Эту книгу читала отрываясь, поскольку не хватало напряжения и чего-то более зловещего. А развязка наступила быстро: на последних страницах благополучное разъяснение всех событий и в Сомерсет-Парке, и в жизни Дженни. В целом не жалею, что прочитала этот готический детектив. Спасибо за качественный перевод! Примерный перевод названия "Ужасное великолепие" - после прочтения не очень-то и "ужасное" (по-моему)😅
Автор: Зимина Юлия Жанр: Бытовое фэнтези, Попаданцы в другие миры
— Оракул сказал, что ваша супруга проклята, мой император. Она никогда не подарит вам наследника. Семь лет дворцовые лекари разводят руками, а жестокая свекровь и хитрая наложница не могут дождаться, когда императрицу с позором выгонят из дворца. Она, умирая от горя, теряет детей, не догадываясь, что ее методично травят «укрепляющими» ваннами и отварами.
Но теперь в тело ее личной служанки попала я. В прошлой жизни — заслуженный акушер-гинеколог с огромным стажем. Для меня их «проклятия» — просто медицинская безграмотность и яды! Я перехитрю всех змей в этом гадюшнике и клянусь, что помогу императрице выносить здорового малыша!
💟 Сильная героиня, которая не лезет за словом в карман;
💟 Настоящая женская дружба и преданность;
💟 Противостояние злодеям 💟 Интриги, яды и тайное расследование; 💟 Суровый, но надежный герой, который всегда за спиной;
Новые туфли нещадно терли пятки, но я упрямо шла по длинному коридору университета. Каждую секунду я заставляла себя расправлять плечи, чтобы стук моих каблуков звучал максимально строго, уверенно и... по-преподавательски. Перед тем как выйти из дома, я минут десять разглядывала свое отражение в зеркале. На мне было темное обтягивающие платье цвета ночи, оно было длинным, да таким, что прикрывало мое колено! Честно сказать, я никогда ещё не носила такие платья, но ради работы в лучшем университете Питера мне пришлось раскошелиться и купить себе этот уродливый кусок ткани. Я долго готовилась перед тем как зайти внутрь тем самым пытаясь привыкнуть к новому статусу. Если бы меня попросили заполнить анкету о себе прямо сейчас, она выглядела бы так: ФИО: Каблукова Ксения Андреевна. Возраст: 22 года (хотя в душе сейчас все 14 от страха). Статус: Дипломированный специалист, без пяти минут строгая преподавательница. Особые приметы: Очки в тонкой оправе для солидности, аккуратный пучок на голове и слишком громко бьющееся сердце. Цель: Выжить в чужом городе, куда я сбежала за сотни километров от родителей тиранов ради независимости, и доказать всем, что я взрослый профессионал. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда я остановилась перед дубовой дверью с табличкой «Ректор». Сделав глубокий вдох, я постучала и вошла. За огромным столом, заваленным бумагами, сидел мужчина лет сорока пяти в идеальном костюме. Валерий Павлович Бойко — так звали ректора — поднял на меня усталый, но теплый взгляд. В коридорах шептались, что дома у него верховодила строгая жена, поэтому на работе Валерий Павлович ценил тишину и порядок больше всего на свете. — О, Ксения Андреевна! Заходите, заходите, — он добродушно улыбнулся, потирая переносицу. — Рад, что вы доехали. Понимаю: первый рабочий день, новый город, стресс... Поэтому я решил поберечь ваши молодые нервы. — Благодарю вас, Валерий Павлович, — тихо сказала я, сильнее прижимая к груди новенький, еще пахнущий типографской краской журнал. — Я закрепил за вами выпускной курс. Это самый спокойный класс во всем корпусе, — заверил меня ректор, подписывая какую-то справку. — Они уже взрослые, самостоятельные ребята. Им не нужно вытирать носы, они не бегают по коридорам. Сдадут экзамены — и во взрослую жизнь. Так что, Ксения Андреевна, ведите занятия спокойно. Никаких сюрпризов. Я мысленно выдохнула. «Спокойный класс — это именно то, что нужно для старта», — подумала я, выходя из кабинета почти окрыленной. Дверь нужной аудитории была в самом конце коридора. За ней царила подозрительная, почти идеальная тишина. Я поправила очки, мысленно повторила свою приветственную речь, толкнула дверь и шагнула внутрь. Класс действительно сидел тихо. Но стоило мне пройти к преподавательской кафедре, как я почувствовала на себе десятки оценивающих взглядов. Эти «дети» выглядели... слишком взрослыми. На задних рядах парни лениво листали телефоны, а девушки перешептывались, разглядывая мой не скромный деловой костюм. — Здравствуйте, — я постаралась, чтобы мой голос звучал твердо и не дрожал. — Меня зовут Ксения Андреевна Каблукова. С сегодняшнего дня я ваш новый куратор и преподаватель. Я открыла журнал и начала перекличку. Все отвечали монотонно и спокойно, пока мой взгляд не наткнулся на последнюю фамилию в списке. Я на секунду запнулась. — Королёв Кристиан Валерьевич? — прочитала я. — Присутствую, Ксения Андреевна, — раздался низкий, бархатный и откровенно наглый голос с последней парты у окна. Я подняла глаза и замерла. На самом последнем ряду, развалившись на стуле, сидел парень. Точнее, мужчиной его можно было назвать с гораздо большим основанием, чем меня — учительницей. Широкие плечи, густые шелковистые волосы цвета кофейного напитка и уверенный, слегка насмешливый взгляд темных глаз и легкая щетина. Он выглядел так, будто ошибся дверью и вместо бизнес-офиса случайно зашел на пары. Я поймала его взгляд, быстро заглянула в личное дело в журнале и едва не ахнула. Ему было двадцать три года. Он был на год старше меня самой! «Да ладно... . Ты издеваешься, что ли?!» — пронеслось у меня в голове. Что выпускник такого возраста делает на скамье студентов и какого хрена ректор назвал этот класс «спокойным»? Кристиан заметил мою минутную растерянность. Он медленно улыбнулся одной стороной губ и медленно но уверенно подошёл к моему большому столу. — Ну что, Каблукова... поучимся? — тихо, но так, чтобы слышала только я, произнес он. Я сжала кулаки под столом, пряча дрожащие пальцы. В этот момент я поняла три вещи. Во-первых, Валерий Павлович жестко и нагло меня . Во-вторых — моим спокойным нервам пришел окончательный конец. А в-третьих... этот Королёв явно привык чувствовать себя королем положения, и подчиняться моим правилам он не собирается...
Новые туфли нещадно терли пятки, но я упрямо шла по длинному коридору университета. Каждую секунду я заставляла себя расправлять плечи, чтобы стук моих каблуков звучал максимально строго, уверенно и... по-преподавательски. Перед тем как выйти из дома, я минут десять разглядывала свое отражение в зеркале, пытаясь привыкнуть к новому статусу. Если бы меня попросили заполнить анкету о себе прямо сейчас, она выглядела бы так: ФИО: Каблукова Ксения Андреевна. Возраст: 22 года (хотя в душе сейчас все 15 от страха). Статус: Дипломированный специалист, без пяти минут строгая учительница. Особые приметы: Очки в тонкой оправе для солидности, аккуратный пучок на голове и слишком громко бьющееся сердце. Цель: Выжить в чужом городе, куда я сбежала за сотни километров от родителей ради независимости, и доказать всем, что я взрослый профессионал. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда я остановилась перед дубовой дверью с табличкой «Ректор». Сделав глубокий вдох, я постучала и вошла. За огромным столом, заваленным бумагами, сидел мужчина лет сорока пяти в идеальном костюме. Валерий Павлович Бойко — так звали ректора — поднял на меня усталый, но теплый взгляд. В коридорах шептались, что дома у него верховодила строгая жена, поэтому на работе Валерий Павлович ценил тишину и порядок больше всего на свете. — О, Ксения Андреевна! Заходите, заходите, — он добродушно улыбнулся, потирая переносицу. — Рад, что вы доехали. Понимаю: первый рабочий день, новый город, стресс... Поэтому я решил поберечь ваши молодые нервы. — Благодарю вас, Валерий Павлович, — тихо сказала я, сильнее прижимая к груди новенький, еще пахнущий типографской краской журнал. — Я закрепил за вами выпускной курс. Это самый спокойный класс во всем корпусе, — заверил меня ректор, подписывая какую-то справку. — Они уже взрослые, самостоятельные ребята. Им не нужно вытирать носы, они не бегают по коридорам. Сдадут экзамены — и во взрослую жизнь. Так что, Ксения Андреевна, ведите занятия спокойно. Никаких сюрпризов. Я мысленно выдохнула. «Спокойный класс — это именно то, что нужно для старта», — подумала я, выходя из кабинета почти окрыленной. Дверь нужной аудитории была в самом конце коридора. За ней царила подозрительная, почти идеальная тишина. Я поправила очки, мысленно повторила свою приветственную речь, толкнула дверь и шагнула внутрь. Класс действительно сидел тихо. Но стоило мне пройти к преподавательской кафедре, как я почувствовала на себе десятки оценивающих взглядов. Эти «дети» выглядели... слишком взрослыми. На задних рядах парни лениво листали телефоны, а девушки перешептывались, разглядывая мой скромный деловой костюм. — Здравствуйте, — я постаралась, чтобы мой голос звучал твердо и не дрожал. — Меня зовут Ксения Андреевна Каблукова. С сегодняшнего дня я ваш новый куратор и преподаватель. Я открыла журнал и начала перекличку. Все отвечали монотонно и спокойно, пока мой взгляд не наткнулся на последнюю фамилию в списке. Я на секунду запнулась. — Королёв Кристиан Валерьевич? — прочитала я. — Присутствую, Ксения Андреевна, — раздался низкий, бархатный и откровенно наглый голос с последней парты у окна. Я подняла глаза и замерла. На самом последнем ряду, развалившись на стуле, сидел парень. Точнее, мужчиной его можно было назвать с гораздо большим основанием, чем меня — учительницей. Широкие плечи, уверенный, слегка насмешливый взгляд темных глаз и легкая щетина. Он выглядел так, будто ошибся дверью и вместо бизнес-офиса случайно зашел на пары. Я поймала его взгляд, быстро заглянула в личное дело в журнале и едва не ахнула. Ему было двадцать три года. Он был на год старше меня самой! «Да ладно... . Ты издеваешься, что ли?!» — пронеслось у меня в голове. Что выпускник такого возраста делает на скамье студентов и какого хрена ректор назвал этот класс «спокойным»? Кристиан заметил мою минутную растерянность. Он медленно улыбнулся одной стороной губ и чуть наклонил голову вперед. — Ну что, Каблукова... поучимся? — тихо, но так, чтобы слышала только я, произнес он. Я сжала кулаки под столом, пряча дрожащие пальцы. В этот момент я поняла три вещи. Во-первых, Валерий Павлович жестко и нагло меня . Во-вторых — моим спокойным нервам пришел окончательный конец. А в-третьих... этот Королёв явно привык чувствовать себя королем положения, и подчиняться моим правила м он не собирается.
Мордовцев Д. Исторические романы. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Автор: Мордовцев Даниил Лукич Жанр: Исторические приключения, Историческая проза
Известный русский и украинский писатель и историк Даниил Лукич Мордовцев родился 7 (19) декабря 1830 г. в слободе Даниловка быв. Ростовской губернии. Его отец был управляющим помещичьей слободой, мать — дочерью местного священника. Даниил был младшим ребёнком в семье. Отец умер, когда малышу ещё не исполнилось и года. Мальчик учился сначала у слободского дьячка, потом окончил окружное училище и саратовскую гимназию. В 1850 г. юноша поступает на физико-математический факультет Казанского университета, но его уговаривают перейти на историко-филологический факультет, откуда Даниил в следующем году переводится в Петербургский университет, по окончании которого уезжает в Саратов, где служит в губернской канцелярии и одновременно редактирует неофициальную часть «Губернских ведомостей». Пользуясь возможностью собирать разнообразный исторический и фольклорный материал, Мордовцев часто ездит по губернии. Часть собранного материала публикует в виде очерков в тех же «Губернских ведомостях». В 1859 г. вместе с Н. Костомаровым публикует «Малороссийский литературный сборник», куда включает свои произведения на украинском языке. Первым значительным литературным произведением на русском языке стал исторический рассказ «Медведицкий бурлак» (1859).
В 1864 г. Мордовцев переезжает в Петербург, где поступает на службу в Министерство внутренних дел, но через три года возвращается в Саратов. В волжском городе он служит в комиссии народного продовольствия, попечительском тюремном комитете, губернской канцелярии и статистическом комитете. Наряду с этим Мордовцев занимается историческими исследованиями, публикуя свои статьи в таких солидных журналах, как «Русское слово», «Русский вестник», «Вестник Европы». В журнале «Дело» публикуются очерки Даниила Лукича «Накануне воли», где реалистично показаны жизнь и взаимоотношения крестьян и помещиков. Очерки эти вызывают неудовольствие начальства. Весной 1872 г. Мордовцева отправляют в отставку. Он снова едет в Петербург, где издаёт свои исторические труды «Гайдамачина», «Самозванцы и понизовая вольница», «Политические движения русского народа». В 1870-х гг. Мордовцев публикует в «Отечественных записках» ряд статей, написанных в полуюмористической форме от имени мистера Плумпудинга. Эти произведения пользовались большой популярностью.
С конца семидесятых годов писатель почти целиком посвящает себя историческому роману. Он обнаруживает здесь недюжинную работоспособность. К лучшим произведениям писателя относят романы «Великий раскол», «Идеалисты и реалисты», «Царь и гетман», «Наносная беда», «Лжедимитрий», «Двенадцатый год», «Замурованная царица», «За чьи грехи?». Д. Мордовцев не раз выезжал за пределы Российской империи и умел рассказать о зарубежной жизни. Его перу принадлежат путевые очерки: «Поездка в Иерусалим», «Поездка к пирамидам», «По Италии», «По Испании», «На Арарат», «В гостях у Тамерлана» и пр. Мордовцев также был автором популярных культурно-исторических очерков: «Русские исторические женщины», «Русские женщины нового времени», «Ванька Каин», «Истории Пропилеи» и др. Собрание его сочинений, изданное в 1901—1902 гг., состоит из 50 томов.
Весной 1905 г. писатель заболел воспалением лёгких. Он уезжает сначала в Ростов, а потом в Кисловодск, надеясь, что кавказский климат вылечит его, но этого не произошло, и 10 (23) июня 1905 г. Даниил Мордовцев скончался. Его похоронили в Ростове-на-Дону, на Новоселовском кладбище, в фамильном склепе. В советское время интерес к творчеству «русского Вальтера Скотта» и «одного из самых читаемых в России беллетристов XIX века» резко упал. Только с начала 1990-х гг. снова стали выходить исторические романы этого неординарного писателя. Остаётся сожалеть, что он ещё недостаточно известен современному читателю.
Содержание:
1. Даниил Мордовцев: Царь и гетман
2. Даниил Мордовцев: Авантюристы
3. Даниил Мордовцев: Державный плотник
4. Даниил Мордовцев: Господин Великий Новгород
5. Даниил Мордовцев: Ирод
6. Даниил Мордовцев: Кровавый пир.
7. Даниил Мордовцев: Лжедимитрий
8. Даниил Мордовцев: Москва слезам не верит
9. Даниил Мордовцев: Сагайдачный. Крымская неволя
10. Даниил Мордовцев: Тень Ирода [Идеалисты и реалисты]
11. Даниил Мордовцев: Царь Петр и правительница Софья
Мне прям зашло. Читать приятно, персонажи живые, настоящие. Конечно, герой понравился больше. 90 процентов истории кажется мистикой, а потом начинаются ужасы. Много действий, много экшона. У меня фантазия буйная, мне было страшно. Как то расстроил эпилог, он получился, как у стандартного романа, хотя он далек от стандарта. Отношения героев мне понравились, автор втиснула влюбленность в такой экшонисто-мистический сюжет.