Константин Якубович сидел на скамье у дверей своего дома. Сын перед ним резвился, играя с его саблей. Жена его Мильяда сидела на корточках у его ног '. Вышел из лесу чужеземец, приблизился и подал ему руку.

II

Лицо у него молодое, но волосы уже поседели, глаза потускнели, щеки ввалились, и он шатается на ходу. "Брат! - говорит он Константину.- Меня томит жажда; дай испить". Поднялась тотчас же Мильяда, принесла ему водки и молока.