Йон скалит зубы, смотрит шало, пьяно, он еще почти в трансе, застрял где-то посередине между небом и землей, людьми и богами. Яранг тянет его прочь, подальше от глаз, через лес, туда, где плещется и искрится в ярком свете полной луны речка и где так сладко пахнет переспевшей ягодой.