Он увидел её первым.   Он захотел её первым.   Но это была моя работа — защищать её, и хотя он был первым, я поклялся, что не останусь вторым — ненадолго.   Никто никогда не говорил, что родиться в Мафии — это что-то очень сладкое, я просто не представлял, что впервые за свои двадцать один год почувствую страх, из-за того, как она смотрела на меня, словно у меня было её сердце.   И на него, словно он держал её душу.