутанную тираду. Тем временем группа приветствовала, поддерживала или освистывала спорщиков. Создавалось впечатление, что все невысказанное наконец прорвалось наружу.
Но затем я вспоминаю сознание и осознаваемость. Ярко красный цвет шеи одного из мужчин заигрывал со мной. Потом я заметил, насколько побагровел и второй мужчина. Я уловил это, казалось бы, иррациональное заигрывание и спросил себя, почему они оба были такими красными. Я задумался внутри себя и понял, почему я такой красный; я был напуган и разъярен, страшась насилия и смерти. Я чувствовал, как смерть преследует меня.
