Его отшлифованный образ: классный парфюм, белая рубашка, дорогие часы на запястье никак не стыкуются с первобытным выражением лица. Он подходит ко мне, огромный бугай, выше меня на голову, шире в два раза, и прижимает к стене. Опомнившись, колочу его машинкой, отталкиваю, но он хватает меня за кисти рук, играючи пригвождает к стене и прижимается ко мне губами, воняющими алкоголем. Я мычу, отбиваюсь, брыкаюсь, но он держит меня крепко, в перерывах между пьяными поцелуями зажимает мой рот ладонью и сбивчиво бормочет в ухо:

- Почему не отвечаешь на звонки? Игноришь, как последнего задрота... После той ночи я схожу по тебе с ума, а ты... Свою игру ведешь... Амнезию придумала... Ну, так черт с тобой! Ты победила!