Жирное, колеблющееся солнечное пятно уперлось прямо в широкую спину Вахрушки, но он продолжал лежать на земле плашмя, уткнув в траву свое бородатое и скуластое лицо. Солнце жгло отчаянно, а Вахрушка оставался неподвижен из свойственнаго ему упрямства: не хочу -- и шабаш, пусть палит... Пестрядиная рубаха, перехваченная ремешком, и скатавшиеся штаны составляли весь костюм Вахрушки. Валеная крестьянская шляпа и сапоги лежали отдельно: Вахрушка бережно носил их с собою в руках -- "на всякий случай", как, говорил он.